Выступление на встрече с активом «Единой России» (Address at the Meeting with the Active Membership of United Russia)

1. Общая оценка и необходимость модернизации

Путин согласен с анализом прошлых достижений в укреплении государства, экономики и политической системы, но подчёркивает необходимость смены парадигмы развития в сторону всесторонней модернизации. Он утверждает, что без модернизации страну ждёт деградация и коллапс, и уверен, что она удастся, если проводить её быстро и привлекательно для людей и бизнеса.

Мы действительно должны не только укреплять то, что нужно было укрепить, но и заниматься развитием всего общества и экономики.

2. Производительность и экономические слабости

Путин выделяет низкую производительность труда как главную проблему, ссылаясь на отсталую экономическую базу, национальные привычки в работе и ошибки в политике. Он признаёт, что ошибки в экономической политике привели к более глубокому кризису, чем ожидалось, и подчёркивает необходимость извлечь уроки и уйти от сырьевого роста.

В этом плане мы абсолютно несопоставимы с другими быстро развивающимися государствами.

3. Цены на нефть и сырьевая зависимость

Путин предупреждает, что высокие цены на нефть (например, 140 долларов за баррель) являются катастрофой для России, поскольку уничтожают стимулы к развитию. Он критикует тенденцию расслабляться при восстановлении цен на нефть и настаивает, что полагаться на экспорт энергоносителей неустойчиво.

Но если говорить прямо, то 140 долларов за баррель - это для России катастрофа.

4. Необходимость высокотехнологичной экономики

Путин утверждает, что Россия должна создать высокотехнологичную экономику, чтобы остаться среди развитых стран, отмечая, что глобальные сдвиги в сторону альтернативной энергетики со временем снизят спрос на нефть и газ. Он подчёркивает, что без такой экономики Россия отстанет.

Для того, чтобы нам сохраниться, нам нужно обязательно создать высокотехнологичную экономику.

5. Социальная политика не может откладываться

Путин настаивает, что социальные расходы (детские сады, пособия, зарплаты учителям и врачам) нельзя откладывать до завершения модернизации. Он предупреждает, что пренебрежение социальными вопросами приведёт к потере власти правящей партией, и призывает к сбалансированной социальной политике.

Социальная сфера, она не может откладываться на потом.

6. Сельское хозяйство и земельное законодательство

Путин отмечает, что сельское хозяйство является не только отраслью экономики, но и особым социальным укладом в России, где занято 33–35% населения. Он поддерживает совершенствование земельного законодательства и сохранение положительных достижений в сельском хозяйстве, которое росло даже в кризис.

Сельское хозяйство, это, конечно, отрасль экономики, но в то же время для нашей страны... это ещё и отдельный социальный уклад.

7. Жилищно-коммунальное хозяйство (тарифы)

Путин признаёт, что тарифы ЖКХ стали особенно острой проблемой в этом году. Он ставит в заслугу внимание партии и своё вмешательство в исправление необоснованного повышения тарифов в некоторых регионах, вплоть до возврата переплат.

Правительство разобралось с теми регионами, которые пошли на немотивированное увеличение тарифов.

8. Образование и центр «Сколково»

Путин поддерживает идею создания инновационного центра «Сколково» как модели для привлечения талантов, коммерциализации разработок и тиражирования опыта. Он отвергает критику, что это очередной «любимый проект», подчёркивая необходимость научиться коммерциализировать инновации.

Нам нужно создать модельный такой центр, который будет аккумулировать и деньги, заниматься разработкой новых видов полезных моделей.

9. Внешняя политика – договор СНВ с США

Путин сообщает, что внёс на ратификацию новый договор СНВ с США, и просит парламент ратифицировать его синхронно с США для укрепления доверия. Он напоминает о случаях обмана со стороны Советского Союза в прошлом и настаивает на одновременной ратификации.

Я сегодня внёс на ратификацию договор с Соединёнными Штатами Америки об ограничении стратегических наступательных вооружений.

10. День пограничника

Путин поздравляет пограничников с их профессиональным праздником, называя их мужественными людьми.

Сегодня день пограничника. Сердечно вас поздравляем в вашем лице всех пограничников.

