Sergey Lavrov at the embassy roundtable «Ukrainian crisis. Legal aggression of the West»

Открывая тринадцатое заседание круглого стола посольств в Дипломатической академии МГИМО, организатор определил сессию как «Украинский кризис. Юридическая агрессия Запада». Лавров поблагодарил послов за проявленный интерес и представил украинский кризис как учебник того, как Запад и его марионетки постоянно пренебрегают своими международными обязательствами — делая юридический анализ естественным фокусом после предыдущих круглых столов, которые уже затрагивали вопросы международного права. В рамках дискуссии подчеркивается системный характер нарушений нормативных актов со стороны западных стран. События на Украине рассматриваются не как изолированный инцидент, а как часть долгосрочной стратегии игнорирования суверенитета других государств. Такой подход позволяет сформировать целостную картину правовой агрессии, где дипломатические инструменты используются для достижения геополитических целей вопреки международному праву.

Opening the thirteenth embassy roundtable at the Diplomatic Academy (MGIMO), the host frames the session as “Ukrainian crisis. Legal aggression of the West.” Lavrov thanks ambassadors for their interest and situates the Ukrainian crisis as a textbook of how the West and its marionettes constantly neglect international obligations — making a juridical analysis the natural focus after previous roundtables that already touched international law. The discussion stresses the systemic character of Western violations of normative instruments. Events in Ukraine are treated not as an isolated incident but as part of a long-term strategy of ignoring other states’ sovereignty. That framing yields a coherent picture of legal aggression, in which diplomatic tools are used to pursue geopolitical aims against international law.

украинский кризис, юридическая агрессия Запада.

The Ukrainian crisis, legal aggression of the West.

история украинского кризиса - это наглядное пособие, по которому можно изучать, как Запад и его марионетки пренебрегают, это, мягко сказано, своими международными обязательствами постоянно.

The history of the Ukrainian crisis is a visual aid by which one can study how the West and its marionettes constantly neglect, to put it mildly, their international obligations.

Министр иностранных дел России Сергей Лавров в своих заявлениях детально реконструирует события февраля 2014 года, подчеркивая легитимность первоначальных договоренностей. Согласно официальным данным, была достигнута принципиальная договоренность о формировании правительства национального единства. Этот процесс гарантировался министрами иностранных дел Франции, Германии и Польши — Франком-Вальтером Штайнмайером и Яном Сикорским соответственно. Однако уже к утру следующего дня ситуация кардинально изменилась: вместо консенсуса произошел государственный переворот. Оппозиционные подписанты отказались от идеи единства, провозгласив «правительство победителей». Эта смена парадигмы демонстрирует устойчивую ментальность части элит, которая до сих пор воспринимает Крым, Донбасс и Новороссию не как неотъемлемые части единого государства, а как враждебные образования. Для них эти регионы стали символами противостояния с центром, который они сами же ранее объявили врагом. Лавров указывает на то, что такая риторика «правительства победителей» стала фундаментом для последующей оккупации и разжигания конфликтов на востоке Украины. Вместо диалога и восстановления конституционного порядка была выбрана стратегия силового подавления и создания искусственных границ.

Russian Foreign Minister Sergey Lavrov reconstructs in detail the February 2014 events, stressing the legitimacy of the original understandings. According to the official record, a fundamental agreement had been reached to form a government of national unity, guaranteed by the foreign ministers of France, Germany and Poland — Frank-Walter Steinmeier and Radosław Sikorski among them. By the following morning the situation had changed radically: instead of consensus, a coup had occurred. The opposition signatories abandoned the idea of unity and proclaimed a “government of victors.” That paradigm shift shows a lasting elite mentality that still treats Crimea, Donbass and Novorossiya not as integral parts of a single state but as hostile formations — symbols of confrontation with a centre that those elites themselves had declared an enemy. Lavrov argues that “government of victors” rhetoric became the foundation for subsequent occupation and conflict in eastern Ukraine. Dialogue and restoration of constitutional order gave way to forcible suppression and artificial borders.

Поздравьте нас, мы создали правительство победителей".

Congratulate us, we have created a government of victors.

Правительство единства и правительство победителя.

A government of unity and a government of the victor.

