Briefing by the Official Representative of the Russian MFA M.V. Zakharova, Moscow, October 15, 2025

Захарова открывает брифинг традиционным каталогом жертв среди мирного населения, представляя «киевский неонацистский режим» как террористическую структуру, целенаправленно атакующую гражданские объекты. Она детально перечисляет удары по Белгородской, Брянской областям, ДНР, Курской и Херсонской областям, выстраивая моральную базу, прежде чем перейти к центральной дипломатической теме — возможным поставкам американских дальнобойных ракет «Томагавк», обсуждавшимся Трампом и Зеленским 11–12 октября. От содержательных комментариев она отказывается, многократно отсылая к готовящемуся интервью Лаврова газете «Коммерсант» — риторический приём, повторяющийся в течение всего брифинга. Логика подачи: у Запада нет «политической воли к миру», конфликт сознательно затягивается из корыстных побуждений. Она усиливает утечку в британской прессе о возможном получении Борисом Джонсоном денег от фигуры из оборонной отрасли, изображая западную поддержку как коррупционное наживание, а не принцип.

Zakharova opens with the standard catalogue of civilian casualties, framing the "Kiev neo-Nazi regime" as a terrorist entity deliberately attacking civilians. She itemizes a week of strikes across Belgorod, Bryansk, the DNR, Kursk and Kherson regions to establish a moral baseline before pivoting to the central diplomatic concern: possible US delivery of long-range Tomahawk missiles, discussed by Trump and Zelensky on 11–12 October. She refuses to comment substantively, repeatedly deferring to Lavrov's forthcoming *Kommersant* interview — a rhetorical device used a dozen times throughout the briefing. The framing is that the West lacks "political will for peace," consciously prolonging the conflict for self-interested reasons. She amplifies a British media leak suggesting Boris Johnson received money from a defense-industry figure, presenting Western support as corrupt profiteering rather than principle.

Киевский неонацистский режим продолжает атаковать гражданские объекты, терроризируя мирное население нашей страны.

The Kiev neo-Nazi regime continues to attack civilian targets, terrorizing the peaceful population of our country.

Попытки использовать угрозы террора или надменно разговаривать с Россией «с позиции силы» для нашей страны неприемлемы.

Attempts to use threats of terror or to speak arrogantly to Russia 'from a position of strength' are unacceptable for our country.

В их задачу входит завершение «мега-сделки» по закупке для нужд ВСУ американских вооружений на сумму 90 млрд долл.

Their task includes completing a 'mega-deal' to purchase American weapons for the Ukrainian Armed Forces worth $90 billion.

Всё это служит ещё одним убедительным свидетельством отсутствия политической воли к миру как у киевского режима, так и у его западных кураторов.

All of this serves as yet another convincing testament to the absence of political will for peace both in the Kiev regime and among its Western handlers.

Резюме переходит к делегитимизации украинского государства изнутри. Захарова приводит статистику дезертирства (19 044 за сентябрь; 285 тыс. с начала СВО, при оценках наблюдателей в 500 тыс.), доказывая, что режим не способен удержать армию, и высмеивает предложения понизить мобилизационный возраст и создать «параллельную армию» из подростков. Затем она уделяет обширное внимание украинскому закону о национальной памяти и «чёрному списку» Украинского института национальной памяти с именами деятелей Российской империи — Пушкина, Лермонтова, Глинки, Багратиона — в противовес «белому списку». Это её сильнейший риторический фрагмент, построенный на сарказме (предположение, что членам института нужны справки от психиатра), изображающий «дерусификацию» как культурное безумие. Вся последовательность подкрепляет заявленные цели СВО — «денацификацию и демилитаризацию».

The summary moves to delegitimizing the Ukrainian state from within. Zakharova cites desertion statistics (19,044 in September; 285,000 since the start of the SVO, with observers estimating 500,000) to argue the regime cannot sustain its army, mocking proposals to lower the mobilization age and form a "parallel army" of teenagers. She then devotes extensive attention to Ukraine's national-memory law and the Institute of National Memory's "blacklist" of Russian imperial figures — Pushkin, Lermontov, Glinka, Bagration — versus a "whitelist." This is her strongest rhetorical set-piece, deploying sarcasm (suggesting the institute's members need psychiatric certificates) to portray "derussification" as cultural madness. The whole sequence reinforces the SVO's stated goals of "denazification and demilitarization."

