Встреча с молодёжью (Meeting with Youth)

1. Межнациональные отношения в современной России

Путин отмечает, что межнациональные отношения в последние годы стали особенно острыми. Он противопоставляет советское подавление этнических вопросов сегодняшнему открытому обществу, где живут 180 национальностей. Он подчеркивает, что уникальная федеративная структура России, построенная на национальных принципах, создаёт как возможности, так и вызовы.

На территории России проживает 180 национальностей Исторические опыты Сотрудничества Он, конечно, уникален

2. Внутренняя миграция и этническая преступность

Путин обсуждает, как открытые границы и свободное передвижение привели к большим миграционным потокам внутри России и из азиатских государств. Он отмечает, что не все мигранты быстро интегрируются, а некоторые формируют этнические преступные группы. Он приводит статистику: 34 500 преступлений, совершённых иностранными гражданами за 9 месяцев, и 55 этнических преступных групп под наблюдением полиции, 7 из которых имеют экстремистские наклонности.

К сожалению, далеко не все, кто приезжают Готов сразу же встроиться в жизнь

3. Отток русского населения из регионов

Путин упоминает продолжающийся отток этнических русских из значительной части страны как источник межнациональной напряжённости. Он не вдаётся в подробности, но перечисляет это среди проблем.

Продолжается отток русских Из довольно значительной части регионов

4. Необходимость сильного государства и единства

Путин утверждает, что единственный ответ на эти вызовы – сильное, единое государство. Он вспоминает болезненное ощущение распада Советского Союза и настаивает, что экстремисты и сепаратисты должны быть наказаны независимо от этнической принадлежности. Он призывает к разумной национальной политике и современному образованию повсюду.

Наша государство должно быть сильным И должно быть единым

5. Личная история межнациональной помощи (Георгий)

Георгий, смешанного армянского, грузинского и русского происхождения, рассказывает, как русская женщина по имени Баврита сдала им квартиру в Москве во время войны 1990-х годов, несмотря на давление со стороны родственников. Он благодарит Путина за то, что тот никогда не играет на этнической карте и относится ко всем национальностям равно.

Она сдала нам свою квартиру Несмотря на то, что ее окружение Ее родственники ее упрекали

6. Советское воспитание и межнациональное согласие

Путин отвечает Георгию, делясь своим советским опытом гармоничных межнациональных отношений в школе и университете. Он признаёт множество недостатков Советского Союза, включая уничтожение некоторых народов, но хвалит повседневную идеологию единства, существовавшую в 1970–80-е годы.

В Советском Союзе было много очень плохого И в области национальных отношений На это нельзя закрывать глаза

7. Сравнение с Соединёнными Штатами

Путин сравнивает межнациональную ситуацию в России с ситуацией в США, отмечая, что 40–50 лет назад Америка была глубоко проблемным обществом, но смогла стать более гармоничной благодаря воле, энергии и правильному руководству. Он говорит, что Россия должна синтезировать советский и мировой опыт.

Если вспомнить 40-50 лет назад У американцев было очень проблемное общество

8. Критика националистической политики бывших советских республик

Путин выражает шок по поводу того, как некоторые бывшие советские республики используют национальную карту, настраивая свой народ против других, что приводит к массовому оттоку русских. Он приводит пример, который перерос из холодного противостояния в открытую войну, предупреждая, что те, кто так поступает, столкнутся с проблемами.

В результате этого колоссальный Отток населения Русские приезжают в Россию

9. Инцидент в общежитии и помощь чеченцев (Виктория)

Виктория, русская студентка, рассказывает, как чеченские соседи по общежитию помогли ей, когда неизвестные злоумышленники ворвались внутрь. Она спрашивает, почему люди хотят разделять национальности, утверждая, что стереотипы нужно разрушать, а межнациональные браки поощрять.

Ребята чеченцы Ребята, которых все так Некоторые группы людей хотят отделить Кавказ Они заметили, они услышали Они пришли и помогли нам

10. Лозунг «Хватит кормить Кавказ» и его опасности

Путин обращается к лозунгу «Хватит кормить Кавказ», называя его либо глупым, либо провокационным. Он вспоминает подобную риторику в конце 1980-х годов о Средней Азии, Украине и Прибалтике, которая привела к распаду СССР. Он утверждает, что нынешнее единство России оплачено кровью и поколениями.