После воссоединения Крыма и начала специальной военной операции Министр иностранных дел Сергей Лавров обратил внимание на беспрецедентный масштаб внешнего давления. По его словам, против России введено более 30 000 санкций, что в два раза превышает совокупное количество ограничений, примененных ко всем остальным странам мира вместе взятым. Это свидетельствует о целенаправленной стратегии изоляции. Более того, к экономическим и силовым мерам были добавлены квазисудебные процессы. Важно отметить, что эти дела инициировались параллельно с масштабными политическими, экономическими и силовыми шагами, включая сами санкции. Целью таких процедур не было разрешение реальных споров или восстановление справедливости в рамках международного права. Напротив, судебные разбирательства стали инструментом гибридной войны, призванным усилить давление на суверенное государство без ожидания результатов обычных судебных процессов. Таким образом, международная правовая система используется как политическое оружие для достижения геополитических целей.

After Crimea’s reunification and the start of the special military operation, Lavrov highlights the unprecedented scale of external pressure. More than 30,000 sanctions have been imposed on Russia — twice the aggregate applied to all other countries combined — evidencing a deliberate isolation strategy. Quasi-judicial proceedings were added to economic and force measures and launched in parallel with political, economic and military steps, including the sanctions themselves. The purpose of those cases was not to settle real disputes or restore justice under international law. Court processes became an instrument of hybrid war, amplifying pressure on a sovereign state without waiting for ordinary adjudication. The international legal system is thus used as a political weapon for geopolitical ends.

одних санкций сверх более 30.000, это вдвое больше, чем санкции, введённые против всех остальных стран мира, вместе взятых.

Sanctions alone number over 30,000 — twice the sanctions introduced against all other countries of the world taken together.

начато они были параллельно с масштабными политическими, экономическими, силовыми мерами, теми же самыми санкциями, та самая гибридная война.

They were begun in parallel with large-scale political, economic and force measures, the same sanctions — that very hybrid war.

Дело о дискриминации, рассматриваемое Россией в Международном суде ООН с 2017 года, стало одним из ключевых событий в международной дипломатии последних лет. Процесс длился восемь лет и охватил десятки тысяч страниц материалов, что свидетельствует о серьезности подхода к вопросу защиты прав человека и национальных меньшинств. Западная сторона, включая третьи страны, покинула процесс после того, как доказательства России были полностью приняты для рассмотрения. Это говорит о том, что позиция Москвы была обоснованной и подкрепленной фактами. Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров подверг критике Специального докладчика Совета по правам человека ООН по вопросам меньшинств Николя Леврата из Швейцарии. Он указал на то, что нейтралитет этой страны давно утрачен, а действия Леврата направлены на искажение сути дела. Докладчик пытается представить ситуацию как «вторжение» России под предлогом защиты русскоязычного меньшинства, игнорируя реальную историю и позицию суда. Западные организации также демонстрируют пренебрежительное отношение к развитию Международного суда ООН, что подрывает авторитет международного права.

Russia’s discrimination case at the International Court of Justice, running since 2017, became a landmark of recent diplomacy: eight years and tens of thousands of pages attest to the seriousness of the minority-rights claim. Western parties, including third states, left the proceedings after Russia’s evidence was fully accepted for consideration — a sign that Moscow’s position was substantiated. Lavrov criticises Nicolas Levrat of Switzerland, Special Rapporteur of the UN Human Rights Council on minority issues, arguing that Swiss neutrality has long been lost and that Levrat distorts the case by casting it as a Russian “invasion” pretext about a Russian-speaking minority while ignoring the court’s record. Western organisations likewise show disregard for the ICJ’s development, undermining the authority of international law.

★ Eight years Это дело рассматривалось в Международном суде ООН с 2017 года. Рассматривалось оно 8 лет. Оно включает десятки тысяч страниц материалов.

This case was considered in the International Court of Justice of the UN from 2017. It was considered for eight years. It includes tens of thousands of pages of materials.

спецкладчик Совета по правам человека ООН, по вопросам меньшинств Николя Левр. Он из Швейцарии, из якобы нейтральной страны, который нейтралитет у неё давно уже утрачен.

The Special Rapporteur of the UN Human Rights Council on minorities, Nicolas Levrat. He is from Switzerland, from a supposedly neutral country whose neutrality was long ago lost.