Суммарно за 2025 г. их число составило 162 тыс. человек, а с начала специальной военной операции – 285 тыс. человек.

In total for 2025 their number reached 162,000 people, and since the start of the special military operation — 285,000 people.

По этой логике А.С.Пушкин не поддерживал идеи гуманизма и свободы. Хочется уточнить, все ли участники «сборища» под названием Украинский институт национальной памяти имеют справки от психиатра?

By this logic, A.S. Pushkin did not support the ideas of humanism and freedom. One would like to clarify whether all the participants of the gathering called the Ukrainian Institute of National Memory have certificates from a psychiatrist?

Киевский режим... по сути, переродился в неонацистскую диктатуру.

The Kiev regime... has in essence degenerated into a neo-Nazi dictatorship.

Захарова атакует обвинение президента Санду в российском «гибридном нападении на молдавскую демократию», используя её румынское гражданство как повторяющийся выпад, ставящий под сомнение её легитимность как защитника молдавского суверенитета. Она переворачивает обвинение: именно Кишинёв, по её словам, осуществляет настоящее «гибридное нападение» на демократию — блокирует сайт «Gagauznews» без судебного решения, размещает консультативную группу бундесвера вопреки конституционному нейтралитету и принимает Военную стратегию на 2025–2035 гг. с ориентацией на стандарты НАТО. Она использует экономические данные (ЕБРР понизил прогноз роста ВВП; треть граждан в абсолютной бедности), доказывая, что проевропейский курс экономически губителен и что Молдавия «катится в пропасть».

Zakharova attacks President Sandu's accusation of a Russian "hybrid attack on Moldovan democracy," using her Romanian citizenship as a recurring jab to question her legitimacy as a defender of Moldovan sovereignty. The framing inverts the accusation: it is Chișinău, she argues, that conducts the real "hybrid attack" on democracy — blocking the *Gagauznews* site without a court order, hosting a Bundeswehr advisory group despite constitutional neutrality, and adopting a 2025–2035 military strategy aligning with NATO. She weaponizes economic data (EBRD cutting GDP growth forecasts; a third of citizens in absolute poverty) to argue the pro-EU course is economically ruinous and that Moldova is "rolling into the abyss."

Понимаете, гражданке Румынии виднее, что там с демократией в Молдавии.

You see, a citizen of Romania knows better what is going on with democracy in Moldova.

При нынешних властях экономика Молдавии не просто топчется на месте, она катится в пропасть.

Under the current authorities the Moldovan economy is not just stagnating — it is rolling into the abyss.

Такая ситуация – это закономерный итог безответственной русофобской политики официального Кишинёва.

Such a situation is the natural outcome of the irresponsible Russophobic policy of official Chișinău.

По Газе Захарова занимает сравнительно конструктивный тон, приветствуя перемирие между Израилем и ХАМАС, отвод войск ЦАХАЛ, обмен заложниками и освобождение почти 2 тысяч палестинских заключённых. Она отдаёт должное саммиту в Шарм-эш-Шейхе и посредничеству Египта, Катара, США и Турции, но аккуратно встраивает Россию в нарратив — заявляя, что Москва добивалась прекращения боёв «с самого начала» и что её проекты резолюций СБ ООН были «заблокированы западниками». Стратегическая повестка — закрепить любое урегулирование на существующей международно-правовой основе двугосударственной формулы, представляя палестинский вопрос как нерешённую коренную причину, порождающую региональный экстремизм.

On Gaza, Zakharova strikes a comparatively constructive tone, welcoming the Israel–Hamas ceasefire, the IDF withdrawal, the hostage exchange and the release of nearly 2,000 Palestinian prisoners. She credits the Sharm el-Sheikh summit and Egyptian, Qatari, US and Turkish mediation, but is careful to insert Russia into the narrative — claiming Moscow pushed for a halt to fighting "from the very beginning" and that its UNSC draft resolutions were "blocked by the Westerners." The strategic agenda is to anchor any settlement in the existing UN-mandated two-state formula, framing the Palestinian question as the unresolved root cause that breeds regional extremism.

Из тюрем были выпущены почти 2 тыс. палестинских заключенных.

Almost 2,000 Palestinian prisoners were released from prisons.

Россия с самого начала кризиса в Газе активно и последовательно добивалась остановки боевых действий.

Russia, from the very beginning of the Gaza crisis, actively and consistently sought a halt to hostilities.

Реализация утвержденной профильными резолюциями... двугосударственной формулы сможет принести долгожданный прочный мир всем народам ближневосточного региона.

