Lavrov's Speech and Answers at the Russian Federation Council

Лавров открывает выступление, помещая нынешнюю международную нестабильность в рамки объективного и по сути позитивного процесса — становления более справедливой, более демократической, более полицентричной системы, отражающей географическое и цивилизационное многообразие мира. Этой естественной тенденции противостоят Соединённые Штаты и их ближайшие союзники, которые стремятся повернуть её вспять и навязать остальным свою волю, свои подходы и ценности. Министр описывает систематическое нарушение основополагающих принципов Устава ООН, широкое применение двойных стандартов и вмешательство во внутренние дела суверенных государств — от односторонних нелегитимных мер до прямого военного вторжения. Убедительность аргумента в том, что Россия предстаёт не разрушителем, а защитником нарождающегося справедливого устройства, тогда как Запад держится за уходящее однополярное доминирование, более не соответствующее реальности. Лавров подчёркивает близорукость такого подхода: судьбы мира сегодня не могут определяться одним государством или узкой группой стран.

Lavrov opens by framing the current international moment as one of accumulating instability, but places this within a fundamentally positive objective process: the emergence of a more just, more democratic, more polycentric system that reflects the world's geographic and civilisational diversity. Against this natural tendency stands the United States and its closest allies, who seek to reverse it and impose their own will, approaches and values on others. He describes a systematic violation of the UN Charter's founding principles, double standards, and interference in the internal affairs of sovereign states — from unilateral illegitimate measures up to direct military intervention. The argument's persuasive force lies in presenting Russia not as a disruptor but as the defender of an emerging equitable order, while the West is cast as clinging to a receding unipolar dominance that no longer matches reality.

Продолжается накопление факторов нестабильности и конфликтности... формирование более справедливой, более демократической, более полицентричной системы, отражающей географическое и цивилизационное многообразие.

The accumulation of factors of instability and conflict continues... the formation of a more just, more democratic, more polycentric system reflecting geographic and civilisational diversity.

Ставки подняты высоко ради утверждения одностороннего мирового порядка, систематически нарушаются основополагающие принципы Устава, широко применяются двойные стандарты.

The stakes are raised high for the sake of asserting a unilateral world order; the founding principles of the Charter are systematically violated, and double standards are widely applied.

Лавров подчёркивает, что не Россия испортила отношения с Западом, и что главным условием их восстановления является уважение к России и её законным интересам. Он укореняет российский подход в приверженности коллективным методам решения актуальных проблем современности, опоре на международное право и координации между основными центрами силы и влияния. Россия, заявляет министр, будет и далее твёрдо отстаивать правду и справедливость в мировых делах и права своих соотечественников. Ссылаясь на президента Путина, Лавров представляет Россию как сторону, которой не удастся навязать что-либо, но которая готова восстанавливать связи — однако только на основе равноправия и взаимного уважения, а не под давлением или ультиматумом. Риторика позиционирует Россию как принципиальную и терпеливую державу, держащую дверь открытой, но настаивающую на достойных условиях возобновления диалога.

Lavrov stresses that Russia did not spoil relations with the West, and that the central condition for restoring them is respect for Russia and its legitimate interests. He roots the Russian approach in commitment to collective methods of solving today's problems, reliance on international law, and coordination among the main centres of power and influence. Russia, he affirms, will continue firmly to defend truth and justice in world affairs and the rights of its compatriots. Invoking President Putin, he presents Russia as the injured party willing to rebuild ties — but only on the basis of equality and mutual respect, never under pressure or ultimatum. The rhetoric positions Russia as principled and patient, holding the door open while insisting the terms of re-engagement be dignified.

Не мы портили отношения, и главное условие их восстановления — уважение к России, её законным интересам.

We are not the ones who spoiled relations, and the main condition for restoring them is respect for Russia and its legitimate interests.

Россия будет и далее твёрдо отстаивать правду и справедливость в мировых делах, права наших соотечественников.

Russia will continue firmly to defend truth and justice in world affairs, and the rights of our compatriots.

В доказательство того, что коллективный, основанный на праве подход работает, Лавров указывает на два успеха, достигнутых благодаря конструктивному настрою всех участников: урегулирование ситуации с сирийским химическим оружием и переговоры по иранской ядерной программе. По Ирану он говорит, что сформирован серьёзный потенциал для выхода на всеобъемлющую договорённость, и главная задача теперь — не сорвать эту возможность возвратом к методам давления. Эти случаи служат конкретным подтверждением более широкого тезиса министра: самые запутанные международные проблемы поддаются переговорам между главными державами, а не принуждению, и Россия выступает надёжным и эффективным соавтором таких урегулирований. Аргумент выстроен так, чтобы противопоставить действенность коллективной дипломатии тупику силового давления.

As proof that the collective, law-based approach works, Lavrov points to two successes achieved through the constructive engagement of all participants: the resolution of the Syrian chemical weapons situation and the negotiations on the Iranian nuclear programme. On Iran, he says a serious potential for a comprehensive agreement has been formed, and the main task now is not to wreck this opportunity by returning to pressure tactics. These cases serve as concrete evidence for his broader thesis — that the most tangled international problems yield to negotiation among the principal powers rather than to coercion, and that Russia is a reliable and effective co-author of such settlements.

