S. Lavrov following OSCE Ministerial Council (Italian chairmanship)

Лавров открывает выступление благодарностью министру иностранных дел Паоло Джентилони и всей команде итальянского председательства ОБСЕ за усилия, благодаря которым нынешние и предыдущие министерские заседания прошли плодотворно. Белградская встреча подаётся как полезный обмен по актуальной региональной и международной повестке, но российская делегация сразу озвучивает обеспокоенность «нездоровой» ситуацией на пространстве ОБСЕ на конкретных примерах. Вежливость по отношению к Риму — осознанный дипломатический жест: Италия подняла средиземноморскую тематику и обеспечила работу форума, пока Москва фиксирует системные проблемы. Сочетание признательности и жёсткой критики безопасности задаёт тон всему брифингу.

Lavrov opens by thanking Italian Foreign Minister Paolo Gentiloni and the entire Italian OSCE chairmanship team for efforts that made the current and preceding ministerial sessions fruitful and successful. He frames the Belgrade gathering as a useful exchange on the most pressing regional and international agenda items, while immediately signalling that the Russian delegation used concrete examples to voice concern about what he calls an unhealthy situation across the OSCE space. The courtesy toward Rome is deliberate diplomacy: Italy raised Mediterranean issues and kept the ministerial process moving even as Moscow catalogues systemic problems. Lavrov's opening balance — gratitude paired with a sharp security critique — sets the tone for a briefing that praises chairmanship mechanics while indicting wider European security dynamics.

Выражаем признательность итальянскому председательству ОБСЕ и министру Паоло Джентилони за усилия, благодаря которым заседания были плодотворными.

We express appreciation to the Italian OSCE chairmanship and Minister Paolo Gentiloni for efforts that made the sessions productive.

Мы действительно смогли провести полезный обмен мнениями по наиболее актуальным вопросам региональной и международной повестки дня.

We were indeed able to hold a useful exchange of views on the most pressing regional and international agenda items.

Мы выразили на конкретных примерах нашу обеспокоенность нездоровой ситуацией, сложившейся на пространстве ОБСЕ.

We expressed concern, citing concrete examples, about the unhealthy situation that has developed across the OSCE space.

Центральная жалоба российской делегации — рост военно-политической напряжённости в зоне ОБСЕ. Лавров обвиняет коллег из Атлантического альянса в курсе на сдерживание России, наращивании активности у границ и строительстве инфраструктуры на «восточном фланге». Бездоказательные обвинения, по его словам, не способствуют диалогу; только в рамках диалога можно понимать и снимать взаимную озабоченность. Позиция НАТО подаётся как главный источник европейской нестабильности, а Россия — как сторона, настаивающая на профессиональном фактологичном взаимодействии.

The Russian delegation's central security complaint is the growth of military-political tension across the OSCE area. Lavrov accuses Atlantic Alliance colleagues of pursuing a policy of deterring Russia, increasing military activity near Russian borders, and building military infrastructure on what NATO calls the eastern flank. He contrasts this with diplomacy: unsubstantiated accusations, he argues, do not advance dialogue, and only through dialogue can mutual concerns be understood and addressed. The framing presents NATO's posture as the primary driver of European insecurity and positions Russia as the party insisting on professional, fact-based engagement rather than political megaphone diplomacy.

Коллеги из Атлантического альянса проводят курс на сдерживание России, наращивают военную активность вблизи наших границ.

Colleagues from the Atlantic Alliance pursue a policy of deterring Russia, increasing military activity near our borders.

Наращивают военную инфраструктуру на восточном фланте, как они это называют.

They are building military infrastructure on the eastern flank, as they call it.

Только в рамках диалога можно лучше понимать взаимную озабоченность и устранять её.

Only through dialogue can mutual concerns be better understood and addressed.

Лавров отмечает смену терминологии у западных партнёров: «международное право» звучит всё реже, чаще — «порядок, основанный на правилах». Отличие он не усматривает, но из практики применения делает вывод: международное право требует универсального согласия, а «правила» Запад изобретает сам, когда удобно. Это печально; Москва призывает соблюдать договорённости в рамках международно-правовых инструментов. Аргумент увязывает споры о безопасности с разногласием о том, кто задаёт глобальные нормы.