11. Строительство жилья на селе

Путин отвечает на предложение строить жильё в сельской местности по типовым проектам. Он отмечает, что такие типовые проекты уже существуют и были утверждены пять лет назад, а проблема в том, чтобы сделать их более доступными.

Типовые проекты мы уже создавали, и мне их приносили на утверждение ещё 5 лет назад.

12. Поддержка многодетных семей

Путин согласен рассмотреть отдельную финансово-кредитную программу для многодетных семей, поскольку их кредитоспособность естественным образом снижается с увеличением числа детей. Он признаёт необходимость индивидуального подхода.

Я не против того, чтобы посмотреть на то, чтобы подготовить отдельную финансово-кредитную программу для многодетных семей.

13. Обучение здоровому образу жизни

Путин отвечает на предложение ввести предмет о здоровом образе жизни, говорит, что он «за», но хочет сначала посоветоваться с педагогами.

Насчёт предмета по здоровому образу жизни, давайте с педагогами посоветуемся.

14. Скрининговая диагностика для студентов

Путин отмечает, что пренатальный и неонатальный скрининг восстановлены, а студенческого скрининга нет. Он считает, что его можно проводить на добровольной основе, так как взрослые должны решать сами.

Студенческого скрининга у нас нет, поэтому я думаю, что если это и делать, то делать, конечно, на добровольных началах.

15. Деловой климат и Уголовный кодекс

Путин обсуждает необходимость улучшения инвестиционного климата и дифференциации ответственности за экономические правонарушения, отходя от советской тенденции сажать бизнесменов в тюрьму. Он выступает за административную, налоговую и гражданскую ответственность вместо уголовного наказания во многих случаях.

К уголовной ответственности за правонарушение в сфере экономики нужно относиться очень и очень дифференцированно.

16. Венчурные фонды и психология инноваций

Путин рассказывает о встрече с руководителями венчурных фондов, которые гордятся тем, что зарабатывают деньги продуктивным, интеллектуальным трудом, а не перепродажей ресурсов. Он подчёркивает необходимость развития культуры венчурного бизнеса и привлечения предпринимателей, которым нравится высокоинтеллектуальный труд.

Мне хотелось бы, я на это очень рассчитываю, что из рядов Единой России как раз придут такие бизнесмены, те, кто будет этим заниматься.

17. Калькуляция затрат и патентный налог

Путин поддерживает расширение перечня затрат, которые можно относить на себестоимость продукции, а также замену вменённого налога патентной системой. Он предлагает подготовить поручение правительству об изменении структуры затрат.

Я предлагаю подготовить моё поручение правительству об изменении структуры затрат.

18. Демография и материнский капитал

Путин признаёт успех программы материнского капитала и других национальных проектов в повышении рождаемости. Он отмечает, что даже в постиндустриальном обществе финансовые стимулы помогли, и приводит в пример конкретные программы – родовые сертификаты и переоснащение клиник.

Даже та же самая программа по материнскому капиталу, она всё-таки помогла.

19. Детские сады и лицензирование

Путин согласен с необходимостью улучшить систему детских садов, особенно частных семейных. Он критикует завышенные санитарные требования и предлагает разделить образовательное лицензирование и функции присмотра, чтобы решить проблему нехватки мест.

Нужно обязательно заняться программой детских садов.

20. Интернет, прямая демократия и электронное правительство

Путин обсуждает политическое влияние интернета, предсказывая возвращение к прямой демократии через онлайн-инструменты. Он поддерживает электронное правительство, но критикует нынешнюю реализацию как пародию, и выступает за привязку эффективности губернаторов к внедрению электронного правительства.

Грядёт эпоха возвращения в известной степени от представительной демократии к демократии непосредственной, прямой при помощи интернета.

21. Пульс блогосферы, ЕГЭ и дело Кононова

Путин признаёт, что пульс блогосферы часто совпадает с социологическими опросами, называя ЕГЭ и дело Кононова горячими темами. Он упоминает, что его сын в этот день сдаёт ЕГЭ, и отмечает, что система – живой организм.

Вы упомянули две вещи: единый госэкзамен и дело Кононова.