На переговорах по иранской ядерной программе... сформирован серьёзный потенциал для выхода на всеобъемлющую договорённость; главное — не сорвать эту возможность возвратом к методам давления.

In the negotiations on the Iranian nuclear programme... a serious potential has been formed for reaching a comprehensive agreement; the main thing is not to wreck this opportunity by returning to pressure methods.

Лавров обращается к недавно прошедшим в Москве торжествам по случаю 70-летия Победы в Великой Отечественной войне, отмечая, что в них приняли участие руководители делегаций почти трёх десятков стран и международных организаций. Он выражает признательность всем, кто разделил и радость, и печаль этого святого праздника. Такая подача помещает памятную дату в контекст нравственной солидарности вокруг исторической жертвы России и — на фоне западных бойкотов — косвенно подчёркивает, какие именно партнёры предпочли быть рядом с Россией в этот момент. Празднование предстаёт не только как акт памяти, но и как маркер подлинного отношения государств к общей истории и к российской роли в разгроме нацизма.

Lavrov turns to the recently held celebrations in Moscow marking the 70th anniversary of Victory in the Great Patriotic War, noting that leaders and heads of delegation from nearly thirty states and international organisations took part. He expresses gratitude to all who shared both the joy and the sorrow of this sacred holiday. The framing situates the commemoration as a moment of moral solidarity around Russia's historic sacrifice, and — against the backdrop of Western boycotts — implicitly underscores which partners chose to stand with Russia on this occasion.

В праздничных мероприятиях в Москве в честь 70-летия Победы в Великой Отечественной войне приняли участие руководители делегаций почти трёх десятков стран и международных организаций.

In the celebratory events in Moscow marking the 70th anniversary of Victory in the Great Patriotic War, the heads of delegations of nearly three dozen countries and international organisations took part.

Ключевым приоритетом, заявляет Лавров, остаётся продвижение евразийских интеграционных процессов, которые служат не только повышению конкурентоспособности и социально-экономическому развитию государств-членов, но и укреплению региональной стабильности. Он приводит конкретную цифру: за последние полгода взаимный товарооборот вырос почти на 20 млрд долларов, улучшилась структура торговли, в ней возросла доля товаров с высокой добавленной стоимостью. Упор на измеримые результаты представляет Евразийский экономический союз как работающий, взаимовыгодный проект, приносящий реальную отдачу, а не просто как геополитическую конструкцию. Через эту призму интеграция подаётся как прагматический инструмент общего процветания, укоренённый в экономических интересах самих народов союза.

A key priority, Lavrov states, remains the advancement of Eurasian integration processes, which serve not only to raise competitiveness and drive the socio-economic development of member states but also to strengthen regional stability. He offers a concrete figure: over the last half-year mutual trade turnover grew by almost 20 billion dollars, with an improved trade structure and a rising share of high-value-added goods. The emphasis on measurable gains presents the Eurasian Economic Union as a working, mutually beneficial project delivering real results, not merely a geopolitical construct.

За последние полгода взаимный товарооборот вырос почти на 20 млрд долларов, улучшилась структура торговли, в ней возросла доля товаров с высокой добавленной стоимостью.

Over the last half-year mutual trade turnover grew by almost 20 billion dollars, the structure of trade improved, and the share of high-value-added goods within it increased.

Лавров характеризует отношения с Китаем как наилучшие за всю их историю, ссылаясь на визит китайского лидера в Москву и подписание внушительного пакета документов. Он особо выделяет два совместных заявления, имеющих особое долгосрочное концептуальное значение: об углублении всеобъемлющего партнёрства и стратегического взаимодействия и о сотрудничестве по сопряжению Евразийского экономического союза и экономического пояса Шёлкового пути. Эта пара документов представляет российско-китайские отношения одновременно как двусторонний саммит высшего уровня и как архитектуру более широкого евразийского пространства, в котором два великих интеграционных проекта гармонизируются, а не сталкиваются в конкуренции. Тем самым связка Москва—Пекин подаётся как несущая конструкция многополярного порядка.

Lavrov describes relations with China as the best in their entire history, citing the visit of the Chinese leader to Moscow and the signing of an impressive package of documents. He singles out two joint statements of special long-term conceptual significance: on deepening comprehensive partnership and strategic interaction, and on linking the development of the Eurasian Economic Union with the Silk Road Economic Belt. This pairing presents the Russia-China relationship as both a bilateral summit and the architecture of a wider Eurasian space, in which two great integration projects are harmonised rather than set in competition.

Наилучшими за всю историю являются отношения России с Китаем... подписан внушительный пакет документов.

Russia's relations with China are the best in their entire history... an impressive package of documents was signed.

Два совместных заявления — об углублении всеобъемлющего партнёрства и стратегического взаимодействия и о сотрудничестве по сопряжению Евразийского экономического союза и экономического пояса Шёлкового пути.

Two joint statements — on deepening comprehensive partnership and strategic interaction, and on cooperation in linking the Eurasian Economic Union and the Silk Road Economic Belt.