Lavrov flags a terminological shift among Western partners: the phrase "international law" is used ever less frequently, replaced by talk of a "rules-based order." He professes not to understand the distinction, but infers from usage that Western colleagues treat international law as something requiring universal agreement, whereas "rules" are invented unilaterally when convenient. This, he says, is regrettable, and Moscow urges adherence to agreements reached through international legal instruments. The argument anchors Russia's broader complaint that the West selectively rewrites norms — a rhetorical move that links OSCE security disputes to a civilisational disagreement over who sets global rules.

★ Rules-based order Термин «международное право» уже всё реже используется — чаще говорят о «порядке, основанном на правилах».

The term 'international law' is used ever less frequently — they speak more often of a 'rules-based order'.

Судя по ситуациям применения, наши западные коллеги считают, что правила они выдумывают сами.

Judging by how it is applied, our Western colleagues believe they invent the rules themselves.

Мы призываем наших коллег придерживаться всех тех договорённостей, которые были достигнуты в рамках международно-правовых инструментов.

We urge our colleagues to adhere to all agreements reached through international legal instruments.

Помимо военной безопасности Лавров перечисляет гуманитарные тревоги: попрание языковых, образовательных и религиозных прав национальных меньшинств; подъём неонацистских сил; дискриминация инакомыслящих СМИ; европейские инициативы по отсеиванию изданий, не отражающих «мейнстрим». Всё это мешает совместной работе по вопросам, которые должны объединять — прежде всего сопряжению интеграционных процессов и борьбе с транснациональными угрозами. Пассаж связывает претензии по правам меньшинств с более широким обвинением в «двойных стандартах» в гуманитарном измерении ОБСЕ.

Beyond military security, Lavrov lists humanitarian alarms: violation of language, education and religious rights of national minorities; the rise of neo-Nazi forces in many European countries; discrimination and persecution of dissenting media. He points to European initiatives to filter out outlets deemed not to reflect mainstream opinion. All of this, he argues, obstructs joint work on issues that ought to unite OSCE states — above all coupling Western and Eastern European integration processes and fighting transnational threats. The passage ties minority-policy grievances (central to Russian diplomacy on Ukraine and the Baltics) to a wider indictment of European "double standards" in the humanitarian dimension.

Попрание языковых и образовательных прав национальных меньшинств, подъём неонацистских сил во многих странах Европы.

Violation of language and education rights of national minorities, rise of neo-Nazi forces in many European countries.

Инициативы по отсеиванию СМИ, не отражающих точку зрения мейнстрима.

Initiatives to filter out media that do not reflect the mainstream viewpoint.

Всё это препятствует совместной работе по важнейшим вопросам, которые нас должны объединять.

All of this obstructs joint work on the most important issues that ought to unite us.

Реальные общие вызовы — терроризм, наркотрафик, киберпреступность — противопоставляются идеологизированным подходам и попыткам вернуть элементы политики холодной войны. Это мешает сосредоточиться на коллективной работе по действительно важным проблемам и устранению реальных, а не выдуманных рисков. Тема выражает постоянную повестку Москвы в ОБСЕ: вернуть организации функцию практического сотрудничества от Атлантики до Уралов, а не площадки блокового противостояния.

Lavrov contrasts real shared challenges — terrorism, drug trafficking, cybercrime — with what he calls ideologized approaches and attempts to re-import Cold War elements into European security. These tendencies, he says, prevent focus on collective work to solve genuinely important problems and eliminate real rather than invented risks. The theme expresses Russia's recurring OSCE agenda: restore the organisation as a practical cooperation platform spanning the Atlantic-to-Urals space, not a forum for bloc confrontation. Moscow positions itself as the party prioritising functional security cooperation over geopolitical scoring.

Сопряжение интеграционных процессов на Западе и на Востоке Европы, противодействие транснациональным угрозам — терроризму, наркотрафику, киберпреступности.

Coupling integration processes in Western and Eastern Europe, countering transnational threats — terrorism, drug trafficking, cybercrime.

Идеологизированность подходов, стремления внести элементы политики холодной войны не позволяют сосредоточиться на совместной коллективной работе.

Ideologized approaches and attempts to import elements of Cold War politics do not allow focus on joint collective work.