22. Реформа ЕГЭ

Путин признаёт, что ЕГЭ доказал свою состоятельность, но имеет и слабые стороны. Он выступает за его совершенствование: ограничить предметами математики и естественных наук, дополнив тестами на гуманитарные навыки. Он отвергает тотальное осуждение ЕГЭ как политическую манипуляцию.

Поэтому я думаю, что в ряде случаев мы должны дополнять ЕГЭ ещё тестами, в которых наши молодые граждане могут продемонстрировать свои гуманитарные навыки, а не просто палочки ставить.

23. Дело Кононова и международное право

Путин критикует пересмотр дела Кононова как политически мотивированный акт, подрывающий международное право. Он предупреждает, что такие действия пытаются сломать существующую систему международного права и угрожают государственному суверенитету. Он подчёркивает, что ни одно государство не может судить другое, а международное право было завоёвано с трудом в XIX–XX веках.

Но я не могу с вами не согласиться в том, что по сути открытый пересмотр ранее состоявшегося решения - это абсолютно политически ангажированное действо.

24. Система назначения губернаторов

Путин защищает новую систему назначения губернаторов через предложения партии, утверждая, что она обеспечивает единство исполнительной власти и снижает риск ошибки президента. Он отмечает, что партия теперь несёт прямую ответственность за кандидатов, и это привело к смене поколений в руководстве. Он советует не менять систему, а посмотреть, как она работает.

Теперь я опираюсь на мнение партии. Мне проще.

25. Отношения России и Украины

Путин выражает надежду, что недавние договорённости с президентом Януковичем улучшат уровень жизни в обеих странах. Он признаёт серьёзные экономические трудности Украины и отмечает, что положение России сравнительно лучше. Он подчёркивает необходимость взаимных усилий для восстановления братских отношений и преодоления прошлой деградации.

Я надеюсь, что решения, которые мы с президентом Януковичем приняли, будут способствовать улучшению жизни и в России, и на Украине.

26. Хранение зерна и сельскохозяйственные интервенции

Путин затрагивает проблему хранения зерна и необходимость современной системы интервенций. Он обсуждает новые идеи, такие как залоговые интервенции и товарный кредит. Он также отмечает плохое состояние советских элеваторов и необходимость новых технологий хранения.

Первая идея связана с проведением так называемых залоговых мероприятий интервенций на основе залога зерна.

27. Музыкальное образование и поддержка музыкантов

Путин вспоминает свои скучные уроки музыки и подчёркивает важность таланта учителя и оснащения школ. Он поддерживает улучшение музыкального образования с помощью новых методик и материалов. Он также выступает за государственные гранты и спонсорство бизнеса для продвижения российских музыкантов за рубежом, отмечая, что такая поддержка пока недостаточна.

Всё, что было сделано музыкантами, может быть, это вопреки школьным урокам музыки.

28. Закон о бюджетных учреждениях и бесплатное образование

Путин заверяет, что новый закон о бюджетных учреждениях не делает среднее образование платным. Он критикует тех, кто сеет страхи, не читая закон, подчёркивая, что бесплатное образование гарантировано Конституцией. Он признаёт, что некоторые школы незаконно собирают деньги, но это не связано с законом.

Возможность прийти в школу и получить необходимый набор образовательных услуг были, есть и будут в нашей стране бесплатные.

29. Российские национальные продукты и брендирование

Путин согласен, что Россия имеет потенциал для создания высококачественных продуктов питания, но находится лишь в начале этого пути. Он отмечает, что производители пока не полностью готовы соответствовать требованиям высокой кухни, и рынок нуждается в сегментации. Он призывает к экономическим механизмам и государственно-частному партнёрству для развития премиальных российских брендов.

Мы вполне способны создать высочайшего качества продукта.

30. Сельскохозяйственные субсидии и качество продуктов

Обсуждается влияние государственных субсидий на развитие животноводства, особенно через субсидирование кредитных ставок. Путин отмечает, что до субсидий животноводства практически не было, а после того, как кредиты стали фактически бесплатными, появились современные комплексы. Он подчёркивает, что при продолжении господдержки Россия сможет производить качественные продукты, но следует сосредоточиться на собственных брендах, а не конкурировать с глобальными продуктами вроде испанского хамона.