Лавров подтверждает приверженность России дальнейшему расширению привилегированного стратегического партнёрства с Индией и углублению плановых связей с Вьетнамом и другими странами АСЕАН, включая реализацию совместных торгово-экономических проектов в Сибири и на Дальнем Востоке. Это расширяет картину восточного вектора за пределы Китая, изображая целую дугу партнёров в Азии, с которыми Россия выстраивает практическое экономическое сотрудничество, и напрямую увязывая это сотрудничество с развитием собственных восточных регионов страны. Восточный поворот предстаёт не как вынужденная реакция на западное давление, а как стратегический выбор с широкой географией, приносящий конкретную пользу российскому Зауралью и Дальнему Востоку.

Lavrov affirms Russia's commitment to further expanding its privileged strategic partnership with India and to deepening planned ties with Vietnam and other ASEAN countries, including the realisation of joint trade and economic projects in Siberia and the Far East. This widens the picture of the Eastern vector beyond China, portraying an entire arc of partners in Asia with whom Russia is building practical economic cooperation, and tying that cooperation directly to the development of Russia's own eastern regions.

Мы привержены дальнейшему расширению привилегированного стратегического партнёрства между Россией и Индией, углублению плановых связей с Вьетнамом, другими странами АСЕАН.

We are committed to further expanding the privileged strategic partnership between Russia and India, and to deepening planned ties with Vietnam and other ASEAN countries.

Лавров представляет как важный вектор российских усилий инициативу, совместно оформленную Россией и Китаем, о создании в Азиатско-Тихоокеанском регионе надёжных механизмов региональной стабильности на внеблоковой основе. Он отмечает, что эта инициатива уже является предметом нескольких раундов консультаций в рамках механизма Восточноазиатских саммитов, и напоминает неоднократно высказанную Путиным мысль о том, что взаимодействие с АТР носит для России стратегический характер на весь XXI век — оно развивается не за счёт, а в дополнение к западному вектору, при условии, что Запад готов сотрудничать честно и взаимовыгодно, без ультиматумов и попыток добиться односторонних преимуществ. Тем самым восточный вектор подаётся как открытый и равноправный проект, а не как антизападный блок.

Lavrov presents as an important vector of Russian effort the initiative, jointly framed by Russia and China, to create reliable mechanisms of regional stability in the Asia-Pacific on a non-bloc basis. He notes this initiative is already the subject of several rounds of consultations within the framework of the East Asia Summits, and recalls Putin's repeated observation that engagement with the Asia-Pacific is strategic for Russia for the whole of the century — pursued not at the expense of but in addition to the Western vector, provided the West is ready to cooperate honestly and to mutual benefit, without ultimatums or attempts at one-sided advantage.

Мы хотим развивать этот вектор своей политики не за счёт, а в дополнение к западному, если, конечно, Запад готов сотрудничать честно и взаимовыгодно, без ультиматумов.

We want to develop this vector of our policy not at the expense of, but in addition to, the Western one — if, of course, the West is ready to cooperate honestly and to mutual benefit, without ultimatums.

Лавров уделяет возрастающее внимание Шанхайской организации сотрудничества и объединению БРИКС, которые проведут свои саммиты в Уфе в июле. Он рассчитывает, что ШОС подтвердит способность организации гибко реагировать на меняющиеся реалии и даст старт процессу приёма новых членов, реализуя зафиксированный в её основополагающих документах принцип открытости. По БРИКС министр подчёркивает его утверждение в качестве влиятельного участника системы глобального управления и расширение спектра областей сотрудничества, в том числе межпарламентского измерения: парламентский форум БРИКС стартует 8 июня в Москве. Оба формата подаются как несущие опоры складывающейся многополярности, работающие на принципах открытости и равноправия в противовес закрытым западным структурам.

Lavrov gives growing attention to the Shanghai Cooperation Organisation and BRICS, both of which will hold their summits in Ufa in July. He expects the SCO to confirm its ability to respond flexibly to changing realities and to begin the process of admitting new members, realising the principle of openness fixed in its founding documents. On BRICS, he stresses its consolidation as an influential participant in the system of global governance and the expansion of its areas of cooperation, including the inter-parliamentary dimension: a BRICS parliamentary forum is to be launched on 8 June in Moscow.

Рассчитываем, что ШОС подтвердит способность организации гибко реагировать на меняющиеся реалии... даст старт процессу приёма новых членов.

We expect that the SCO will confirm the organisation's ability to respond flexibly to changing realities... and will launch the process of admitting new members.

Председательство России в БРИКС... утверждение в качестве влиятельного участника системы глобального управления, расширяется спектр областей сотрудничества.

Russia's chairmanship in BRICS... its establishment as an influential participant in the system of global governance; the spectrum of areas of cooperation is expanding.