По устранению реальных, а не выдуманных угроз и рисков.

On eliminating real, not invented threats and risks.

К заседанию Россия подготовила четыре проекта по борьбе с терроризмом, роли ОБСЕ в наркопроблеме, защите прав меньшинств в сфере языка и образования и подтверждению договорённостей о свободном доступе к информации. Ни один не принят, хотя актуальность не вызывает сомнений; причина одна — их предложила Россия. Не согласован ни один документ и по военно-политической безопасности. Эпизод подаётся как политизированная блокировка полезных текстов по признаку авторства.

For the ministerial council Russia prepared four draft decisions on, in Lavrov's view, unquestionably vital subjects: counter-terrorism; enhancing the OSCE role in addressing the global drug problem; protecting language and education rights of national minorities; and reaffirming OSCE-era agreements guaranteeing free media and public access to information. None was adopted despite undisputed relevance, and Lavrov is emphatic that they failed solely because Russia proposed them. No document was agreed even on military-political security. The episode is presented as proof of politicised obstruction — Western states blocking useful texts for origin-of-proposal reasons alone.

К сожалению, ни одно из этих решений не было принято, хотя их актуальность ни у кого не вызывает сомнений.

Unfortunately none of these decisions was adopted although their relevance is beyond doubt.

Они не получили поддержки исключительно потому, что их предложила Российская Федерация.

They failed to gain support solely because they were proposed by the Russian Federation.

Ни одного документа не согласовали и по военно-политическим аспектам безопасности.

Not a single document was agreed even on military-political aspects of security.

Россия продолжит участие в инициированном Германией структурированном диалоге по вызовам безопасности при условии делового, фактологичного обсуждения. Приоритет — восстановление конкретных профессиональных контактов по линии военных в ОБСЕ, совете Россия–НАТО и других форматах для понимания намерений и снижения риска опасных инцидентов. Двойное послание: Москва вовлечена в берлинский процесс, но без военных каналов картина безопасности остаётся опасно непрозрачной.

Russia will continue participating in Germany's structured dialogue on security challenges launched the previous year, provided discussions remain businesslike and fact-based rather than politicised. Lavrov's priority, however, is restoring concrete professional military contacts across European formats — including the OSCE and the NATO–Russia Council — to better understand intentions and reduce the risk of dangerous incidents. The dual message: Moscow will engage in Berlin's process, but insists that without military-to-military channels the security picture remains dangerously opaque.

Россия продолжит участвовать в инициированном Германией структурированном диалоге по вызовам безопасности — при условии, что дискуссии будут деловыми.

Russia will continue to participate in Germany's structured dialogue on security challenges — provided discussions remain businesslike.

Самое главное — восстановить конкретные профессиональные контакты по линии военных.

The main thing is to restore concrete professional contacts between militaries.

Это важно для понимания намерений друг друга и для снижения риска опасных инцидентов.

This is important for understanding each other's intentions and reducing the risk of dangerous incidents.

Лавров приветствует договорённости в экономико-экологическом измерении, особенно по человеческому капиталу и цифровой экономике. Итальянскому председательству заслуга в поднятии средиземноморской темы из «четвёртой корзины» Хельсинка. Обсуждения по Средиземноморью показали общий интерес к усилению сотрудничества против незаконной миграции и торговли людьми, включая детей-мигрантов без родителей и сопровождения. Тема связывает «мягкие» корзины ОБСЕ с жёсткими вызовами миграционного кризиса.

Lavrov welcomes OSCE agreements in the economic-environmental dimension, especially on human capital development and the digital economy. He credits the Italian chairmanship for raising Mediterranean issues rooted in the Helsinki Final Act's fourth basket. Recent discussions on Mediterranean affairs showed shared interest in stronger cooperation against illegal migration and human trafficking, including the plight of migrant children arriving in Europe without parents or guardians. The theme links OSCE's "soft" baskets to hard security concerns — migration as a European crisis requiring cross-basket coordination, not securitisation alone.

Нашим приоритетом отвечают договорённости по экономической и экологической тематике — в частности по развитию человеческого капитала и цифровой экономике.

Our priorities include agreements on economic and environmental matters — in particular human capital development and the digital economy.