Implementation of the two-state formula approved by the relevant resolutions can bring long-awaited lasting peace to all the peoples of the Middle Eastern region.

Это детальная, технократическая претензия, поданная как свидетельство захвата Западом агентства ООН. Захарова утверждает, что высокие оценки России по итогам аудита (89,74% против 70,67% у США) делают её выбор для полномасштабной выездной проверки авиабезопасности в 2026 году подозрительным, особенно когда государства с более низкими оценками и члены ЕС проходят лишь документарную проверку. Повестка двойная: представить ИКАО как организацию, дрейфующую от технического органа к «политическому форуму», и заранее делегитимизировать любой негативный результат аудита как политически мотивированный. Она также поднимает вопрос безопасности: доступ аудиторов может раскрыть антитеррористическую защищённость российского авиационного комплекса.

This is a detailed, technocratic grievance presented as evidence of Western capture of a UN agency. Zakharova argues Russia's high audit scores (89.74% vs. the US's 70.67%) make its selection for a full on-site 2026 aviation-security audit suspicious, especially when lower-scoring states and EU members face only documentary reviews. The agenda is twofold: to portray ICAO as drifting from a technical body into a "political forum," and to pre-emptively delegitimize any negative audit outcome as politically motivated. She also raises a security concern that auditor access could expose Russia's counter-terrorism aviation defenses.

В США... степень соблюдения стандартов этой структуры составляет 70,67% (у России такой показатель выше – 89,74 %).

In the US... the degree of compliance with this body's standards is 70.67% (Russia's indicator is higher — 89.74%).

Выездные полномасштабные проверки по европейскому региону в 2026 г. планируются только в России, Белоруссии и Таджикистане.

Full-scale on-site inspections in the European region in 2026 are planned only in Russia, Belarus and Tajikistan.

Она... всё больше переходит на политизированные рельсы и напоминает политический форум, а не специализированное техническое учреждение ООН.

It is increasingly shifting onto politicized rails and resembles a political forum rather than a specialized technical UN agency.

Отвечая на угрозу Макрона, что Россия «заплатит цену», Захарова отвергает её как грубую попытку навязать требования Киева и напрямую связывает французскую воинственность с внутренней слабостью Макрона. Её центральный тезис — поведенческая «закономерность»: чем хуже дела внутри Франции, тем агрессивнее её антироссийская риторика — механизм отвлечения граждан от «политического цунами». Она переадресует угрозу самому Макрону, утверждая, что цену за его внешнеполитические провалы платят рядовые французы.

Responding to Macron's threat that Russia would "pay a price," Zakharova dismisses it as a crude attempt to impose Kiev's demands and links French belligerence directly to Macron's domestic weakness. Her central thesis is a behavioral "regularity": the worse things are inside France, the more aggressive its anti-Russian rhetoric becomes — a deflection mechanism to distract citizens from a "political tsunami." She turns the threat back on Macron, asserting it is ordinary French citizens who pay the price for his foreign-policy failures.

Высказывания Э.Макрона лишний раз подтверждают, что Франция не заинтересована в совместном добросовестном поиске путей долгосрочного урегулирования украинского кризиса.

Macron's statements once again confirm that France is not interested in a joint, good-faith search for paths to a long-term settlement of the Ukrainian crisis.

Пока именно французские граждане вынуждены платить высокую цену за его внешнеполитические «достижения».

For now it is precisely French citizens who are forced to pay a high price for his foreign-policy 'achievements.

Заявление Каллас, что «время на стороне Украины» и российская экономика ослабла, вызывает развёрнутый экономический контраргумент. Захарова приводит цифры — рост ВВП ~4% за два года, госдолг ниже 20%, третье место по росту в «Группе двадцати», четвёртое в мире по ВВП по ППС — доказывая, что Россия опережает те самые государства ЕС, которые вводят против неё санкции. Затем она разворачивается к слабости ЕС: рост 1% в 2024 году, рост госдолга до 83,2% ВВП, 27,5 млн европейцев в материальных трудностях, 47 млн неспособных отапливать дома. Повестка: Украина — инструмент, которым ЕС маскирует внутренний распад и оправдывает милитаризацию.