Лавров обращается к братоубийственным конфликтам на Ближнем Востоке и в Северной Африке, обещая продолжить усилия по мирному урегулированию, включая предоставление московской площадки для общенационального согласия в Сирии через диалог между властями и оппозицией. Он призывает вести борьбу с терроризмом — в том числе с так называемым Исламским государством — последовательно и без двойных стандартов. Особое значение министр придаёт защите христиан, в частности на Ближнем Востоке, и подчёркивает важность недопущения перерастания межконфессиональных трений внутри ислама в открытое противостояние. Такая подача выставляет Россию защитницей религиозных меньшинств и принципиальным участником антитеррористической борьбы, не запятнанным избирательностью, которую министр приписывает другим.

Lavrov addresses the fratricidal conflicts across the Middle East and North Africa, pledging continued efforts toward peaceful settlement, including offering the Moscow platform for national accord in Syria through dialogue between the authorities and the opposition. He calls for the fight against terrorism — including the so-called Islamic State — to be waged consistently and without double standards. He gives special significance to the protection of Christians, particularly in the Middle East, and stresses the importance of preventing inter-confessional tensions within Islam from escalating into open confrontation. The framing casts Russia as a defender of religious minorities and a principled counter-terrorism actor untainted by the selectivity he ascribes to others.

Борьба с терроризмом, в том числе с так называемым Исламским государством, должна вестись последовательно, без двойных стандартов.

The fight against terrorism, including against the so-called Islamic State, must be waged consistently, without double standards.

Особое значение мы придаём защите христиан, в частности на Ближнем Востоке.

We attach special significance to the protection of Christians, particularly in the Middle East.

Переходя к Европе, Лавров называет ближайшей задачей преодоление кризиса на Украине, генезис которого, по его словам, всем хорошо известен. Он указывает на переговоры госсекретаря Джона Керри в Сочи в мае как позволившие лучше осознать необходимость избегать шагов, способных нанести долгосрочный ущерб, и выражает надежду, что Вашингтон использует своё значительное влияние на киевские власти, чтобы удержать их от новых военных авантюр и побудить Киев к неукоснительному осуществлению Минска-2. Министр описывает уже работающий конкретный механизм: рабочие подгруппы по различным направлениям урегулирования, включая заседание подгруппы по экономическим вопросам 14 мая, встречи по безопасности и гуманитарной проблематике и заседание подгруппы по политическим вопросам, намеченное на 22 мая.

Turning to Europe, Lavrov names the nearest task as overcoming the crisis in Ukraine, whose genesis, he says, is well known. He points to Secretary of State John Kerry's talks in Sochi in May as having improved understanding of the need to avoid steps with long-term damage, and expresses hope Washington will use its considerable influence over the Kyiv authorities to restrain them from new military adventures and to push Kyiv toward strict implementation of Minsk-2. He describes the concrete machinery already at work: working subgroups on the various tracks of settlement, with an economic subgroup meeting on 14 May, security and humanitarian meetings, and a political-issues subgroup session set for 22 May.

Рассчитываем, что в свете итогов сочинских переговоров Вашингтон использует своё значительное влияние на киевские власти, чтобы удержать их от новых военных авантюр.

We expect that in light of the results of the Sochi talks Washington will use its considerable influence over the Kyiv authorities to restrain them from new military adventures.

По предложению России начали функционировать рабочие подгруппы по различным направлениям урегулирования.

At Russia's proposal, working subgroups on the various tracks of settlement have begun to function.

Лавров излагает более широкую европейскую цель: сформировать на практике систему равной и неделимой безопасности на внеблоковой основе, используя процесс «Хельсинки+40» в рамках ОБСЕ. Он предлагает поэтапную гармонизацию интеграционных процессов ради создания единого экономического и гуманитарного пространства от Лиссабона до Владивостока, причём первым шагом видит диалог между Евросоюзом и Евразийским экономическим союзом. Совету Европы министр отводит роль гуманитарной опоры европейской безопасности — при условии, что все уважают лежащие в его основе принципы равноправия, не нагнетая конфронтацию, как это, по его словам, происходит в ПАСЕ. Такая архитектура подаётся как отвечающая интересам всех народов континента, восточных и западных, а не какой-либо одной стороны.

Lavrov sets out the wider European goal: forming in practice a system of equal and indivisible security built on a non-bloc basis, using the Helsinki+40 process within the OSCE. He proposes the gradual harmonisation of integration processes to create a single economic and humanitarian space from Lisbon to Vladivostok, with dialogue between the EU and the Eurasian Economic Union as a first step. He assigns the Council of Europe the role of humanitarian pillar of European security — on condition that all respect its founding principles of equality, without inflaming confrontation as, he says, is happening in PACE.

Интересам всех народов... отвечало бы поэтапное гармонизация интеграционных процессов с целью формирования единого экономического и гуманитарного пространства от Лиссабона до Владивостока.

It would serve the interests of all peoples... to gradually harmonise integration processes with the aim of forming a single economic and humanitarian space from Lisbon to Vladivostok.

В качестве первого шага предлагаем диалог между Евросоюзом и Евразийским экономическим союзом.

As a first step we propose a dialogue between the European Union and the Eurasian Economic Union.