Ну вот посмотрите, что произошло после того, как мы начали субсидировать кредитную ставку.

31. Реформа школьного физического воспитания

Вносится предложение кардинально изменить устаревшую концепцию физкультуры в школах, заменив её современными здоровьесберегающими программами. Выступающий утверждает, что нынешний третий урок физкультуры лишь повторяет содержание первых двух, и призывает к переподготовке учителей с использованием инновационных недорогих групповых методов. Путин соглашается дать поручения соответствующим министерствам и подчёркивает необходимость как новых подходов, так и улучшения материальной базы – стадионов и бассейнов.

Необходимо поменять саму концепцию школьного урока физкультуры.

32. Семейное право и родительские права

Вопрос поднимает, что Семейный кодекс гарантирует равные права детей на общение с обоими родителями, но отсутствие наказания за нарушение этого права позволяет недобросовестным родителям легко его нарушать. Предложенные поправки в Семейный кодекс ждут принятия. Путин, отмечая своё знакомство с семейным правом, говорит, что рассмотрит поправки и поддержит их, если они разумно развивают законодательство и стимулируют социально ответственное поведение родителей.

Однако отсутствие наказания за нарушение этого права даёт возможность недобросовестным родителям абсолютно легко нарушать эти права.

33. Социальная инфраструктура пограничников

Поднимается проблема неудовлетворительной социальной инфраструктуры для пограничных войск, особенно после перехода на контрактную службу. Многие заставы не имеют школ и детских садов, из-за чего детей приходится отправлять под вооружённой охраной. Путин признаёт проблему, заявляя, что безопасность нельзя развивать в отрыве от социальных нужд, и обещает дополнить существующую программу обустройства границ целевым финансированием социальных объектов.

Для того, чтобы надёжно охранять рубежи нашей родины, необходим надёжный, крепкий тыл.

34. Внутренний туризм и предпочтения в отпуске

Делегат с Камчатки приглашает Путина посетить Долину гейзеров – одно из семи чудес России. Путин делится своей любовью к путешествиям по России, отмечая, что с момента поступления на госслужбу он посетил большинство регионов страны. Он призывает граждан исследовать огромные и красивые ландшафты России, признавая, что улучшение туристических услуг – ключевая задача государства и бизнеса.

Я обязательно приеду, потому что это действительно одно из чудес света.

35. Заключительные замечания и руководство партией

В заключительной речи Путин обращается к членам правящей партии, подчёркивая, что благополучие государства находится в их руках. Он призывает их активно поддерживать коллег, сосредоточиться на развитии кадров на местном уровне и разумно использовать свою власть. Он подчёркивает, что кадрами невозможно полностью управлять из Москвы, и члены партии должны передать свою энергию для обеспечения модернизации и эффективного управления.

В ваших руках благополучие нашего государства, потому что вы правящая партия.

1. Modernisation as Existential Necessity

Medvedev sets the entire address on a single premise: the phase of merely strengthening the state has done its work, and Russia must now change its whole development paradigm toward large-scale modernisation of the economy and the social sphere. He presents this not as one option among several but as the sole alternative to national collapse. Addressing the party's active membership, he wants them to internalise the stakes — degradation of the economy and disintegration of the country are the concrete price of standing still. His tone is confident rather than anxious: he expresses certainty that modernisation will succeed. The open questions, in his framing, are speed, quality, and — decisively — whether the process can be made genuinely attractive to ordinary people and to business, rather than an abstraction handed down from above. This opening establishes the criterion against which he then measures every subsequent policy area: oil, productivity, social spending, innovation.

Никакой альтернативы большой модернизации экономики и социальной сферы в нашей стране не существует.

There is no alternative to large-scale modernisation of the economy and social sphere in our country.

Что тогда за этим? Развал страны, деградация экономики.

What would follow otherwise? The collapse of the country, the degradation of the economy.