Достаточно вспомнить Что происходило в нашей стране Тогда общей В конце 80-х годов

11. Региональные субсидии и регионы-доноры

Путин опровергает утверждение, что субсидии получает только Кавказ, заявляя, что из 83 регионов лишь 11 являются регионами-донорами, не получающими дотации, а остальные 72 региона все получают трансферты из федерального бюджета. Настоящая проблема – отсутствие культуры и навыков совместного проживания.

У нас 83 региона, и только 11 регионов являются регионами-донорами, они не получают дотации, а остальные 72 региона, они все получают дотации

12. Кавказ как оплот против международного терроризма

Путин отмечает, что в конце 80-х – начале 90-х годов иностранные экстремисты проникли в Россию и нашли убежище в некоторых республиках Кавказа. Он утверждает, что эти же республики теперь служат оплотом против международного терроризма, помогая всей России, и это следует ценить.

Бастион на пути международного терроризма, как это ни удивительно, может быть, прозвучит, это тоже наши кавказские республики

13. Материнский капитал для супруги-негражданки (Алексей)

Алексей, женатый на африканке Надрахе, спрашивает, почему его жена не может использовать материнский капитал для покупки жилья, так как она не является гражданкой. Он объясняет, что если она сменит гражданство, то потеряет бесплатное обучение в государственном вузе. Путин отвечает, что материнский капитал предназначен для матерей и граждан, но предлагает помочь с гражданством.

Когда мы обратились вот в Райс-Аббес, нам сказали, что пока жена не получит гражданство, мы... То есть, нам не имеют права именно дать материнский капитал

14. Мастер-класс по Твиттеру для детей (Айна)

Айна, журналистка из Северной Осетии, работает с детьми, пострадавшими от теракта в Беслане. Она учит их истории и культуре Кавказа и просит Путина провести мастер-класс по Твиттеру для её учеников. Путин соглашается, также упоминая свою недавнюю активность в Facebook и планы использовать ВКонтакте.

Когда вы будете в Северной Осетии или на Северном Кавказе или где-нибудь поблизости, не могли бы вы для моих учеников провести мастер-класс по Твиттеру?

15. Директор школы, который помог чеченскому мальчику (Муса)

Муса, чеченец, переехавший в Москву в 1995 году, вспоминает, как директор школы Евгений Анатольевич Сидоров принял его и его сестёр, несмотря на широко распространённые античеченские настроения. Директор разрешал конфликты, не принимая чью-либо сторону, уча, что национальность не имеет значения. Муса просит Путина наградить его. Путин хвалит мужество и гражданскую позицию директора.

Он не только принял меня и двух моих сестер в школу, но и на протяжении всей нашей учебы всячески решал проблемы, которые возникали на национальной почве

16. СМИ, толерантность и идеология (Мария Кожевникова)

Актриса Мария Кожевникова, известная по сериалу «Универ», отмечает, что успех её шоу был обусловлен многонациональным составом. Она предлагает разработать идеологию для СМИ, способствующую толерантности, особенно в детских программах. Она приводит пример из США, где студента исключили за буллинг. Путин соглашается, что у США есть уроки толерантности, хотя некоторые аспекты кажутся ему странными, и говорит, что лучше переборщить, чем допускать конфликты.

Я предлагаю разработать идеологию, которая будет помогать средствам массовой информации

17. Насилие и негатив в СМИ

Путин отвечает на замечание Марии о негативе в СМИ, признавая, что на телевидении действительно много насилия, вызванного рейтингами и рекламой. Он утверждает, что ничего не нужно запрещать, но у руководителей СМИ должно быть внутреннее чувство баланса и они должны включать позитивный контент. Он предупреждает, что постоянные негативные новости создают искажённое восприятие реальности.

Насилия действительно на телевидении много. Может быть, избыточно много.

18. Культурная адаптация и поведение

Путин обсуждает необходимость для приезжих адаптироваться к местным обычаям во время путешествий по России, подчёркивая, что поведение, как дома, может вызывать трения. Он утверждает, что культурная чуткость – ключ к избеганию проблем, и что современные, культурные люди должны адаптироваться к окружению. Пример контрастирует поведение россиян за границей и дома.

Каждый раз, когда мы приезжаем куда-то за границу, мы все-таки, сейчас мы уже стали в этом смысле более подготовлены, мы стараемся вести себя так, чтобы не выделяться из людей, которые живут, допустим, в этом государстве.