Завершая выступление, Лавров описывает продолжающееся совершенствование инструментария внешней политики: повышенное внимание к парламентской и экономической дипломатии и углубление взаимодействия с гражданским обществом. Он подтверждает, что защита прав и законных интересов российских граждан и соотечественников за рубежом остаётся важнейшей задачей, и подчёркивает роль регионов — в том числе новых субъектов, Республики Крым и Севастополя — в развитии внешних связей России. Министр отмечает, что утверждённый руководством страны внешнеполитический курс носит долгосрочный, стратегический характер, не подвержен минутным колебаниям политической конъюнктуры и в конечном счёте нацелен на повышение качества жизни народов России. Тем самым внешняя политика прямо увязывается с внутренним развитием и благосостоянием граждан.

Lavrov closes his address by describing the continued refinement of foreign-policy instruments: heightened attention to parliamentary and economic diplomacy and deeper engagement with civil society. He reaffirms that protection of the rights and legitimate interests of Russian citizens and compatriots abroad remains a vital task, and stresses the role of the regions — including the new subjects, the Republic of Crimea and Sevastopol — in developing Russia's external ties. He underlines that the country's foreign-policy course is long-term and strategic, not subject to momentary shifts of political conjuncture, and aimed ultimately at raising the quality of life of the peoples of Russia.

На помощь в развитии международных и внешнеэкономических связей российских регионов, в том числе новых субъектов — Республики Крым и Севастополя — ориентированы все российские загранучреждения.

All of Russia's foreign establishments are oriented toward assisting the development of the international and foreign-economic ties of Russia's regions, including the new subjects — the Republic of Crimea and Sevastopol.

Утверждённый руководством страны внешнеполитический курс носит долгосрочный, стратегический характер, не подвержен минутным колебаниям политической конъюнктуры.

The foreign-policy course approved by the country's leadership is long-term and strategic in character, not subject to momentary fluctuations of political conjuncture.

Отвечая сенатору Климову о стратегическом восточном векторе и его «подводных камнях», Лавров описывает Азиатско-Тихоокеанский регион как признанный локомотив мирового экономического развития, где формируются мощные центры роста, порождающие расширяющееся политическое влияние, и где сталкиваются значительные силы. Он противопоставляет две модели. Транстихоокеанское партнёрство под эгидой США исключает Китай и Россию; в противовес ему Россия и Китай сопрягают ЕАЭС с поясом Шёлкового пути, а Китай продвигает Азиатский банк инфраструктурных инвестиций — открытую инициативу, к которой уже присоединились около 57 государств, включая Россию. Закрытые региональные торговые блоки, предупреждает министр, рискуют обесценить универсальные принципы ВТО и сместить центр тяжести в узкие форматы; та же внеблоковая логика применима к военно-политической сфере, где нужна зонтичная договорённость для гармонизации многочисленных механизмов региона.

Answering Senator Klimov on the strategic Eastern vector and its "hidden reefs," Lavrov describes the Asia-Pacific as the acknowledged locomotive of world economic development, where powerful centres of growth generate expanding political influence and significant forces contend. He contrasts two models. The US-led Trans-Pacific Partnership excludes China and Russia; against it, Russia and China link the EAEU with the Silk Road Belt, and China advances the Asian Infrastructure Investment Bank — an open initiative already joined by some 57 states, including Russia. Closed regional trade blocs, he warns, risk devaluing universal WTO principles and shifting the centre of gravity into narrow formats; the same non-bloc logic applies to the military-political sphere, where an umbrella arrangement is needed to harmonise the region's many mechanisms.

Соединённые Штаты выступили с инициативой создания Транстихоокеанского партнёрства... для участия в котором не приглашены Китай и Россия.

The United States advanced the initiative of creating a Trans-Pacific Partnership... to participate in which China and Russia are not invited.

К китайской инициативе Азиатского банка инфраструктурных инвестиций уже присоединились около 57 стран, включая Российскую Федерацию; китайская инициатива является открытой для всех желающих.

Some 57 countries, including the Russian Federation, have already joined the Chinese initiative of the Asian Infrastructure Investment Bank; the Chinese initiative is open to all who wish to join.

Отвечая сенатору Цекову, Лавров переформулирует устремления соседей к Евросоюзу как не трагедию — при условии, что они не подрывают законных интересов России и других государств. Он напоминает мысль Путина о том, что на пространстве СНГ находятся ближайшие партнёры России, однако Россия не претендует на монополию и признаёт право соседей на многовекторную внешнюю политику, настаивая лишь на том, чтобы такие процессы были открытыми и честно балансировали интересы. Весь украинский кризис министр выводит из категорического отказа Евросоюза согласовать зону свободной торговли Украина—ЕС с обязательствами Киева по СНГ, восстанавливая цепочку: соглашение об ассоциации, отказ Януковича его подписать, Майдан, соглашение 21 февраля, выбор Крыма и последующие санкции. По конкретному вопросу он отмечает, что недавние документы саммитов Украина—ЕС и Украина—НАТО не содержат обещания членства — только риторику и заверения о поддержке реформ.