2. Escaping Oil Dependence and Building a High-Tech Economy

Medvedev turns to the structural trap he regards as most corrosive: the national reflex of relaxing the moment energy prices climb. High oil prices, he argues, are not a blessing but a sedative that destroys every incentive to develop. He deliberately inverts the intuitive view by naming a very high price — 140 dollars a barrel — as a catastrophe precisely because it removes all pressure to change. To make the case historically, he traces the succession of energy eras — from oil to gas to nuclear, with hydrogen coming next — to show that resource leadership is never permanent and that states which fail to move up the technological chain fall out of the ranks of the developed. The conclusion is categorical: without laying the foundations of a high-technology economy, there will be no results worth the name. Energy revenue, in this frame, is a means to finance the transition, not a substitute for it.

140 долларов за баррель — это для России катастрофа. Это уничтожение всех стимулов к развитию.

140 dollars a barrel is a catastrophe for Russia. It destroys all incentives to develop.

Без создания основ высокотехнологичной экономики результатов не будет.

Without laying the foundations of a high-tech economy, there will be no results.

3. Admitting Economic Errors and Low Productivity

In an unusually candid passage for an address to loyal party activists, Medvedev concedes that mistakes were made in the economic course and that the depth of the crisis-era fall was underestimated. He reframes error itself: the measure of leadership is not the avoidance of mistakes, which he treats as inevitable, but the willingness to correct them in time. He then singles out labour productivity as a genuine source of sadness, placing Russia in an unflattering comparison with other fast-developing states where it is, in his words, utterly incomparable. He locates the cause in two places at once — a backward economic and technological base inherited from the past, and national habits of work that themselves need to change. The candour serves a purpose: by owning the shortfall openly, he legitimises the demand for a hard modernisation agenda and pre-empts complacency among the very people expected to carry it out.

Главное ведь не в том, чтобы не совершать ошибок... а в том, чтобы их вовремя корректировать.

The main thing is not to avoid mistakes... but to correct them in time.

Производительность труда. В этом плане мы абсолютно несопоставимы с другими быстро развивающимися государствами.

Labour productivity — in this respect we are utterly incomparable to other fast-developing states.

4. Social Policy Cannot Be Deferred

Medvedev insists that modernisation must never come at the expense of stability in the social sphere, and he draws a sharp line under an inherited promise he regards as discredited. The Soviet-era formula — endure now, and future generations will live better — no longer persuades anyone and simply does not work today. Kindergartens, benefits, and the salaries of teachers and doctors are not deferrable items to be settled once the economy is transformed; they must be addressed in the present. He ties this directly to the political fortunes of his audience: if United Russia fails to deliver on the social sphere, it will lose power. The message binds the modernisation project to an immediate obligation, warning the activists that grand economic ambitions carry no electoral credit if daily social realities are neglected. Social policy, in his framing, is both a moral floor and a condition of the party's continued governance.

Социальная сфера, она не может откладываться на потом.

The social sphere cannot be put off until later.

'Не волнуйтесь, будущее поколение будет жить лучше.' Сегодня это не работает вообще.

'Don't worry, the next generation will live better.' Today that doesn't work at all.

5. Agriculture as a Social Way of Life

Medvedev distinguishes Russian agriculture from the Western industrial model and insists it cannot be judged by the same yardstick. Where roughly 4% of the population works the land in Western Europe, in Russia the figure is 33–35% — which makes farming not merely an economic sector but a distinct social order, a way of life for a third of the country. He credits the national project he himself launched for tangible gains and stresses the priority of preserving them rather than letting momentum lapse. He points to a striking fact in his favour: during the crisis, agriculture was the one sector that continued to grow. The argument does double duty — it justifies continued state attention and subsidy on social as well as economic grounds, and it recasts a supposedly backward statistic (a large rural population) as the very reason for a protective, distinctively Russian approach.

Это ещё и отдельный социальный уклад. Там 4% населения в сельском хозяйстве, у нас 33–35.

It is also a distinct social order. There, 4% of the population is in agriculture; here it is 33–35.

6. Rehabilitating Business and Reforming Criminal Liability

Medvedev takes up the cultural rehabilitation of the entrepreneur, lamenting that business is still viewed neutrally at best and, at worst, as bloodsuckers — a caricature long hammered into public consciousness. He defends businessmen, and venture capitalists in particular, as people who create real value through productive, risk-taking work rather than parasitism. From this he draws a concrete legal conclusion: liability for economic offences should be differentiated, not met with the reflexive imprisonment he identifies as a Soviet holdover. Sending a businessman to prison, he argues bluntly, is pointless — he will return nothing that way. The rhetorical strength lies in fusing a moral case (entrepreneurs deserve respect) with a practical one (locking them up recovers no money and destroys value), positioning legal reform of economic crime as both fairer and more useful to the state.