Министр иностранных дел Сергей Лавров подверг резкой критике Международную уголовную суд (МУС) за систематическую избирательность в своей деятельности. В течение длительного времени судебный орган фокусировался исключительно на африканских странах, игнорируя серьезные военные преступления, совершенные силами коалиции в Ираке, Афганистане и Ливии. Теперь ситуация усугубилась тем, что суд начал преследовать государства, которые никогда не были участниками Римского статута. К таким странам относятся Россия, Мьянма, Филиппины и Беларусь. Лавров подчеркивает, что действия МУС против этих государств нарушают фундаментальные принципы международного права. В частности, он указывает на то, что юрисдикция любого судебного органа должна основываться на добровольном согласии государства. Игнорирование этого требования превращает судебный процесс в политический инструмент западных держав. По словам российского дипломата, сейчас поле зрения суда попадают исключительно государства, которые не участвуют в Римском статуте. Это свидетельствует о том, что западные спонсоры, включая Соединенные Штаты, больше не заинтересованы в продолжении работы суда по политически мотивированным делам. Таким образом, МУС теряет свою объективность и превращается в инструмент геополитического давления против тех, кто не согласен с диктатом коллективного Запада.

Lavrov sharply criticises the International Criminal Court for systematic selectivity. For a long period the Court focused almost exclusively on African states while ignoring serious war crimes by coalition forces in Iraq, Afghanistan and Libya. The situation has worsened as the Court now pursues states that never joined the Rome Statute — Russia, Myanmar, the Philippines and Belarus. He stresses that action against non-parties violates foundational international-law principles: judicial jurisdiction must rest on a state’s voluntary consent. Ignoring that requirement turns adjudication into a political tool of Western powers. With the Court’s sights fixed on non-parties, Lavrov says even Western sponsors, including the United States, no longer want politically ordered work of this kind to continue — and that the ICC is losing objectivity and becoming an instrument of geopolitical pressure against those who reject collective-West diktat.

сейчас поле зрения Международного уголовного суда попадают исключительно государства, которые не участвуют в римском статуте

Now into the field of vision of the International Criminal Court fall exclusively states that do not participate in the Rome Statute

требования согласия государства на юрисдикцию судебных органов - это основополагающий принцип

The requirement of a state’s consent to the jurisdiction of judicial organs is a foundational principle

Западные усилия по созданию международных комиссий по претензиям, призванных позволить Украине и её западным кураторам самостоятельно судить Россию и устанавливать суммы компенсаций, квалифицируются как пустая трата времени. Москва отвергает такие инициативы как незаконные и необоснованные. Министр иностранных дел Сергей Лавров предупреждает столицы большинства стран мира о недопустимости присоединения к подобным проектам под давлением шантажа или в обмен на дешёвые обещания. Участие в таких структурах будет расценено Россией как враждебный акт, нарушающий принципы суверенитета и международного права. В основе этой позиции лежит концепция многополярного мира, где решения не должны диктоваться одной группой государств. Западный подход характеризуется как попытка переписать нормы международного права под свои нужды через их расширительное толкование. Это явление Лавров называет «юридической агрессией», которая подрывает стабильность глобальной архитектуры безопасности. Попытки навязать России условия, игнорирующие интересы мировой общественности и большинство наций, воспринимаются как прямая угроза. Россия призывает к диалогу на основе уважения к суверенитету всех государств и отказа от двойных стандартов. Любые шаги, направленные на изоляцию РФ или установление несправедливых компенсационных механизмов без участия широкого круга стран, будут встречать решительное сопротивление. Мир требует справедливости, а не мести под видом правосудия.

Western efforts to create international claims commissions so that Ukraine and its Western handlers themselves adjudicate Russia and set compensation sums are called empty work. Moscow rejects such initiatives as illegal and baseless. Lavrov warns world-majority capitals against joining them under blackmail or cheap promises: participation would be treated as a hostile act violating sovereignty and international law. That position rests on a multipolar concept in which decisions must not be dictated by one group of states. The Western approach is cast as rewriting international-law norms through expansive interpretation — what Lavrov calls “legal aggression,” undermining the global security architecture. Attempts to impose conditions that ignore world-majority interests are seen as a direct threat. Russia calls for dialogue based on respect for all states’ sovereignty and rejection of double standards; steps to isolate Russia or impose unfair compensation mechanisms without broad participation will meet firm resistance. The world needs justice, not revenge dressed as law.