Итальянское председательство повышает внимание к проблематике Средиземноморья.

The Italian chairmanship is raising attention to Mediterranean issues.

Общая заинтересованность в повышении сотрудничества для борьбы с незаконной миграцией и торговлей людьми, особенно учитывая проблему детей-мигрантов.

Shared interest in enhancing cooperation against illegal migration and human trafficking, especially given the problem of migrant children.

В четвёртый год подряд не выполняется базельское решение 2014 года о двух дополнительных декларациях ОБСЕ вслед за антисемитской — против христианофобии и исламофобии. Западные партнёры, по Лаврову, уходят от осуждения явлений, затрагивающих интересы христиан и мусульман. Провал гуманитарных проектов — следствие глубокого кризиса измерения, требующего радикальной реформы и очищения от перекосов и двойных стандартов.

Lavrov expresses surprise that for the fourth consecutive year a 2014 Basel ministerial decision remains unimplemented — to develop two further OSCE declarations following the anti-Semitism declaration: one combating Christianophobia and one combating Islamophobia. Western partners, he says, resist condemning phenomena that directly affect Christian and Muslim interests and continue to accumulate. Russia reads the failure of humanitarian-dimension projects as evidence of a deep crisis in that dimension, requiring radical reform and cleansing of distortions and double standards. The point connects religious-liberty diplomacy to Russia's wider claim that OSCE humanitarian structures have been captured by Western agenda-setting.

В четвёртый год подряд не выполняется решение, принятое в 2014 году в Базеле, о разработке двух дополнительных деклараций — о борьбе с христианофобией и исламофобией.

For the fourth consecutive year a decision adopted in Basel in 2014 on developing two further declarations — against Christianophobia and Islamophobia — remains unimplemented.

Наши западные партнёры уходят от того, чтобы осудить явления, которые прямо затрагивают интересы христиан и мусульман.

Our Western partners shy away from condemning phenomena that directly affect the interests of Christians and Muslims.

Провал проектов в гуманитарном измерении — следствие глубокого кризиса этого измерения, которое нуждается в радикальном реформировании.

The failure of humanitarian-dimension projects is a consequence of a deep crisis in that dimension, which needs radical reform.

Дисфункция гуманитарного измерения увязывается с конкретными результатами по конфликтам. По Приднестровью принято заявление — не прорыв, но фиксация готовности всех участников 5+2 продолжать работу. По Нагорному Карабаху сопредседатели минской группы ОБСЕ (Россия, США, Франция) согласовали с министрами Армении и Азербайджана заявление о решимости добиваться урегулирования. Это скромные, но реальные продукты на фоне провала широких итоговых документов.

Lavrov ties humanitarian-dimension dysfunction to specific conflict-management outcomes. On Transnistria, an OSCE statement was adopted — not a breakthrough, but a fix on readiness of all 5+2 participants to continue in that format. On Nagorno-Karabakh, the OSCE Minsk Group co-chairs (Russia, the US, France) jointly issued a statement with the Armenian and Azerbaijani foreign ministers affirming determination to pursue settlement. These are presented as modest but real diplomatic products amid wider ministerial failure — evidence that focused co-chair diplomacy can still function when broader consensus documents collapse.

По приднестровскому урегулированию принято заявление — оно не является прорывом, но фиксирует готовность всех участников процесса 5+2 продолжать работу.

A statement on Transnistrian settlement was adopted — not a breakthrough, but it records all 5+2 participants' readiness to continue work.

Тройка сопредседателей минской группы ОБСЕ по нагорно-карабахскому урегулированию согласовала заявление о нашей решимости продолжать добиваться урегулирования.

The OSCE Minsk Group co-chair troika agreed a statement on our determination to continue pursuing settlement.

Гуманитарное измерение нуждается в очищении от различных перекосов и двойных стандартов.

The humanitarian dimension needs cleansing of various distortions and double standards.

Украинский кризис, по Лаврову, стал ритуалом западных речей вне зависимости от повестки; Москва не уходит от дискуссии, но требует от Киева выполнения минских обязательств вместо голословных претензий к России. Он высоко оценивает контактную группу под координацией ОБСЕ и СММ, которая должна работать на всей территории и отслеживать национализм и радикализм. Деструктивная позиция Киева сорвала любой документ по теме; общая политическая декларация вновь не принята — последний раз в 2002 году. Разговор проясняет тупик конфронтационных подходов.