Долго вбивали нам всё-таки в голову, что предприниматели — это кровопийцы.

For a long time it was hammered into our heads that entrepreneurs are bloodsuckers.

Вовсе не обязательно тащить этого самого несчастного бизнесмена куда-то отдыхать, потому что он всё равно ничего не вернёт.

There's no need to drag the wretched businessman off to 'rest' somewhere, because he'll return nothing anyway.

7. Skolkovo Innovation Centre

Medvedev responds directly to online cynicism that dismisses the Skolkovo project as a presidential toy. He defends it as a deliberately modelled centre with three linked purposes: to concentrate funding, to develop genuinely useful models and technologies, and — the point he emphasises most — to learn how to commercialise them. Commercialisation, in his account, is the missing Russian competence, and Skolkovo is meant to master it in one place before the experience is replicated across the country. He is candid that success requires attracting strong foreign specialists, treating that openness as a strength rather than a concession. The defensive framing acknowledges public scepticism while reasserting the project's logic: it is not vanity but a pilot for a capability Russia lacks and must acquire if the wider modernisation agenda is to translate ideas into products.

Нам нужно создать модельный такой центр... Но самое главное — научиться коммерциализировать их.

We need to create a model centre... but most importantly, to learn to commercialise them.

8. The Internet and the Return of Direct Democracy

Medvedev declares the information revolution essentially complete and issues a warning to his own political class: any force that ignores the online space will vanish from the offline one. Loss of initiative on the internet, he states flatly, means loss of initiative in real politics. He then advances a striking thesis — that an era is coming in which societies partially return from representative democracy to direct, immediate democracy conducted through the internet, including electronic voting. His justification is developmental: representative democracy was historically preferred because populations lacked the education and information to decide directly, but rising education levels are making that preference obsolete. The passage fuses a technological argument with a democratic one, positioning Russia's leadership — and United Russia in particular — under an obligation to master these tools first, lest newer forces seize the initiative that digital participation makes available.

Потеря инициативы в онлайне влечёт потерю инициативы в оффлайне.

Losing the initiative online means losing the initiative offline.

Грядёт эпоха возвращения... от представительной демократии к демократии непосредственной, прямой при помощи интернета.

An era is coming of a return... from representative democracy to direct, immediate democracy by means of the internet.

9. START Treaty and Synchronised Ratification

Turning to foreign policy, Medvedev informs the legislators present that he has submitted the strategic arms limitation treaty with the United States for ratification. He frames the treaty as the product of joint effort by both sides and draws from that a firm procedural instruction: the Duma and Federation Council should ratify it synchronously with the American side — neither earlier nor later. He grounds the caution in historical memory, recalling instances in which the USSR was deceived, and thereby justifies insisting on simultaneity as a safeguard rather than mistrust for its own sake. The image of the treaty passing through the crucible of both parliaments almost at the same moment expresses a principle of parity: as the agreement was made jointly, so it must be enacted jointly, with neither party exposed by moving first.

Договор — это результат совместной деятельности... нужно сделать так, чтобы он прошёл через горнила парламентов практически одномоментно.

A treaty is the result of joint effort... it must pass through the crucible of the parliaments almost simultaneously.

10. The Kononov Case and the Sanctity of International Law

On the Kononov ruling, Medvedev observes the propriety of his office by declining to sit in judgement over courts, yet leaves no doubt about his position. He condemns the reopening of a settled decision as politically motivated and, more gravely, as a dangerous attempt to hack the very system of international law. From this he elevates two connected principles: the primacy of the United Nations and of international law, and the inviolable sovereignty of states, from which he derives the rule that no state may sit in judgement over another. He invests international law with almost historical solemnity, describing it as something humanity suffered into being across the nineteenth and twentieth centuries. The rhetoric ties a specific case to a broad defence of the postwar legal order and of sovereign equality — the framework within which he consistently locates Russia's standing.

Ни одно государство не может судить другое государство. Все мы обладаем государственным суверенитетом.