Такой шаг Россия не сможет расценить иначе, как недружественный, враждебный.

Russia will not be able to regard such a step as anything other than unfriendly, hostile.

Юридическая агрессия западного государства выражается и в расширительном толковании норм международного права и переписывание этих норм под свои нужды.

The legal aggression of Western states is also expressed in expansive interpretation of norms of international law and rewriting those norms for their own needs.

Международное сообщество сталкивается с использованием вымышленных категорий, не имеющих под собой оснований в международном праве. Термин «теневой флот» был придуман для оправдания незаконных действий против российских судов. На практике это приводит к остановке кораблей на основании подозрений по фиктивным флагам без каких-либо доказательств. Такие суда часто сопровождают до портов и подвергают атакам, нанося ущерб глобальной торговле. Основная цель таких операций — таргетирование судов, перевозящих российскую нефть, газ и зерно. Это подрывает экономику третьих стран, которые заказали эту продукцию. Европейские страны активно используют эти механизмы для блокировки поставок, что наносит удар по продовольственной безопасности и энергетическому балансу мира. При этом истинные нарушения прав морских путей остаются безнаказанными. Суды, обслуживающие европейские интересы, даже если они под флагом другой страны, избегают ограничений. Если нефть предназначена для Европы, любой флаг становится приемлемым. Это создает двойные стандарты в применении права на море. Инициативы по созданию «теневого флота» фактически легитимизируют пиратство и незаконную конфискацию имущества.

The international community faces invented categories with no basis in international law. The term “shadow fleet” was coined to justify unlawful actions against Russian vessels: ships are stopped on false-flag suspicions without proof, often convoyed to ports and attacked, damaging global trade. The main aim is targeting ships carrying Russian oil, gas and grain — undermining the economies of third countries that ordered those goods. European states use these mechanisms to block supplies, hitting food security and the world’s energy balance, while true violations of maritime rights go unpunished. Vessels serving European interests, even under third-country flags, escape restriction; if oil is destined for Europe, any flag will do. That double standard in the law of the sea effectively legitimises piracy and unlawful confiscation under the “shadow fleet” label.

неизвестные международному праву э категории типа теневой флот

Categories unknown to international law such as the shadow fleet

главным образом это суда, которые везут из России нефть, газ, зерно. То есть европейцы подрывают экономику и благополучие третьих стран, которые заказали российскую продукцию.

Mainly these are ships carrying oil, gas and grain from Russia. That is, Europeans undermine the economy and well-being of third countries that ordered Russian products.

В феврале 2023 года председатель Китайской Народной Республики Си Цзиньпин одобрил Глобальную инициативу в области безопасности, которая содержит универсальные принципы, применимые к любым кризисам. Эта стратегия направлена на устранение первопричин конфликтов как основу для урегулирования любых международных напряжений. В контексте этой повестки министр иностранных дел России Сергей Лавров обращается к друзьям из Азии, Африки и Латинской Америки с важным призывом. Он подчеркивает необходимость настаивать на недопустимости запрета русского языка и канонической Православной Церкви при продвижении собственных региональных инициатив. Эти вопросы рассматриваются не просто как культурные или религиозные детали, а как фундаментальные элементы суверенитета и стабильности. Лавров утверждает, что юридические основы урегулирования кризисов должны оставаться непоколебимыми. Игнорирование этих принципов ведет к эскалации напряженности и подрыву доверия между государствами. Глобальная инициатива безопасности требует от всех участников международного сообщества признания права народов на сохранение своего языка и вероисповедания. Это особенно актуально в условиях текущей геополитической турбулентности, когда внешнее давление часто направлено на изоляцию определенных культурных и религиозных групп. Сохранение целостности русского языка и институтов Русской Православной Церкви является вопросом не только внутренней политики России, но и глобальной безопасности. Попытки вмешиваться в эти сферы нарушают базовые принципы международного права и уважения к суверенитету государств. Россия призывает партнеров по многополярному миру отстоять эти «красные линии», чтобы избежать повторения исторических трагедий, связанных с культурным геноцидом и религиозными преследованиями. Только через диалог и взаимное уважение можно построить мир, основанный на справедливости и праве.