Ukraine dominates Western interventions regardless of agenda, Lavrov observes — a ritual Moscow does not avoid but answers with calls for Kyiv to fulfil February 2015 Minsk obligations rather than voice unsubstantiated demands at Russia. He praises the Trilateral Contact Group under OSCE coordination and the Special Monitoring Mission, which should operate across all Ukraine and track nationalism and radicalism. Kyiv's destructive stance — stuffing documents with unacceptable invented ideas — blocked any Ukraine-related ministerial text. For the fourth year running, no common political declaration was adopted; the last success was 2002. Lavrov reads the overall conversation as clarifying the dead-end of confrontational approaches.

Мы призываем всех вместо голословных требований, адресованных России, добиться от Киева выполнения обязательств по минскому комплексу мер.

We urge everyone, instead of unsubstantiated demands addressed to Russia, to secure Kyiv's fulfilment of Minsk Package of Measures obligations.

Деструктивная позиция Киева, стремившегося насытить любой документ неприемлемыми и вымышленными идеями, не позволила принять какой-либо документ.

Kyiv's destructive stance, seeking to stuff any document with unacceptable and invented ideas, prevented adoption of any document.

В очередной раз не удалось принять общую политическую декларацию — последний раз её удалось принять только в 2002 году.

Once again a common political declaration could not be adopted — the last time was only in 2002.

Завершая заявление, Лавров апеллирует к историческим рамкам: общее экономико-гуманитарное пространство от Атлантики до Урала и Владивостока с неделимой безопасностью. Саммит ОБСЕ в Астане 2010 года закрепил призыв к сообществу равной, всеобъемлющей и неделимой безопасности от Ванкувера до Владивостока; слова в документе — их надо выполнять, Россия готова. Финал переводит брифинг из жанра жалобы в жанр позитивной программы на основе хельсинкской логики.

Lavrov closes his statement with a historical appeal: abandon confrontation and return to conceptual frameworks advanced by Europe's best minds decades ago — a common economic and humanitarian space from the Atlantic to the Urals, with indivisible security. The 2010 OSCE Astana summit, he recalls, endorsed forming a community of equal, comprehensive and indivisible security from Vancouver to Vladivostok based on cooperation; the words are in the document and must be implemented. Russia is ready. The coda reframes the entire briefing as not merely complaint but offer — a positive programme rooted in OSCE's founding logic, directed at European capitals still rhetorically committed to Helsinki principles.

Вернуться к концептуальным рамкам о необходимости формировать общее экономико-гуманитарное пространство от Атлантики до Урала, до Владивостока.

Return to conceptual frameworks on forming a common economic and humanitarian space from the Atlantic to the Urals, to Vladivostok.

★ Indivisible security На саммите ОБСЕ в Астане в 2010 году был согласован призыв формировать сообщество равной, всеобъемлющей и неделимой безопасности от Ванкувера до Владивостока.

At the 2010 OSCE Astana summit a call was agreed to form a community of equal, comprehensive and indivisible security from Vancouver to Vladivostok.

Слова произнесены, они закреплены в документе — надо их выполнять. Россия к этому готова.

The words were spoken, they are recorded in the document — they must be implemented. Russia is ready.

Итальянский журналист спрашивает, разделяет ли министр взгляд коллег на вред санкций для России и Италии и могут ли они помочь урегулированию. Лавров отмечает: большинство участников ОБСЕ в беседах называют санкции контрпродуктивными и пагубными для всех. Линия России — обезопасить развитие от рецидивов санкционной политики; инициаторы спирали должны её прекратить — Москва ответит взаимностью. Пока ЕС в плену агрессивного русофобного меньшинства, Россия будет сокращать зависимость от уязвимых экономических связей.

An Italian journalist asks whether anti-Russia sanctions will harm Russia and Italy economically and whether they can help resolve the crisis. Lavrov notes that most OSCE states in private conversations call sanctions counterproductive and harmful to all, including those imposing them. Russia's line is to safeguard development against any recurrence of sanctions policy; if understanding of their damage is growing, those who launched the spiral should stop it — Moscow will respond in kind when that happens. Meanwhile, while the EU remains captive to an aggressive Russophobic minority, Russia will reduce dependence on economic ties that could become future sanctions targets. The answer couples principled reciprocity with a structural decoupling strategy.