No state may judge another state. We all possess state sovereignty.

Международное право выстрадано человечеством в XIX и XX веке.

International law was suffered into being by humanity in the 19th and 20th centuries.

11. Governor Appointment System Defended

Asked about the system of appointing governors on party nomination rather than by direct election, Medvedev mounts a pragmatic defence. His central point is that neither mechanism guarantees what actually matters — a competent, honest, communicative regional leader — so the choice cannot be settled by appeals to democratic principle alone. What tips the balance for him is the need for a consolidated executive power that acts in a single, coherent mode across an unusually complex federation. He also welcomes an incidental benefit: nomination by the party shifts responsibility for regional leadership onto United Russia itself. With a wry aside — errare humanum est, even a president can make mistakes — he concedes the system is fallible while arguing it is the more workable arrangement for governing a country of Russia's scale and diversity.

Нам необходимо иметь консолидированную исполнительную власть, которая действительно действует... в едином режиме.

We need a consolidated executive power that genuinely acts... in a single mode.

Эррарэ хуманум эст, человеку свойственно ошибаться. Даже президент может ошибиться.

Errare humanum est — to err is human. Even a president can make mistakes.

12. Relations with Ukraine Restored

Medvedev describes his recent successful talks with President Yanukovych as a reversal of what had been a severe degradation of relations. He recalls the difficult decision he took the previous year to withhold Russia's ambassador from Kyiv, presenting it as a painful but justified response to how far ties had fallen. With relations now repaired, he returns to a foundational framing: Ukraine is Russia's closest, brotherly state. He underlines the closeness even while noting Russia's stronger economic position, observing that wages are two to three times higher on the Russian side. The passage models the reconciliation as a restoration of a natural fraternal order that had been temporarily broken, with the ambassador's return standing as the visible marker that normal, close relations between the two peoples have resumed.

Это самое близкое нам государство. Но степень деградации отношений была такова, что пришлось это сделать.

This is our closest state. But the degree to which relations had degraded was such that it had to be done.

13. EGE (Unified State Exam) Reform

Medvedev defends the Unified State Exam as an instrument that has proven its worth, whatever its critics say, while openly acknowledging that it has also exposed real weaknesses. His proposed resolution is a differentiated one: retain the EGE for the exact sciences — mathematics, physics, chemistry — where standardised testing suits the material, and supplement it with additional forms of assessment for the humanities, where it fits less well. He dismisses those who brand the exam the collapse of education as engaging in political manipulation rather than serious critique. To personalise his confidence in the system, he notes that his own son sat an exam that very day. The stance is characteristic of the whole address — defend a reform on its merits, concede its flaws honestly, and refuse to let the shortcomings be weaponised into a case for abandoning it.

ЕГЭ доказал свою состоятельность, чтобы там ни говорили. Но с другой стороны, ЕГЭ показал свои слабые места.

The EGE has proven its worth, whatever they say. On the other hand, it has shown its weak spots too.

14. Kindergartens, Bureaucratic Overregulation, and Health

Prompted by activists, Medvedev backs revising legislation to allow private and family kindergartens to develop, and he attacks the absurd sanitary requirements that block them — demands for two separate entrances and five distinct types of rooms, which he calls impossible and simply a mockery. His remedy is to disentangle childcare from formal educational licensing, so that a family looking after children is not held to the standards of a full school. He also endorses voluntary health screening for students, using the occasion to lament a broader national failing: Russians, he says, treat their own health with contempt. The two threads share a common target — regulation and habit that obstruct sensible, humane provision — and cast the modernisation drive down to the granular level of individual services parents and students actually encounter.

Требует, чтобы было два входа, пять различных видов помещений... Но это же невозможно, это ж издевательство просто.

It requires two entrances, five different types of rooms... But this is impossible, it's simply a mockery.

Мы действительно наплевательски относимся к собственному здоровью.

We really do treat our own health with contempt.