19. Национальная идентичность и объединяющая идеология

Вопрос от переехавшего из Америки в Россию человека, который противопоставляет американский идеал «быть американцем» отсутствию объединяющей идентичности в постсоветской России. Путин отвечает, что ни одно общество не идеально, и ключ в том, чтобы каждый гражданин чувствовал себя частью единого государства, а этническая идентичность вторична. Он выступает за новую общность, подобную советскому «единому народу», но на других основаниях.

Каждый гражданин нашей страны должен ощущать себя гражданином, по сути, единого государства, в котором существует единая общность.

20. Форум для межнационального диалога

Аспирант предлагает создать постоянный орган под руководством Путина для решения вопросов национальных меньшинств. Путин соглашается, что такой форум полезен, но подчёркивает важность того, чтобы лидеры посещали регионы и напрямую общались с простыми людьми. Он отмечает, что в небольших городах меньше межнациональных проблем, а в мегаполисах – больше вызовов.

Михаил, я, конечно, готов создать вот такой небольшой форум из представителей разных национальностей, народностей.

21. Культурное образование и зарплаты музейных работников

Работница музея из белорусского культурного центра сетует, что российская молодёжь мало знает о своей культуре или культуре соседей, а музейные сотрудники работают за очень низкую зарплату из преданности делу. Путин соглашается, что эти работники – подвижники, и государство должно повысить им оплату. Он подчёркивает незаменимую роль музеев, театров и библиотек в сохранении культурных корней.

Конечно, многие люди, которые в нашей стране, и не только в нашей стране, а в соседних странах, работают в музеях, в некоторых социальных учреждениях, по сути, они просто подвижники.

22. Либерализация визового режима с Европейским союзом

Мужчина чешского происхождения просит безвизовый режим между Россией и ЕС, чтобы навещать отца. Путин отмечает, что 15 стран уже отменили визы для России, но ЕС колеблется. Он утверждает, что более тесные контакты выгодны обеим сторонам, и критикует пошаговый подход ЕС как недальновидный.

Визы. Конечно. Это то, что сдерживает общение.

23. Возвращение русских в Чечню и восстановление

Учительница, переехавшая в Грозный в 2003 году, описывает восстановление города и спрашивает, как стимулировать массовое возвращение русских в Чечню. Путин отвечает, что ключевыми являются восстановление нормальной жизни и создание позитивных символов, а количество русских зависит от регионального руководства и условий жизни. Он хвалит учительницу как живой пример.

Нужно восстанавливать нормальную жизнь в Чеченской Республике.

24. Зарплаты таможенников и коррупция

Студент из Азербайджана отмечает, что московские таможенники получают очень низкую зарплату (17–18 тысяч рублей) и что коррупция процветает. Путин признаёт проблему, заявляя, что низкая оплата провоцирует коррупцию, и что правительство уже начало повышать зарплаты полиции. Он обещает заняться и таможней.

А уровень коррупции в таможне запредельный.

25. Межнациональная ситуация в Башкортостане и экстремизм

Студент из Башкортостана благодарит Путина за ЕГЭ, которое позволило ему учиться в Москве, но предупреждает о росте экстремизма и межнациональной напряжённости в родном регионе при новом руководстве. Путин выражает озабоченность, подтверждает, что спецслужбы сообщают об экстремистских структурах там, и обещает проанализировать ситуацию и пресечь действия тех, кто хочет разрушить общий дом.

В ряде регионов Российской Федерации они не исполняются. Особенно в республике Башкортостан, откуда я родом.

26. Нагорно-Карабахский конфликт и роль России

Историк из Армении делится положительными примерами мирного сосуществования армян и азербайджанцев в России, затем спрашивает о конкретных действиях России в отношении Нагорно-Карабахского конфликта. Путин отмечает, что даже круги президентов хорошо взаимодействуют, и выражает надежду на урегулирование, хотя стенограмма обрывается до его полного ответа.

А какие конкретные действия будут в дальнейшем в отношении Нагорно-Карабахского конфликта?

27. Урегулирование Нагорно-Карабахского конфликта

Путин обсуждает роль России в посредничестве по Нагорно-Карабахскому конфликту, подчёркивая, что урегулирование зависит от доброй воли двух народов и президентов. Он выражает уверенность, что конфликт может быть решён путём компромисса и взаимопонимания. Россия будет продолжать содействовать встречам лидеров.

Россия, безусловно, будет помогать в регулировании Нагорно-Карабахского конфликта.