Многие, если не большинство стран-участниц ОБСЕ в беседах подчёркивают контрпродуктивность санкций и пагубность санкций для всех.

Many, if not most OSCE participating states in conversations stress the counterproductivity of sanctions and their harm to all.

Те, кто инициировал эту спираль, должны прекратить её — мы к этому будем готовы, ответим взаимностью.

Those who launched this spiral should end it — we will be ready and will respond reciprocally.

Будем делать всё, чтобы сокращать свою зависимость от экономических связей, которые могут стать предметом новых санкций.

We will do everything to reduce our dependence on economic ties that could become subject to new sanctions.

Французский корреспондент поднимает угрозу выхода США из СНВ-3 из-за РСМД и призыв Андруса Ансипа сплотиться против российской пропаганды перед выборами в ЕС. По РСМД Лавров напоминает: обвинения годами вытягивали «клещами»; ракета 9М729 испытана на дальности и в условиях, разрешённых договором. Союзники в Брюсселе сослались на «неопровержимые документы», которых Москва не получала; готова к профессиональному разговору, а не к трибунным заявлениям через океан. Тема «пропаганды» и вмешательства в выборы — из той же оперы: фактов нет, как по МН-17, Солсбери и другим конкретным вопросам.

A French correspondent raises two issues: possible US withdrawal from New START given alleged Russian INF non-compliance and a 60-day ultimatum; and European Commission Vice-President Andrus Ansip's call to unite against Russian propaganda ahead of European elections. On INF, Lavrov recounts years of US accusations from which Washington had to be pressed to produce specifics — the 9M729 missile tested at ranges and conditions permitted by the treaty, in Russia's data. Allies backed the US position in Brussels citing "irrefutable documents" Moscow has never received; Russia remains ready for serious professional talks, not tribune declarations across oceans. On propaganda and election interference, he dismisses the topic as perennial accusation without facts — the same category as MH17 radar data, Salisbury, and other concrete unanswered questions.

Наши данные о том, как эти испытания проходили, говорят об обратном — ракета была испытана на дальность, разрешённую договором.

Our data on how those tests proceeded say the opposite — the missile was tested at a range permitted by the treaty.

Если Вашингтон ознакомил их с неопровержимыми документами — мы таких документов от американцев не получали.

If Washington showed them irrefutable documents — we have not received such documents from the Americans.

Ни одного факта не видел до сих пор — мы каждый раз задаём предельно конкретный вопрос.

I have not seen a single fact to date — each time we ask an extremely specific question.

Вопросы касаются работы с соотечественниками, переговоров с Японией и сигналов США по РСМД/СНВ. Соотечественники могут заниматься исторической и патриотической работой; Россия поддерживает и передаёт архивные материалы, но не может «командовать» гражданами других стран. Конгрессы соотечественников регулярны; президент Путин участвовал в октябрьском. По Японии договорённость в Сингапуре требует признания итогов Второй мировой по декларации 1956 года — без этого иных разговоров нет. По контролю вооружений российские предложения переданы в Хельсинки, августе и октябре; ответ Вашингтона один: «устраните нарушения».

Russian and Japanese correspondents raise compatriots policy, Japan peace-treaty talks, and US signals on INF/New START. On compatriots, Lavrov says nothing prevents communities abroad from historical and patriotic work; Russia supports such initiatives and shares archival materials but cannot command citizens of other countries — that would invite suspicion. Congresses of compatriots are held regularly; President Putin attended the latest in October. On Japan, the Singapore understanding between Putin and Abe to energise talks based on the 1956 declaration requires Tokyo first to recognise WWII outcomes — without that, other discussions are impossible. On arms control, Lavrov lists repeated Russian proposals transmitted in Helsinki, August and October visits for professional dialogue on INF, New START and strategic stability — Washington's only reply is "fix your violations," which adults do not do.

Никто не возбраняет любому человеку заниматься вопросами истории и продвигать патриотические идеи — мы всячески поддерживаем такие начинания.