Responding to Senator Tsekov, Lavrov reframes neighbours' aspirations toward the EU as no tragedy, provided they do not undermine the legitimate interests of Russia and other states. He recalls Putin's point that the CIS space holds Russia's closest partners, yet Russia claims no monopoly there and recognises its neighbours' right to a multi-vector foreign policy — insisting only that such processes be open and balance interests honestly. He traces the whole Ukrainian crisis to the EU's categorical refusal to reconcile the Ukraine-EU free trade zone with Kyiv's CIS obligations, recounting the association agreement, Yanukovych's refusal to sign, the Maidan, the 21 February agreement, Crimea's choice, and the subsequent sanctions. On the concrete question, he notes the recent EU-Ukraine and NATO-Ukraine documents contain no promise of membership — only rhetoric and reform assurances.

Мы не рассматриваем устремление наших соседей к укреплению связей с Евросоюзом как трагедию... но необходимо не подрывать законные интересы Российской Федерации.

We do not regard our neighbours' aspiration to strengthen ties with the EU as a tragedy... but it is necessary not to undermine the legitimate interests of the Russian Federation.

Если бы такой подход был бы принят Еврокомиссией ещё в ноябре тринадцатого года... то, может быть, и Майдана бы не было, удалось бы избежать кровопролития на юго-востоке Украины.

Had such an approach been adopted by the European Commission back in November 2013... then perhaps there would have been no Maidan, and the bloodshed in the southeast of Ukraine could have been avoided.

Отвечая сенатору Пономарёву о запущенной США информационной войне и региональных поездках Виктории Нуланд, Лавров признаёт, что информационная война идёт — как в интернете, так и в традиционных СМИ — и отмечает, что в Конгрессе звучат призывы повышать финансирование вещательных структур, работающих на Европу и Евразию, а правительство США обвиняют в том, что оно проигрывает информационную войну России. Россия, говорит министр, войнами не интересуется, в том числе информационными; самый сильный ответ — продолжать говорить правду. Он высоко оценивает российских журналистов как зачастую единственных, кто постоянно работает на юго-востоке, показывая в прямом эфире колоссальные разрушения, которые приносят действия Вооружённых сил Украины и добровольческих батальонов, и обещает, что государство не будет вмешиваться в их работу.

Answering Senator Ponomaryov on the US-launched information war and Victoria Nuland's regional trips, Lavrov acknowledges an information war is under way — in the internet and traditional media alike — and notes that in Congress there are calls to raise funding for broadcasting structures aimed at Europe and Eurasia, with the US government accused of losing the information war with Russia. Russia, he says, is not interested in wars, including informational ones; the strongest answer is to keep telling the truth. He praises Russian journalists as often the only ones working continuously in the southeast, showing live the colossal destruction wrought by the Ukrainian armed forces and volunteer battalions, and vows the state will not interfere in their work.

Американцы бьют тревогу, в Конгресс вносится предложение, что перед лицом российской информационной агрессии нужно повышать финансирование соответствующих структур.

The Americans are sounding the alarm; a proposal is introduced in Congress that, in the face of Russian information aggression, funding for the relevant structures must be increased.

Наши журналисты... единственные, кто постоянно работает на юго-востоке, кто в прямом эфире показывает те колоссальные разрушения, которые приносят действия Вооружённых сил Украины.

Our journalists... are the only ones who work continuously in the southeast, who show live the colossal destruction brought by the actions of the Ukrainian armed forces.

Отвечая сенатору Горячевой о смещении от армий и дипломатии к спецслужбам, экономической зависимости и информационным войнам, Лавров соглашается, что о недопустимости вмешательства и государственных переворотов нужно говорить последовательно. Он отмечает, что всё чаще, причём по инициативе самих партнёров, эта позиция закрепляется в документах — например, в документах ШОС, — и призывает принять декларацию, которая подтвердит не только положение Устава ООН о недопустимости вмешательства, но и неприемлемость государственных переворотов как метода смены власти, напоминая, что такой принцип закреплён и в Африканском союзе, и в латиноамериканских структурах. Он приводит оставшееся без ответа сравнение Путина: когда президент Хади бежал из Йемена, Запад требовал его возвращения, тогда как Януковичу, даже не покинувшему страну в момент переворота, в той же логике было отказано.

Responding to Senator Goryacheva on the shift from armies and diplomacy to intelligence services, economic dependence and information war, Lavrov agrees that non-interference and the inadmissibility of coups must be voiced consistently. He notes that increasingly, and often at partners' own initiative, this position is being fixed in documents such as those of the SCO, and calls for a declaration affirming not only the UN Charter's ban on interference but the unacceptability of coups as a method of changing power — recalling that both the African Union and Latin American structures enshrine such a principle. He cites Putin's unanswered comparison: when President Hadi fled Yemen the West demanded his return, yet Yanukovych, who did not even leave the country, was denied the same logic.

Нельзя вмешиваться во внутренние дела... нельзя поощрять государственные перевороты, тем более нельзя провоцировать государственные перевороты.

One must not interfere in internal affairs... one must not encourage coups, and still less must one provoke coups.

Когда президент Хади сбежал из Йемена в Саудовскую Аравию, весь прогрессивный западный мир требует, чтобы его вернули... Янукович, в отличие от Хади, не сбежал в момент переворота за границу.