28. Этнические проблемы в Башкортостане

Участник из Башкортостана утверждает, что при новом президенте этническая дискриминация при приёме в вузы прекратилась, в отличие от прежних проблем, когда фамилии, оканчивающиеся на «-лина», отвергались. Путин признаёт разную информацию и обещает разобраться, отмечая, что у каждого руководителя есть сильные и слабые стороны. Он подчёркивает, что проблемы существуют только для тех, кто ничего не делает.

потому что раньше, реально, если у кого-то фамилия заканчивается на Лина, там, Фуснулина, Сайфулина не брали.

29. Предложение открыть ресторан татарской кухни

Участник спрашивает у Путина совета по открытию в Москве ресторана национальной татарской кухни с халяльным мясом и без алкоголя. Путин одобряет идею, говоря, что это будет способствовать культурному взаимопониманию и разнообразию, и советует найти партнёров для проекта. Он отмечает, что такие заведения помогают людям ценить разные культуры без принуждения.

Есть ли смысл открывать такой дом национальной кухни? Там будет халяльное мясо, не будет алкоголя и будут только национальные блюда.

30. Призыв к национальному единству и толерантности

В заключительных замечаниях Путин подчёркивает важность взаимопонимания, толерантности и любви среди многообразных народов России. Он призывает граждан слушать друг друга и жить вместе в гармонии, отвергая ненависть. Он завершает пожеланием всем умения ценить и любить друг друга.

если говорить о судьбе нашей страны, то ее будущее, ее благополучие заключается только в одном. В умении слышать друг друга и жить вместе.

1. Interethnic Relations as Russia's Core Challenge

Medvedev opens by placing interethnic relations at the very centre of Russia's national agenda, framing it as a question of exceptional urgency for a state that unites 180 nationalities on one territory. He argues that the Soviet approach did not truly resolve these tensions but merely "retouched" or suppressed them, leaving problems that the modern Russian state must now address openly. Crucially, he positions Russia as a genuinely multinational federation, drawing a sharp contrast with the mono-national federations of those Western partners who take it upon themselves to lecture Russia on democracy and governance. The rhetorical force here is to establish Russia's unique standing: no other major federation carries the same diversity, and therefore no outside model can be imported wholesale. From the Russian standpoint this is persuasive because it reframes an internal vulnerability as a distinctive civilisational responsibility that others simply do not share or understand.

На территории России проживает 180 национальностей.

180 nationalities live on the territory of Russia.

Когда меня начинают обычно жизни учить некоторые иностранные коллеги... они не принимают во внимание один фактор... Все их федерации, как правило, мононациональны.

When some foreign colleagues start lecturing me on life... they fail to consider one factor... Their federations are, as a rule, mono-national.

2. Migration, Ethnic Crime, and Public Backlash

Medvedev connects the post-Soviet freedom of movement — the abolition of the *propiska* registration system — to large internal migration flows, some of which give rise to ethnically organised criminal groups. He is candid that this generates a genuine public reaction, one that can escalate into "hunts" on newcomers. His central concern is the injustice of these outbursts: it is the defenceless ordinary migrant who suffers, not the actual gang leaders who provoke resentment. He grounds the discussion in precise figures on crimes committed by and against foreign citizens, using the numbers to keep the conversation factual rather than emotional. The framing is balanced from the Russian perspective — acknowledging real grievances of the host population while insisting that collective retaliation against the innocent is both unjust and self-defeating.

За 9 месяцев текущего года иностранными гражданами было совершено 34 тысячи с половиной преступлений, а против иностранных граждан около 10 тысяч.

In 9 months of this year, foreign citizens committed 34,500 crimes, and around 10,000 crimes were committed against foreign citizens.

Зачастую все это даже превращается в охоту на приезжих.

Often all this even turns into a hunt on newcomers.

3. Strength Through Unity of the State

The core answer Medvedev offers to every interethnic challenge is a strong and unified state. Criminals, extremists, and separatists, he insists, must be punished on equal terms regardless of ethnicity — the law recognises deeds, not nationality. He reinforces this with a deeply personal note, recalling his own grief at the collapse of the USSR: not out of any socialist conviction, but from the raw experience of watching one's homeland disintegrate into pieces. This blending of statecraft and personal emotion is rhetorically powerful for a young audience, converting an abstract principle of state unity into a felt human loss. The message is that the fragmentation Russia already suffered once must never be allowed to recur, and that unity is the precondition for every other freedom and prosperity.