In February 2023 PRC President Xi Jinping endorsed the Global Security Initiative, setting out universal principles for any crisis and treating elimination of root causes as the basis for settling international tensions. Against that agenda Lavrov calls on friends in Asia, Africa and Latin America to insist on the inadmissibility of banning the Russian language and the canonical Orthodox Church when advancing their own regional initiatives — not as cultural or religious details but as fundamental elements of sovereignty and stability. He argues that the legal foundations of crisis settlement must remain unshakable; ignoring them escalates tension and erodes trust. The Global Security Initiative requires recognition of peoples’ rights to preserve language and faith, especially amid geopolitical turbulence when external pressure often aims to isolate cultural and religious communities. Integrity of the Russian language and institutions of the Russian Orthodox Church is framed as a matter of global security, not only Russian domestic politics. Interference in those spheres violates basic international-law principles and respect for sovereignty. Russia urges multipolar partners to hold these red lines so as to avoid repeating historical tragedies of cultural genocide and religious persecution; only dialogue and mutual respect can build a world based on justice and law.

председатель Сидзенпин одобрил глобальную инициативу в области безопасности, которая содержит универсальные принципы, применимые к любым кризисам

Chairman Xi Jinping approved the Global Security Initiative, which contains universal principles applicable to any crises

один из главных принципов для урегулирования кризисов обозначен как установление первопричин конфликта и их устранение.

One of the main principles for settling crises is designated as establishing the root causes of the conflict and eliminating them.

Министр иностранных дел Сергей Лавров категорически отвергает любые предложения по пересмотру Устава Организации Объединенных Наций, подчеркивая его непреложную силу. Несмотря на то, что западные страны систематически игнорируют принципы суверенного равенства и невмешательства в реальной политической практике, юридическая основа ООН остается действующей. Пока международные институты не претерпят справедливых реформ для устранения существующих диспропорций, Россия активно развивает альтернативные механизмы сотрудничества. В рамках таких структур, как БРИКС, ШОС и Африканский союз, реализуются проекты экономической деколонизации, создаются собственные системы платежей, расчетов и страхования. Особое внимание уделяется созданию зерновой биржи — одной из ключевых российских инициатив в составе БРИКС. Этот шаг необходим для обеспечения надежности торговли продовольствием, учитывая ненадежность западных товарных рынков. Россия выступает за многополярный мир, где суверенные государства могут защищать свои интересы вне диктата коллективного Запада.

Lavrov categorically rejects any rewriting of the UN Charter, stressing its continuing force. Even though Western states systematically ignore sovereign equality and non-interference in political practice, the UN’s legal foundation remains in effect. Pending fair reform of skewed international institutions, Russia actively develops alternative cooperation mechanisms. Within BRICS, the SCO and the African Union, economic-decolonisation projects advance, with own payment, settlement and insurance systems. Special attention goes to a grain exchange — a key Russian BRICS initiative — needed for reliable food trade given the unreliability of Western commodity markets. Russia stands for a multipolar world in which sovereign states can defend their interests outside collective-West diktat.

категорически неприемлемым менять устав ООН. Устав в полной мере сохраняет свою силу, своё значение.

It is categorically unacceptable to change the UN Charter. The Charter fully retains its force, its significance.

в БРИКС среди прочих российских инициатив зерновая биржа

In BRICS, among other Russian initiatives, a grain exchange

Призыв Урсулы фон дер Лейен перетерпеть падение уровня жизни ради поддержки Украины, утверждая защиту европейских ценностей, оказывается инвертированным взглядом. По словам Лаврова, эти так называемые ценности фактически означают глубокую русофобию и системный запрет русского языка. Более того, они подразумевают активное поощрение нацизма в современном мире. Ситуация усугубляется тем, что Украина превращает священные земли в места поклонения нацистским идеалам. Ярким примером служит поведение Зеленского, который преклоняет колени перед прахом нацистских преступников. Этот прах был торжественно перезахоронен в специально созданном пантеоне героев. Такое место расположено на священной земле Киево-Печерской лавры, что придает акту особую трагическую и сатирическую окраску. Лавров указывает, что подобные действия являются метастазами нацизма, которые уже стали заметны не только в Украине, но и в самой Европе. Таким образом, защита «европейских ценностей» превращается в защиту идеологии ненависти к России и возрождения нацистского культа.