Nothing prevents any person from engaging with history and advancing patriotic ideas — we fully support such initiatives.

Мирный договор означает признание итогов Второй мировой войны — это абсолютно непреложный первый шаг.

A peace treaty means recognition of the outcomes of the Second World War — that is an absolutely non-negotiable first step.

Предложения о серьёзном профессиональном диалоге по РСМД и СНВ-3 — никакого ответа от американцев не поступало.

Proposals for serious professional dialogue on INF and New START — no response has come from the Americans.

Заключительный блок охватывает кризис в Азовском море, воссоединение Крыма, переговоры с ЕС, экстерриториальное право США и консульские вопросы. Задержанные украинские моряки проходят следствие с консульским доступом; нарушили российские воды и законы — в отличие от практики на границе с Мексикой; послабления возможны после суда. Паспортизация — в рамках закона для тех, кому Киев не выдаёт документы о выходе из гражданства; обмены срываются, когда Киев включает посторонних лиц. Итальянский соотечественник просит облегчить визы и гражданство детям смешанных семей — обещание изучить безвиз для ближайших родственников граждан РФ. Могерини: обеспокоенным европейцам следует надавить на Вашингтон по РСМД; НАТО перекрыло военные каналы. По Крыму — переворот 2014 года, сорванные гарантии Берлина, Парижа и Варшавы, угрозы Яроша, референдум. Инцидент у Керчи — скрытый приказ на проход; военное положение Порошенко и усиление присутствия США в Чёрном море. Идея Мааса о СММ в Азовском море бесперспективна: мандат — сухопутная Украина. Арест Мэн Ванчжоу в Канаде по американскому запросу — экстерриториальное право, вызывающее отторжение. По Туркменистану вопросы двойного гражданства решаются на высшем уровне; по Борису Шафиеву — уточнение.

The press conference's final cluster covers the Azov/Kerch crisis, Crimea's reunification narrative, bilateral EU talks, extraterritorial US law, and consular cases. Lavrov says detained Ukrainian sailors are under investigation with consular access; they violated Russian territorial waters and law — unlike US border practice — and any leniency follows judicial process. On passportisation, Putin acted within Russian law to ease citizenship for Ukrainians who cannot obtain exit papers from Kyiv; prisoner exchanges stall when Kyiv inserts unrelated names. An Italian compatriots' correspondent seeks visa facilitation and citizenship for children of mixed families; Lavrov promises to study visa-free access for close relatives of Russian citizens and single-parent citizenship rules. To Reuters on Mogherini, Lavrov urges worried Europeans to press Washington into substantive INF talks; NATO has blocked military channels. On Crimea, he recounts the February 2014 coup, broken 21 February guarantees by Germany, France and Poland, the first acts against Russian-speakers, and Dmitry Yarosh's threats — the referendum's cause. The November Kerch provocation, he argues, followed a secret order for covert passage; Poroshenko declared martial law and the US announced more Black Sea presence — ask who benefited. German FM Maas's idea to extend OSCE monitoring to the Azov Sea is futile: SMM's mandate covers Ukrainian land territory only; rules were followed in September, violated in November. Meng Wanzhou's Canadian arrest on US extraterritorial Iran sanctions law exemplifies arrogant great-power policy alienating even allies. On Turkmenistan, Moscow pursues dual-citizenship issues at the highest level and will clarify the status of Boris Shafiyev.

Они нарушали международное право и российские законы, вторглись в территориальные воды Российской Федерации.

They violated international law and Russian laws, entering the territorial waters of the Russian Federation.

Запад поддержал государственный переворот февраля 2014 года — Германия, Франция и Польша за сутки до этого гарантировали соглашение своими подписями.

The West supported the February 2014 state coup — Germany, France and Poland had guaranteed the agreement with their signatures the day before.

В приказе было сказано: надо скрытно, не запрашивая российские власти, пройти через Керченский пролив.

The order said: pass through the Kerch Strait covertly, without requesting Russian authorities.

Мандат ОБСЕ распространяется на всю сухопутную территорию Украины — никаких наблюдателей в Азовском море не требуется.

The OSCE mandate covers all Ukrainian land territory — no observers are required in the Azov Sea.