Наше государство должно быть сильным и должно быть единым.

Our state must be strong and must be united.

Когда ты чувствуешь, как исчезает твоя родина, как она разваливается на куски — это очень тяжелое ощущение.

When you feel your homeland disappearing, breaking into pieces — it is a very heavy feeling.

4. The Soviet Everyday Ideal and the American Example

Medvedev distinguishes between Soviet ideology at the official level and the lived, everyday (*bytovoy*) sense of interethnic harmony that ordinary Soviet people practised — the latter he calls "absolutely correct," even as he concedes that the Soviet state also committed atrocities against whole nations. He then turns, strikingly, to the United States as an instructive example: over fifty years American society overcame an enormous quantity of stereotypes and moved from deep injustice toward relative harmony. He is careful to frame this as learning, not imitation — Russia has its own path and will not become America. The rhetorical balance is deliberate: he draws a useful lesson from a rival while firmly reasserting Russian distinctiveness and sovereignty over its own development.

Вот эта идеология, которая в тот момент присутствовала не на высоком уровне, а на бытовом уровне — она была абсолютно правильной.

This ideology, which at that time existed not at a high level but at the everyday level — it was absolutely correct.

У России свой путь, конечно. Но просто за 50 лет американское общество преодолело огромное количество стереотипов.

Russia has its own path, of course. But in 50 years American society overcame a huge number of stereotypes.

5. "Stop Feeding the Caucasus" as a Dangerous Slogan

Confronting the popular slogan *"Хватит кормить Кавказ"* (Stop feeding the Caucasus), Medvedev dismisses it as the rhetoric of unintelligent people or outright provocateurs. He invokes historical memory: identical talk — stop feeding Central Asia, stop feeding Ukraine — directly preceded and hastened the collapse of the USSR. Against the slogan he deploys concrete fiscal facts, noting that of Russia's 83 regions only 11 are net donors while the remaining 72 receive subsidies, so singling out the Caucasus is both dishonest and arbitrary. He then reframes the region positively as a frontline bastion against international terrorism, a shield that protects the whole country. The argument is designed to strip the slogan of its populist appeal by exposing it as historically reckless and factually selective.

Хватит кормить Кавказ... Такими заявлениями обычно выступают или люди не очень умные... или откровенные провокаторы.

'Stop feeding the Caucasus'... Such statements are usually made either by not very smart people... or outright provocateurs.

У нас 83 региона, и только 11 регионов являются регионами-донорами... а остальные 72 региона, они все получают дотации.

We have 83 regions, and only 11 are donor regions... the remaining 72 all receive subsidies.

6. Personal Stories of Interethnic Solidarity

A substantial part of the meeting is given over to young people's own testimonies of interethnic decency: a Russian neighbour who sheltered a Georgian-Armenian family despite the slurs of others; Chechen students who protected Russian girls in a dormitory; a courageous school director who enrolled Chechen children in 1995 at the height of the conflict. Medvedev seizes on these stories to make his central social argument — that harmony rests not on the police baton but on ordinary human decency and firm inner principle. He particularly praises the moral courage to resist crowd sentiment, the capacity not to be swept along by a mob demanding that someone be lynched. The framing elevates individual conscience into the true foundation of a stable multinational society.

Просто нормальный человек. Вот и все.

Just a normal person. That's all.

Очень важно иметь внутреннюю силу не повестись на настроение большого количества людей... которая требует кого-то линчевать.

It is very important to have the inner strength not to be swayed by the mood of a large crowd... that demands someone be lynched.

7. A Single Civic Identity Above Ethnicity

Responding to a young man who had returned from America, Medvedev articulates his model of identity: every citizen must feel, first and foremost, as a member of one large country, and only secondarily as a representative of a particular ethnos. He explicitly presents this as a revival — on new foundations — of the Soviet idea of a "single community" of peoples. This is the ideological heart of his answer to interethnic tension: not the erasure of ethnicity but its subordination to an overarching civic loyalty. For the Russian standpoint the appeal lies in offering continuity with a familiar and, in retrospect, valued Soviet achievement, while modernising it to fit a democratic, market-era Russia.

Каждый гражданин любого государства должен, прежде всего, ощущать себя частью большой страны. И уже во вторую очередь — представителем того или иного этноса.

Every citizen of any state must, above all, feel himself part of a large country. And only secondly — a representative of one or another ethnos.