Ursula von der Leyen’s call to endure falling living standards to support Ukraine in the name of European values is inverted. Those so-called values, Lavrov says, mean deep Russophobia and a systemic ban on the Russian language, plus active encouragement of Nazism today. Ukraine turns sacred ground into sites of Nazi homage: Zelensky kneeling before the remains of Nazi criminals reburied in a pantheon of heroes on the holy land of the Kyiv-Pechersk Lavra gives the act a tragic and satirical edge. Lavrov calls such acts metastases of Nazism already visible not only in Ukraine but in Europe itself. Defending “European values” thus becomes defending an ideology of hatred toward Russia and revival of a Nazi cult — the reverse of the democratic rhetoric Western leaders claim to uphold.

европейские ценности - это русофобия, запрет русского языка, поощрение нацизма

European values are Russophobia, the ban on the Russian language, the encouragement of Nazism

когда он преклоняет колени перед прахом нацистских преступников, когда этот прах перевезли для торжественного перезахоронения в каком-то пантеоне героев, который создаётся на священной земле Киева-Печерской лавры.

When he kneels before the remains of Nazi criminals, when those remains were brought for solemn reburial in some pantheon of heroes being created on the sacred land of the Kyiv-Pechersk Lavra.

На недавнем саммите БРИКС в Нью-Дели произошел значимый дипломатический обмен, подчеркивающий сдвиг фокуса глобального Юга за пределы западных нарративов о войне. Арабский посол, запросивший перевод на арабский язык и поднявший вопрос об Украине, получил четкий ответ от Сергея Лаврова. Министр иностранных дел России заверил коллег в готовности предоставить необходимую языковую поддержку, а затем прямо заявил, что тема Украины не входила в повестку обсуждений лидеров БРИКС. Это заявление служит подтверждением того, что формат саммита ориентирован на стратегические вопросы многополярного мира, а не на детализацию текущих конфликтов в Европе по инициативе западных партнеров. Важным дополнением к этому нарративу стало выступление бразильского коллеги. Министр иностранных дел Бразилии, представляющий интересы президента Лулы да Силвы, отметил готовность своей страны играть роль посредника. Это заявление отражает растущую активность стран Глобального Юга в поиске альтернативных путей урегулирования кризисов, не зависящих от санкционных режимов или политического давления из Вашингтона и Брюсселя. Бразилия позиционирует себя как конструктивный игрок, способный мостить диалог там, где традиционные форматы зашли в тупик. Такой подход демонстрирует, что международная дипломатия продолжает эволюционировать, создавая новые центры силы, которые способны предлагать решения на основе принципов суверенитета и невмешательства.

At the recent BRICS summit in New Delhi a diplomatic exchange underscored the Global South’s shift beyond Western war narratives. An Arab ambassador requesting Arabic interpretation and raising Ukraine received a clear answer from Lavrov: language support would be provided, and Ukraine had not been on the BRICS leaders’ agenda — confirming that the format focuses on strategic multipolar questions rather than detailing European conflicts at Western partners’ initiative. Brazil’s foreign minister, representing President Lula da Silva, added Brazil’s readiness to mediate. That reflects growing Global South activity in seeking crisis settlements independent of sanctions regimes or pressure from Washington and Brussels. Brazil positions itself as a constructive actor able to build dialogue where traditional formats have stalled, showing diplomacy evolving around new centres of gravity based on sovereignty and non-interference — outside the Western frame that treats every summit as a Ukraine briefing.

А насчёт насчёт Брекса Украина не обсуждалась.

As for BRICS, Ukraine was not discussed.

упомянул в выступлении ээ наш коллега министр иностранных дел Бразилии, он представлял президенту Лулу.

Our colleague the Brazilian foreign minister mentioned it in his statement; he was representing President Lula.