15. Music and Physical Education in Schools

Responding to the jazz musician Igor Butman and the fitness figure Olga Slutsker, Medvedev agrees that school music and physical-education lessons have become outdated anachronisms. He goes so far as to suggest that whatever Russia's musicians have achieved was perhaps accomplished in spite of, not because of, their school music lessons. He promises to instruct the education ministry to develop new curricula and to retrain teachers accordingly. But he attaches a firm qualification familiar from the rest of the address: methodology alone is not enough. Without real material facilities — stadiums, swimming pools, proper instruments — curriculum reform on paper will not deliver. The exchange again shows him converting a specific complaint from a public figure into a concrete instruction, while insisting that pedagogical change must be matched by investment in the physical infrastructure that makes it meaningful.

Всё, что было сделано музыкантами, может быть, это вопреки школьным урокам музыки.

Everything musicians have achieved was perhaps in spite of school music lessons.

16. Grain Storage and Agricultural Intervention Reform

Answering a mill director, Medvedev acknowledges an unsolved practical problem: where to store the incoming 2010 harvest when grain the state purchased in 2008–09 still clogs the elevators, at a running cost of roughly one billion roubles a month. He treats the question seriously and floats mechanisms to relieve the blockage — pledge-based and commodity interventions that would move grain without simply dumping it. He also points to a technological deficiency: Soviet-era elevators are utterly unsuited to swings in temperature, and Russia needs to produce modern grain-storage technology domestically rather than rely on outdated infrastructure. The passage is a compact illustration of the address's method — a concrete operational bottleneck named honestly, quantified, and answered with a mix of financial instruments and a call for home-grown technology consistent with the wider modernisation theme.

Советские элеваторы... абсолютно не приспособлены к изменениям температурного режима.

Soviet elevators... are utterly unsuited to changes in temperature.

17. Domestic Tourism and National Food Brands

Medvedev urges Russians — and, pointedly, himself — to take their holidays inside Russia, praising the country's vast scale and beauty against foreign resorts, while frankly conceding that the service is bad. Challenged by the restaurateur Novikov on why Russia lacks signature national food products, he admits the country is only at the beginning of this task. His answer is developmental rather than defensive: with state programmes and public-private co-funding, Russia can cultivate its own goods and products and, in time, food brands strong enough to sell actively across the world. The two strands share an ambition — to turn Russia's own resources, whether its landscapes or its cuisine, into competitive assets — and the same honest admission of present shortcomings paired with confidence that targeted support can close the gap.

У нас огромная, очень красивая страна.

We have a vast, very beautiful country.

Нам нужно заниматься своими товарами, своими продуктами, но такие бренды, которые будут активно продаваться во всём мире, должны появиться.

We must work on our own goods, our own products — brands that sell actively across the world must emerge.

18. Border Guards' Social Infrastructure

Reacting to a border officer's account of children being escorted to school under armoured cover, Medvedev accepts the underlying principle without hesitation: combat capability cannot be built in isolation from social infrastructure. A garrison whose families lack schools and kindergartens cannot sustain its military mission. He responds with a concrete commitment — to supplement the border-development programme with dedicated funding for schools and kindergartens in remote garrisons. The exchange reinforces a motif that runs through the whole address: the refusal to treat the social sphere as a secondary concern to be settled later. Here it is applied even to national defence, where he insists the human and material conditions of service life must be provided alongside the combat component, not sacrificed to it.

Невозможно развивать боевую составляющую... в отрыве от социальной инфраструктуры.

It is impossible to develop the combat component... in isolation from social infrastructure.

19. Closing Charge — Cadres and the Nature of Power

Medvedev closes with a direct charge to the activists: personnel work at the municipal and regional levels is theirs to do, because it cannot be managed from Moscow. No cadres can be fully allocated from the centre, and the party's task is to identify and develop capable people on the ground — with the plain warning that failure to perform means being replaced in turn. He ends on an elevated reflection on power itself, describing it as the most complex and delicate instrument and, at the same time, the most powerful. The peroration binds the whole address together: the modernisation agenda he has laid out depends ultimately on people, and the responsibility for finding and forming them is placed squarely in the hands of the party membership before him.

Никакие кадры невозможно в полной мере разверстать из Москвы.

No cadres can be fully allocated from Moscow.

В ваших руках самый сложный, самый тонкий и в то же время самый мощный инструмент. Власть.

In your hands is the most complex, most delicate and at the same time most powerful instrument. Power.