Kallas's claim that "time is on Ukraine's side" and the Russian economy has weakened provokes an extended economic counter-argument. Zakharova marshals figures — ~4% GDP growth over two years, government debt below 20%, third place in G20 growth, fourth in the world by PPP GDP — to argue Russia outperforms the very EU states sanctioning it. She then pivots to EU weakness: 1% growth in 2024, debt rising to 83.2% of GDP, 27.5 million Europeans in material hardship, 47 million unable to heat their homes. The agenda frames Ukraine as a tool the EU uses to mask internal disintegration and justify militarization.

За последние два года рост ВВП России составил порядка 4%, а показатели госдолга оставались ниже 20%.

Over the past two years Russia's GDP growth amounted to around 4%, while government-debt indicators remained below 20%.

В 2025 г. госдолг по отношению к ВВП увеличится в рамках Евросоюза до рекордных 83,2%.

In 2025 government debt relative to GDP will increase within the EU to a record 83.2%.

Порядка 47 млн европейцев не могли позволить себе отапливать дома в достаточной мере.

Around 47 million Europeans could not afford to heat their homes sufficiently.

Несколько вопросов касаются заявлений Трампа — что для Путина всё «плохо закончится» и что сделка по Газе была бы невозможна без бомбардировок ядерных объектов Ирана. Захарова принижает личную угрозу как «стилистику» Трампа, вновь отсылая к интервью Лаврова. Касательно более широкой доктрины «мира через силу» она переводит вопрос в плоскость международного права: хотя право допускает применение силы в определённых случаях, США его неоднократно нарушают. Она использует заявление США об избирательном применении резолюций СБ ООН как доказательство двойных стандартов.

Several questions probe Trump's statements — that things will "end badly" for Putin and that the Gaza deal was impossible without bombing Iran's nuclear sites. Zakharova downplays the personal threat as Trump's "stylistics," again deferring to Lavrov's interview. On the broader "peace through force" doctrine, she reframes it as a question of international law: while law permits the use of force in defined cases, the US repeatedly violates it. She seizes on a US statement that Washington would apply UNSC resolutions selectively as proof of double standards.

Это его стилистика. Это же очевидно.

That's his stylistics. It's obvious.

Палитра применяемых средств огромна. Главное, чтобы они применялись в соответствии с международным правом.

The palette of applied means is vast. The main thing is that they be applied in accordance with international law.

Захарова выдаёт эмоционально насыщенное осуждение выдворения Латвией соотечественников, не сдавших экзамен по латышскому языку, называя это открытым «нацизмом» и «варварством». Она очеловечивает проблему конкретными пожилыми жертвами (75-летняя поэтесса, 82-летний пенсионер) и указывает, что более 3 тысяч человек вынуждены были покинуть страну. Повестка: документировать претензии через доклады МИД, выносить их на международные правозащитные механизмы и сигнализировать о конкретном юридическом шаге — досудебных претензиях к Латвии по Конвенции о ликвидации расовой дискриминации 1965 года с передачей дела в Международный Суд ООН на следующем этапе.

Zakharova delivers an emotionally charged condemnation of Latvia's expulsion of compatriots who failed Latvian-language tests, labeling it overt "Nazism" and "barbarism." She humanizes the issue with specific elderly victims (a 75-year-old poet, an 82-year-old pensioner) and cites over 3,000 people forced to leave. The agenda is to document grievances through MFA reports, escalate via international human-rights mechanisms, and signal a concrete legal step: pre-trial claims against Latvia under the 1965 Convention on racial discrimination, with referral to the ICJ as the next stage.

Людей преклонного возраста выдавливают из страны, уже более 3 тыс. человек вынужденно покинули Латвию.

People of advanced age are being squeezed out of the country; already more than 3,000 people have been forced to leave Latvia.

Если это не подействует, то вопрос будет передан в Международный Суд ООН.

If this does not take effect, the matter will be referred to the International Court of Justice.

Захарова сводит несколько западных обвинений — дело танкера Eagle S и кабелей в Финском заливе (финский суд признал отсутствие юрисдикции и российских граждан в экипаже), заявление Польши о кибервойне, обвинения Дании в дронах у Копенгагена и инициированные НАТО изменения законов в Болгарии — в единый нарратив о сфабрикованных угрозах. Повторяющаяся логика: каждая выдумка служит отвлечению внутренней аудитории от собственных провалов (она прямо связывает датскую историю с дронами со скандалом о принудительной стерилизации в Гренландии) и «выколачиванию» больших военных бюджетов. Она называет приём highly likely руководящим принципом Запада и предупреждает, что настоящий киберагрессор — это НАТО с его «упреждающими наступательными киберoperациями».