When President Hadi fled from Yemen to Saudi Arabia, the entire progressive Western world demands his return... Yanukovych, unlike Hadi, did not flee abroad at the moment of the coup.

Отвечая на вопрос о включении Украиной долга перед Россией в перечень подлежащих реструктуризации и о решении Верховной Рады, дающем правительству право не платить по внешним долгам, Лавров говорит, что цивилизованный мир воспримет это так же, как и Россия, — как полную дискредитацию режима, на который была сделана ставка и который не держит своего слова. Шаг Рады министр называет печальным, ссылаясь на оценки, согласно которым он призван спровоцировать дефолт, чтобы затем можно было недорого раскупить собственность после падения котировок. Что касается конкретных 3 млрд долларов, предоставленных путём покупки украинских государственных облигаций, Россия сейчас никаких юридических действий предпринимать не будет: она предпочла не требовать досрочной выплаты, хотя имела на это право, срок наступает в конце года, и Россия своих позиций не меняет.

Asked about Ukraine including its debt to Russia in the list for restructuring and the Verkhovna Rada's decision authorising the government not to pay external debts, Lavrov replies that the civilised world will read this, as Russia does, as the full discredit of the regime on which the bet was placed — a regime that does not keep its word. He calls the Rada's step sad, citing assessments that it is meant to provoke a default so that property can later be bought up cheaply once quotations collapse. On the concrete $3 billion, provided through the purchase of Ukrainian state bonds, Russia will take no legal action now: it chose not to demand early repayment though entitled to, the maturity falls at year's end, and Russia is not changing its position.

Есть оценки, что этот шаг призван спровоцировать дефолт, чтобы потом можно было недорого раскупить собственность в условиях, когда упадут котировки.

There are assessments that this step is meant to provoke a default, so that property can later be bought up cheaply when quotations collapse.

Те самые 3 млрд долларов, которые были предоставлены путём покупки украинских государственных облигаций... мы не стали, хотя и имели право, требовать досрочной выплаты.

Those very 3 billion dollars, provided through the purchase of Ukrainian state bonds... we did not, though we had the right, demand early repayment.

Отвечая сенатору Чернышову о защите исторической справедливости и создании правового механизма против переписывания истории, Лавров предостерегает, что приравнивание переписывания истории к преступлению против человечества потребовало бы прежде договориться, что такое история и что такое переписывание, — а это невозможно, поскольку у каждой страны свои нюансы, и такой путь лишь нагнетал бы конфронтацию. Вместо этого он указывает на методичную работу: архивное сотрудничество со многими государствами, выпуск сборников архивных документов и совместные комиссии историков — с Австрией, Германией, Латвией, Литвой, Румынией, Польшей, Чехией и Казахстаном. Особо он выделяет недавно выпущенное в качестве пилотного проекта совместное с Германией учебное пособие по истории межвоенного периода, в котором 12 из 15 глав — совместные тексты, а по трём оставшимся даны неконфронтационные альтернативные статьи.

Answering Senator Chernyshov on protecting historical justice and creating a legal mechanism against the rewriting of history, Lavrov cautions that equating the rewriting of history with a crime against humanity would first require agreeing what history and rewriting are — impossible, since every country has its nuances, and such a path would only fuel confrontation. Instead he points to methodical work: archival cooperation with many states, published collections of archival documents, and joint historian commissions — with Austria, Germany, Latvia, Lithuania, Romania, Poland, the Czech Republic and Kazakhstan. He highlights a recently issued pilot joint textbook with Germany covering the interwar period, in which 12 of 15 chapters are joint texts and the remaining three offer non-confrontational alternative articles.

Для этого нужно договориться о том, что такое история, что такое переписывание... Я не думаю, что это правильный путь, он будет только нагнетать конфронтацию.

For this one would need to agree what history is, what rewriting is... I do not think that is the right path; it would only inflame confrontation.

С немцами недавно мы выпустили в качестве пилотного проекта совместное учебное пособие по истории между двумя мировыми войнами: из 15 глав 12 — это совместные тексты.

With the Germans we recently issued, as a pilot project, a joint teaching aid on the history between the two world wars: of 15 chapters, 12 are joint texts.

Отвечая сенатору Марченко о докладе комитета Европарламента по иностранным делам, призывающем к финансовой поддержке «независимых» организаций гражданского общества, СМИ и НКО в России и к немедленному выделению средств Еврокомиссией, Лавров соглашается, что это попахивает вмешательством во внутренние дела. Он отмечает, что резолюции Европарламента не носят обязательного характера для Комиссии, и что Россия будет следить за реакцией Комиссии, рассчитывая, что там всё-таки есть разумные люди. Министр проводит параллель с американским законом «О поддержке свободы на Украине», подписанным президентом Обамой, где есть раздел по России в схожем духе с конкретными ассигнованиями, и защищает российские законы о финансировании политически активных НКО, отмечая, что на самом Западе контроль за подобной деятельностью даже жёстче, чем в России.