8. Adapting to Place and the Duty of Newcomers

Medvedev locates much of the friction generated by migration in the conduct of newcomers who behave as though they were still "at home" in their native region. His resolution is the principle of adaptation: while all of Russia is indeed a single common country, it is a diverse one, and a person must try to correspond to the place he has come to. He frames this ability to adapt — whether abroad or within Russia's own varied regions — as the mark of a modern, cultured individual. Importantly, adaptation does not mean self-erasure: one need not abandon one's faith or identity. The message asks something of the migrant without demanding assimilation, presenting mutual accommodation as a mark of culture rather than submission.

Они дома в смысле того, что это наша единая страна, но она разная страна. Надо стараться соответствовать тому месту, куда ты приехал.

They are home in the sense that this is our single country, but it is a diverse country. One must try to fit the place one has come to.

9. Media Responsibility Without Censorship

Addressing a proposal to regulate media coverage of ethnic tensions, Medvedev firmly refuses the path of prohibition, invoking the memory of Soviet uniformity as something Russia must not return to. Instead of bans, he calls for responsibility rooted in the inner position, taste, and culture of media leaders themselves. He urges them to offer a "positive dimension" rather than an unending stream of violence and crime, which he sees as corrosive to social mood. The stance is characteristically liberal-conservative: sovereignty of editorial judgement combined with a strong moral appeal to self-restraint. From the Russian standpoint it signals that the state trusts culture and conscience over compulsion, distinguishing the present order from the Soviet past.

Ни в коем случае нельзя ничего запрещать. Это вопрос меры, вкуса, культуры руководителей средств массовой информации.

Under no circumstances should anything be banned. It is a question of measure, taste, and culture of the media leaders.

10. Culture, Cuisine, and National Heritage

Medvedev weaves together several cultural questions from the audience into a single vision of everyday tolerance. Answering a low-paid museum worker, he laments that Russian youth barely know their own folk traditions, praises museum staff as selfless "devotees" who work for an idea rather than money, and pledges to raise their pay while integrating the country's diverse cultures into daily life. Endorsing a proposal for a Tatar national restaurant, he argues that ethnic cuisine lets people absorb another culture painlessly and thereby raises tolerance — "the language of cuisine is understood by everyone." Throughout he attaches one firm caveat: nothing in the cultural sphere may ever be imposed or forced. Tolerance grows through voluntary encounter, not administrative decree.

Они просто подвижники. Потому что они работают за идею.

They are simply devotees. Because they work for an idea.

Язык кухни, он понятен всем.

The language of cuisine is understood by everyone.

Единственное, чего нельзя делать, так это нельзя ничего навязывать.

The only thing one must not do is impose anything.

11. Governance, Corruption, and Regional Accountability

Prompted by complaints about the situation in Bashkortostan and by low salaries in the customs service and police, Medvedev advances a pragmatic argument about the roots of corruption. It is unreasonable, he says, to demand honesty from officials while paying them wages that do not allow a normal life — such a mismatch actively provokes people into dishonesty. He commits to raising these salaries and to investigating the growth of extremism in the regions. The framing turns corruption from a purely moral failing into partly a structural problem the state itself must fix, which shifts responsibility onto the government to create conditions in which integrity is realistic.

Нельзя призывать к честности... и платить деньги, которые не позволяют нормально жить. Потому что мы тем самым людей провоцируем.

You cannot call for honesty... while paying money that doesn't allow a normal life. Because by doing so we provoke people.

12. Foreign Policy — Visas and the Nagorno-Karabakh Conflict

Toward the close, Medvedev turns to foreign affairs. On EU visa liberalisation he places responsibility on European caution rather than any Russian reluctance, presenting Russia as the side ready to move forward. On the Armenian-Azerbaijani conflict over Nagorno-Karabakh, he strikes a tone of confident optimism: however complex, the problem is solvable, and its settlement depends on the goodwill of the two peoples and their two presidents showing a willingness to compromise. He adds a note of insider reassurance — that the entourages of the two presidents in fact get along well — suggesting that the human conditions for a settlement already exist. The framing casts Russia as a patient, constructive mediator confident in a peaceful resolution.

Урегулирование этой очень сложной, но я абсолютно в этом уверен, решаемой проблемы зависит от доброй воли двух народов и двух президентов.

The settlement of this very complex but, I am absolutely certain, solvable problem depends on the goodwill of the two peoples and the two presidents.