Zakharova consolidates several Western accusations — the Eagle S tanker/Baltic cable case (where a Finnish court found no jurisdiction and no Russian crew), Poland's claim of cyber-war, Denmark's drone allegations near Copenhagen, and Bulgaria's NATO-driven legal changes — into a single narrative of manufactured threats. The recurring logic: each fabrication serves to distract domestic audiences from internal failures (she pointedly links the Denmark drone story to a Greenland forced-sterilization scandal) and to "milk" larger military budgets. She invokes the *highly likely* trope as the West's governing principle and warns that NATO is the real cyber-aggressor with its "preemptive offensive cyber-operations."

Вся антироссийская истерика, развернутая в свое время вокруг Eagle S, оказалась очередным «информационным фейком», не подкрепленным реальными фактами.

All the anti-Russian hysteria once unfolded around Eagle S turned out to be another 'informational fake,' unsupported by real facts.

Они могут «сколотить» внутренние каркасы только при придумывании внешнего врага.

They can cobble together internal frameworks only by inventing an external enemy.

Милитаризация Европы – движение в неправильном и опасном направлении.

The militarization of Europe is movement in a wrong and dangerous direction.

Отвечая на вопрос об информационном сопровождении энергетической политики, Захарова возводит энергетику из экономики в идеологию, связывая защиту «традиционных ценностей» с энергетической безопасностью как «единый подход». Она представляет российское ресурсопользование как мировоззренческий вопрос, основанный на ответственности и справедливости, противопоставляя его западному «неоколониализму». Она ставит перед отечественными СМИ задачу опровергать «фейк» об использовании Россией энергии как оружия, критикует издержки «зелёного перехода» и отмечает, что односторонние ограничения Запада затронули порядка 40% мировой ресурсной базы углеводородов, нанося ущерб как потребителям Азиатско-Тихоокеанского региона, так и гражданам ЕС.

Responding to a question on media coverage of energy policy, Zakharova elevates energy from economics into ideology, linking the defense of "traditional values" to energy security as a "unified approach." She frames Russian resource use as a worldview question rooted in stewardship and justice, contrasting it with Western "neocolonialism." She tasks domestic media with countering the "fake" that Russia uses energy as a weapon, attacks the costs of the "green transition," and notes that Western unilateral restrictions now affect roughly 40% of the global hydrocarbon resource base, harming Asian-Pacific consumers and EU citizens alike.

Сегодня односторонние рестрикции со стороны этих стран затронули порядка 40% мировой ресурсной базы углеводородов.

Today the unilateral restrictions by these countries have affected around 40% of the world's hydrocarbon resource base.

Для России природопользование и ресурсоприменение – это не вопрос извлечения выгоды... а вопрос мировоззренческий и смысловой.

For Russia, the use of nature and resources is not a question of extracting profit... but a worldview and meaning-bearing question.

На вопрос, не превращается ли Нобелевская премия мира в «предмет торга», Захарова отвергает посылку о том, что она когда-либо была объективной, утверждая, что ангажированность существовала «десятилетия». Её структурный аргумент: пятеро членов Норвежского Нобелевского комитета назначаются парламентом, отражающим расклад политических сил, а Норвегия — «отличник в натовском классе» — не способна сформировать независимый комитет. Она представляет премию как инструмент продвижения западных политических интересов и критики «неудобных режимов», отмечая искажение изначальных критериев Альфреда Нобеля.

Pressed on whether the Nobel Peace Prize is becoming "an object of bargaining," Zakharova rejects the premise that it was ever objective, arguing bias has existed "for decades." Her structural argument is that the Norwegian Nobel Committee's five members are appointed by a parliament reflecting political forces, and that Norway — a NATO "straight-A student" — cannot produce an independent committee. She frames the prize as a tool for promoting Western political interests and criticizing "inconvenient regimes," noting the distortion of Alfred Nobel's original criteria.

Его пятеро членов назначаются парламентом страны с учетом расклада представленных в нем политических сил.

Its five members are appointed by the country's parliament taking into account the alignment of political forces represented in it.

С начала присуждения этой награды сформулированные А.Нобелем критерии подверглись существенной деформации и в некоторых случаях абсолютно искажены.

Since this award began being granted, the criteria formulated by A. Nobel have undergone substantial deformation and in some cases are absolutely distorted.