Responding to Senator Marchenko on a European Parliament foreign-affairs committee report urging financial support for "independent" civil-society organisations, media and NGOs in Russia and immediate EU funding, Lavrov agrees it smacks of interference in internal affairs. He notes that European Parliament resolutions are not binding on the Commission and that Russia will watch how the Commission responds, trusting reasonable people remain there. He draws a parallel with the US "Ukraine Freedom Support Act" signed by President Obama, which contains a section on Russia in similar spirit with concrete appropriations, and defends Russia's own laws on the financing of politically active NGOs — noting that oversight of such activity in the West is even harsher than in Russia.

В принципе решения Европарламента не являются обязательными для Европейской комиссии... мы твёрдо рассчитываем, что там всё-таки есть разумные люди.

In principle, European Parliament decisions are not binding on the European Commission... we firmly count on there still being reasonable people there.

На самом Западе контроль за подобного рода деятельностью похлеще, чем у нас.

In the West itself, control over this kind of activity is even harsher than in ours.

Отвечая сенатору Тихомирову, Лавров описывает отношения с Кубой, Никарагуа и Венесуэлой как находящиеся в очень хорошей форме с весьма неплохими перспективами, отмеченные регулярными визитами на высшем уровне и сотрудничеством в сферах безопасности, гуманитарной и образовательной. Он называет конкретные экономические проекты: зоны свободной торговли и особые экономические зоны и мультимодальный транспортный хаб на Кубе; переход в Никарагуа от форм помощи к взаимовыгодному сотрудничеству по инициативе самих никарагуанцев; инвестиционные, торговые и оборонные проекты с Венесуэлой. Все три государства он ценит как активно поддерживающие Россию на международной арене и пользующиеся авторитетом в Латинской Америке, ссылаясь на единодушную солидарность региона против санкций США в отношении Венесуэлы и на создание СЕЛАК — первого объединения всех государств американского континента без США и Канады.

Answering Senator Tikhomirov, Lavrov describes relations with Cuba, Nicaragua and Venezuela as in very good form with very promising prospects, marked by regular high-level visits and cooperation across security, humanitarian and educational spheres. He notes concrete economic projects: free-trade and special economic zones and a multimodal transport hub in Cuba; a shift in Nicaragua from aid toward mutually beneficial cooperation at the Nicaraguans' own initiative; and investment, trade and defence-line projects with Venezuela. He values all three as states that actively support Russia internationally and enjoy authority in Latin America, citing the region's unanimous solidarity against US sanctions on Venezuela and the creation of CELAC — the first body uniting all American-continent states without the US and Canada.

На Кубе создаются зоны свободной торговли, особые экономические зоны, создаётся мультимодальный транспортный хаб, наши компании к этому активно присматриваются.

In Cuba free-trade zones and special economic zones are being created, a multimodal transport hub is being built, and our companies are actively examining this.

Несколько лет назад создали Сообщество стран Латинской Америки и Карибского бассейна — СЕЛАК: впервые все страны американского континента собрались в единую организацию без США и без Канады.

A few years ago they created the Community of Latin American and Caribbean States — CELAC: for the first time all states of the American continent gathered in a single organisation without the US and Canada.

По заключительному вопросу о Македонии Лавров соглашается, что происходящее — новая цветная революция в Европе по украинскому сценарию, довольно грубо направляемая извне. Он связывает давление на правительство Груевского с его отказом присоединиться к антироссийским санкциям и с прежней поддержкой «Южного потока» и готовностью сотрудничать по «Турецкому потоку». Министр предупреждает, что для подрыва правительства задействуется албанский фактор, несмотря на Охридское соглашение, некогда установившее мир, — и напоминает, что Россия ссылалась на Охрид, поднимая вопрос о правах русских в Эстонии и Латвии. Он осуждает самозваных посредников, в том числе не имевшую мандата «миссию ОБСЕ» в Скопье, и сообщает о предложении, чтобы генеральные секретари Совета Европы и ОБСЕ посетили Скопье, дабы решения принимались коллегиально в легитимных структурах, а не под ковром.

On the final question about Macedonia, Lavrov agrees the events are a new colour revolution in Europe following the Ukrainian scenario, directed rather crudely from outside. He connects the pressure on the Gruevski government to its refusal to join anti-Russian sanctions and its earlier support for South Stream and readiness to cooperate on the Turkish Stream. He warns that the Albanian factor is being activated to undermine the government, despite the Ohrid agreement that once secured peace — recalling that Russia invoked Ohrid when raising the rights of Russians in Estonia and Latvia. He denounces self-appointed mediators, including an unmandated "OSCE mission" to Skopje, and reports proposing that the Secretaries-General of the Council of Europe and OSCE visit Skopje so decisions be taken collegially in legitimate structures.

За всем этим стоит желание воздействовать на Груевского в связи с отказом присоединиться к санкциям против России.

Behind all of this stands the desire to influence Gruevski in connection with his refusal to join the sanctions against Russia.

Уже пошли разговоры о том, что надо Македонию расчленить как искусственное государство: часть отдать Болгарии, часть отдать Албании... из Тираны провозглашаются лозунги Великой Албании.

Talk has already begun that Macedonia should be dismembered as an artificial state: part given to Bulgaria, part given to Albania... from Tirana slogans of a Greater Albania are proclaimed.