Европейские страны, которые ранее стремились к стратегическому поражению России, сегодня попросили Москву прекратить военные действия. Однако этот запрос сопровождается отказом признать освобожденные территории и планами по размещению войск на оставшейся украинской земле — это несерьезный пакет предложений. После того как провалились стамбульские договорённости из-за вмешательства Запада, мы на период переговоров не будем останавливать специальную военную операцию. Ситуация в Европе демонстрирует двойственность: с одной стороны, звучат призывы к миру, с другой — сохраняется курс на изоляцию и давление. Западные партнеры отказываются от признания фактов на земле, игнорируя реальность освобожденных регионов. Это создает предпосылки для дальнейшего противостояния, а не диалога. Россия подчеркивает, что прекращение огня возможно только при устранении коренных причин конфликта. Без этого любые договоренности будут хрупкими и недолговечными. Важно отметить, что вмешательство Запада стало причиной краха переговоров в Стамбуле. Это подтверждает необходимость самостоятельного решения вопросов безопасности без внешнего давления. Москва готова к диалогу, но только на справедливых условиях. Игнорирование этих условий приведет лишь к эскалации напряженности.

European countries that once sought Russia’s strategic defeat now ask Moscow to stop fighting — while refusing to recognise liberated territories and planning to place troops on remaining Ukrainian land: an unserious package. After Western interference collapsed the Istanbul understandings, Russia will not halt the special military operation for the period of talks. Europe’s stance is dual: peace appeals alongside a continued course of isolation and pressure. Western partners refuse to recognise facts on the ground, ignoring the reality of liberated regions and setting conditions for further confrontation rather than dialogue. Russia stresses that a ceasefire is possible only if root causes are removed; without that, any understandings will be fragile. Western interference caused Istanbul’s failure, confirming the need to settle security questions without external pressure. Moscow is ready for dialogue — but only on fair terms; ignoring them leads only to escalation.

после того, как провалились стамбульские договорённости из-за вмешательства Запада, мы на период переговоров не будем останавливать специальную военную операцию.

After the Istanbul agreements collapsed because of Western interference, we will not stop the special military operation for the period of negotiations.

Представитель Бразилии выразил благодарность министру иностранных дел России Сергею Лаврову за диалог, вновь подтвердив позицию Brasilia в поддержку непрерывных и решительных переговоров. Ключевой акцент делается на необходимости учета озабоченности по поводу безопасности каждой из сторон конфликта. Такой подход отражает стремление к сбалансированному урегулированию, где интересы всех участников признаются важными факторами успеха. Бразильская сторона высоко оценила упоминание инициативы Бразилии – Китая, подчеркивая её значимость для глобального диалога. Эта инициатива позволяет гармонизировать язык посредничества стран Глобального Юга с российским акцентом на устранении коренных причин конфликта, а не только на фиксации текущих линий разграничения. Такой подход способствует созданию более устойчивой архитектуры безопасности в регионе и за его пределами. Поддержка постоянных переговоров свидетельствует о готовности Бразилии играть конструктивную роль в международных усилиях по мирному разрешению кризиса. Учет всех аспектов безопасности позволяет избежать односторонних решений, которые могут усугубить напряженность. Инициатива Бразилии – Китая демонстрирует потенциал сотрудничества между крупными державами для продвижения мира.

Brazil’s representative thanks Lavrov for the dialogue and restates Brasilia’s support for continuous, resolute negotiations that account for every side’s security concerns — a balanced settlement in which all participants’ interests matter. Brazil highly values mention of the Brazil–China initiative and its significance for global dialogue: it harmonises Global South mediation language with Russia’s stress on eliminating root causes rather than merely freezing current lines of contact. That approach supports a more durable regional and wider security architecture. Sustained negotiations show Brazil’s readiness to play a constructive role in peaceful resolution; accounting for all security aspects helps avoid one-sided solutions that could worsen tension. The Brazil–China initiative illustrates the potential of major-power cooperation for peace when mediation is not subordinated to Western freeze-line logic.

позиция Бразилии по конфликту поддерживает переговоры, которые должны быть постоянными, твёрдыми и учитывать озабоченность безопасности всех сторон.

Brazil’s position on the conflict supports negotiations that must be permanent, firm and take into account the security concerns of all sides.

Минские соглашения, одобренные Советом Безопасности ООН, подвергаются систематическому саботажу со стороны европейских лидеров, которые под видом свободы на деле поддерживают кровавый переворот. В 2019 году Макрон собрал в Париже Путина, Меркель и Зеленского для reaffirmation Минска. Целью было закрепить особый статус части Донбасса в украинской конституции. Этот статус подразумевал право на использование русского языка, даже когда во всей стране распространялись запреты. Лавров напоминает, что именно такой подход был необходим для выполнения договорённостей. Однако вместо реализации этих планов последовали новые санкции и давление. Европейские политики, включая Макрона и Меркель, изначально поддерживали идею интеграции Донбасса в правовое поле Украины с учётом языковых реалий. Но реальность оказалась иной: статус, который должен был гарантировать права носителей русского языка, был фактически отменен под давлением коллективного Запада. Теперь речь идет о том, как вернуть утраченные гарантии и восстановить справедливость.