Два вопроса касаются встречи Путина и Алиева в Душанбе и региональной интеграции. Захарова подчёркивает Декларацию о союзническом взаимодействии 2022 года и недавнюю трёхстороннюю встречу Россия–Азербайджан–Иран по энергетике, транспорту и таможне. Примечательно, что она затрагивает деликатный момент — арестованных в Азербайджане граждан России, представляя смягчение меры пресечения руководителю «Спутник Азербайджан» как «шаг вперёд». Она перечисляет активное участие Азербайджана в СНГ (приём трёх тематических столиц СНГ и III Игр стран СНГ) и присоединение к документам Душанбинского саммита, сигнализируя об отношениях, которые предстоит восстановить и углубить, несмотря на недавние трения.

Two questions address the Putin–Aliyev meeting in Dushanbe and regional integration. Zakharova emphasizes the 2022 Declaration on Allied Interaction and the recent Russia–Azerbaijan–Iran trilateral on energy, transport and customs. Notably, she addresses a delicate point — Russian citizens arrested in Azerbaijan — framing the easing of restrictions on the Sputnik Azerbaijan editor as "a step forward." She catalogues Azerbaijan's active CIS engagement (hosting three thematic CIS capitals and the III CIS Games) and its accession to Dushanbe summit documents, signaling a relationship to be repaired and deepened despite recent friction.

Российская сторона подтверждает настрой на раскрытие всего потенциала Декларации о союзническом взаимодействии между Россией и Азербайджаном.

The Russian side confirms its intent to unlock the full potential of the Declaration on Allied Interaction between Russia and Azerbaijan.

28 сентября – 8 октября с.г. в семи азербайджанских городах успешно прошли III Игры стран СНГ с участием более 1,6 тыс. спортсменов.

From 28 September to 8 October this year, the III CIS Games were successfully held in seven Azerbaijani cities with the participation of more than 1,600 athletes.

Объявления брифинга и оставшиеся вопросы в совокупности проецируют «Глобальный Юг / многополярную» альтернативу западной изоляции. Захарова представляет предстоящие визиты (главы МИД Марокко как сопредседателя межправкомиссии; нового главы МИД Казахстана накануне госвизита Токаева, опирающегося на ОДКБ/ЕАЭС/СНГ/ШОС), российско-венесуэльский бизнес-форум и военно-техническое сотрудничество с КНДР (по Договору о стратегическом партнёрстве от июня 2024 года) как доказательство того, что Россия «продолжает притягивать» партнёров вопреки санкциям. Она защищает признание Исламского Эмирата Афганистан как служащее целям борьбы с терроризмом и наркотиками. Мероприятия «мягкой силы» — Ассамблея Русского мира (делегаты из 106 стран), столетие «народной дипломатии», Форум молодых дипломатов и «Диалог о фейках 3.0» — подкрепляют нарратив о России как ценностно-ориентированном цивилизационном полюсе, противостоящем западному «неоколониализму».

The briefing's announcements and remaining Q&A items collectively project a "Global South / multipolar" alternative to Western isolation. Zakharova frames upcoming visits (Morocco's FM as co-chair of the intergovernmental commission; Kazakhstan's new FM ahead of Tokayev's state visit, anchored in CSTO/EAEU/CIS/SCO), the Russia–Venezuela business forum, and military-technical cooperation with the DPRK (under the June 2024 strategic partnership treaty) as evidence Russia "continues to attract" partners despite sanctions. She defends recognition of Afghanistan's Islamic Emirate as serving counter-terrorism and anti-narcotics aims. Soft-power events — the Russian World Assembly (delegates from 106 countries), the centenary of "people's diplomacy," the Young Diplomats Forum and "Dialogue on Fakes 3.0" — reinforce a narrative of Russia as a values-driven civilizational pole resisting Western "neocolonialism."

Несмотря на санкционное давление, попытки дискредитации нашей страны, Россия продолжает притягивать тех, кто разделяет ценности добрососедства, сотрудничества и взаимоуважения.

Despite sanctions pressure and attempts to discredit our country, Russia continues to attract those who share the values of good-neighborliness, cooperation and mutual respect.

Признав Исламский Эмират Афганистан в июле с.г., мы намерены развивать взаимовыгодные отношения с Кабулом в двустороннем и многостороннем форматах.

Having recognized the Islamic Emirate of Afghanistan in July this year, we intend to develop mutually beneficial relations with Kabul in bilateral and multilateral formats.

Ожидается участие делегатов из 106 стран мира.

The participation of delegates from 106 countries of the world is expected.