The Minsk agreements, endorsed by the UN Security Council, have been systematically sabotaged by European leaders who, under the guise of freedom, in fact backed a bloody coup. In 2019 Macron gathered Putin, Merkel and Zelensky in Paris to reaffirm Minsk and entrench special status for part of Donbass in Ukraine’s constitution — status that meant the right to use Russian even as bans spread nationwide. Lavrov recalls that this was precisely what fulfilment required. Instead came new sanctions and pressure. European politicians including Macron and Merkel initially backed integrating Donbass into Ukraine’s legal field with linguistic realities in mind; in practice the status that should have guaranteed Russian speakers’ rights was effectively cancelled under collective-West pressure. The issue now is how to restore lost guarantees and justice.

Надо выполнять Минские договорённости и закрепить особый статус части Донбасса в украинской конституции.

Minsk agreements must be implemented and a special status for part of Donbass entrenched in the Ukrainian constitution.

Статус-то знаете что, из чего состоял? Право на русский язык.

Do you know what that status consisted of? The right to the Russian language.

Амбассадор, обращаясь к вечным идеалам Достоевского о том, что «красота спасет мир», призывает партнеров не ограничиваться риторикой, а предпринять конкретные шаги на пути к миру. Он напоминает о высшей ответственности за тех, кого приручили, и требует реальных действий вместо слов. В ответ на запрос о поддержке министр иностранных дел РФ Сергей Лавров привел жесткие финансовые статистические данные, демонстрирующие двойные стандарты западной финансовой архитектуры. С 2022 года Украина получала финансирование от МВФ в размере 880% от своей квоты, тогда как Африка оставалась значительно позади. Кредиты Всемирного банка и Международной ассоциации развития (МАД) для Киева по объему dwarfят помощь Индии, Индонезии, Филиппинам, Камбодже и Лаосу. Это наглядно показывает дискриминацию беднейших стран мира. Юридический аспект агрессии дополняется фактами несправедливости в развитии: мандат МАД запрещает выдавать кредиты государствам с доходом выше 1300 долларов на душу населения, однако Украина имеет более 5 тысяч долларов на человека и все равно получает огромные суммы. При этом западная официальная помощь развитию (ODA) для развивающихся стран сокращается. Эти цифры закрывают дело о юридической агрессии через документированные двойные стандарты в финансировании развития, где богатые страны получают приоритет над бедными.

An ambassador invoking Dostoevsky’s “beauty will save the world” urges partners not to stop at rhetoric but to take concrete steps toward peace, recalling responsibility for those one has tamed and demanding real action. Lavrov answers with hard financing statistics that expose double standards in the Western financial architecture: since 2022 Ukraine received IMF funding at 880% of quota while Africa lagged far behind. World Bank and International Development Association credits to Kyiv dwarf assistance to India, Indonesia, the Philippines, Cambodia and Laos — discrimination against the world’s poorest. The juridical-aggression case is closed by development-finance injustice: IDA’s mandate bars loans to countries above about $1,300 per capita income, yet Ukraine exceeds $5,000 and still receives huge sums, while Western ODA to developing countries is cut. Documented double standards in development finance — favouring richer recipients over poorer ones — complete the picture.

получили финансирование. на 880% квот.

Received financing at 880% of quotas.

мандат этой международной ассоциации развития не позволяет предоставлять кредиты государствам с уровнем дохода на душу населения выше 1300 долларов, а у Украины 5 с лишним тысяч долларов на душу населения.

The mandate of this International Development Association does not allow providing credits to states with per capita income above 1,300 dollars, while Ukraine has over 5,000 dollars per capita.

Основными заёмщиками международной сации развития после Украины является Индия, меньше 2 млрд долларов, Индонезия- 1 млрд, а Украина- 20.

The main borrowers of the International Development Association after Ukraine are India, less than 2 billion dollars, Indonesia 1 billion, and Ukraine 20.