Meeting with Heads of World News Agencies

1. Вступительные замечания о форуме и СМИ

Путин открывает встречу, благодаря участников за интерес к Петербургскому экономическому форуму, отмечая, что интерес растёт год от года. Он подчёркивает продуктивные контакты с партнёрами во всех секторах экономики, особенно в топливно-энергетическом комплексе, и упоминает обсуждения стабилизации мировых энергетических рынков. Также поздравляет информационное агентство ИТАР-ТАСС со 110-летием, подчёркивая его глобальное влияние и важность СМИ в формировании информационной повестки.

хочу поздравить вашего коллегу господина Михайлова в этом году исполняется 110 лет нашей крупнейшей нашему крупнейшему информационному агентству иртас

2. Годовщина высадки в Нормандии и двусторонние встречи

Путин подтверждает, что принял приглашение французского президента на годовщину высадки в Нормандии, отмечая, что визит будет ограничен тематикой мероприятия. Он напоминает, что СССР и Россия понесли огромные жертвы ради общей победы над нацизмом, и выражает готовность к отдельной двусторонней встрече с французским президентом, если позволит график.

первое что касается поездки в нормандию она будет ограничено Темой ради которой мы все собираемся действительно президент Франции подтвердил своё приглашение И конечно оно с благодарностью принято

3. Легитимность президентских выборов на Украине

Путин утверждает, что было бы гораздо логичнее выполнить соглашение от 21 февраля между Януковичем и оппозицией, хотя бы в усечённом виде, чем сразу ставить под вопрос легитимность будущих украинских властей. Он указывает, что по конституции Украины президентские выборы не могут проводиться при действующем президенте, и предлагает сначала провести референдум, принять новую конституцию, а затем выборы. Россия будет уважать выбор украинского народа, но настаивает на конституционных нормах.

На мой взгляд было бы гораздо более логичным исполнить договорённости хотя бы усечённым виде которые были достигнуты между президентом Януковичем и оппозицией двадцать первого февраля текущего года

4. Российско-китайское стратегическое партнерство и газовый контракт

Путин характеризует итоги встреч в Шанхае как новое качество отношений между Россией и Китаем, подчёркнутое эпохальным газовым контрактом на 400 миллиардов долларов. Он объясняет, что эта сделка позволяет развивать газификацию Дальнего Востока и Восточной Сибири, а для Китая – снижает энергодефицит и улучшает экологию городов. Также упоминает возможное сотрудничество в атомной энергетике, высоких технологиях, валютно-финансовой сфере, сельском хозяйстве и региональном развитии, отмечая прямую поддержку председателя Си Цзиньпина.

результаты наших встреч в Шанхае несколько дней назад и подписанные документы говорят о новом качестве Отношений между Китайской Народной республикой и Российской Федерацией

5. Влияние газового контракта с Китаем на поставки в Европу

Путин разъясняет, что контракт по восточному маршруту с Китаем не имеет никакого отношения к поставкам российского газа в Европу, так как речь идёт о новых месторождениях в Якутии и Иркутской области, которые пока не используются. Он заявляет, что Россия может увеличить общую добычу с 400–450 миллиардов кубометров до 650 миллиардов, обеспечив газом и Китай, и европейских потребителей. Также отмечает, что потенциальный западный маршрут будет использовать западносибирские месторождения, но и в этом случае беспокоиться не о чем, учитывая ресурсную базу России.

он вообще никакого отношения к поставкам российского газа в Европу Не имеет это новые месторождения расположенные на юге Якутии и в Иркутской области которые пока вообще не используются

6. Долг Украины за газ и ценовой спор

Путин подробно излагает историю газовых скидок, предоставленных Украине в обмен на базирование Черноморского флота в Крыму, и последующую неспособность Украины платить даже по сниженным ставкам. Он объясняет, что Россия предлагала дополнительные скидки и кредит в 3 миллиарда долларов, но Украина полностью прекратила оплату текущих счетов, что вынудило «Газпром» перейти на предоплату. Путин настаивает, что Россия готова к конструктивному диалогу, но не к ультиматумам, и контракт должен соблюдаться.

мы готовы к конструктивному диалогу но его надо вести не на основе не понятно На чём основах требований и ультиматума а на основе цивилизованной рыночной работа

7. Российско-германские отношения и украинский конфликт

Путин подчёркивает, что российско-германские отношения являются полномасштабными и очень важными: 300 тысяч рабочих мест в Германии зависят от экономического сотрудничества двух стран. Он призывает не подвергать эти связи испытаниям текущей политической конъюнктуры и отмечает, что поддерживает постоянные контакты с канцлером Меркель, стремясь к компромиссу даже по спорным вопросам.

что касается наших отношений с Федеративной республикой они у нас полномасштабные и считаю что они очень важны являются и для России и для Федеративной Республики Германии

8. Украинский кризис, расширение НАТО и вмешательство Запада

Путин утверждает, что события на Украине напрямую угрожают безопасности России, особенно перспектива вступления Украины в НАТО и возможное размещение ударных систем в Крыму. Он обвиняет западных партнёров в поддержке неконституционного переворота в Киеве после того, как дипломатические усилия России были отвергнуты, и предупреждает, что такие действия имеют серьёзные геополитические последствия. Он надеется, что это станет прецедентом для восстановления уважения к международному праву и взаимным интересам.

некоторые события которые происходили на Украине они прямо угрожают нашим интересом и в первую очередь с точки зрения безопасности имея в виду перспективу вступления Украины в организацию североатлантического договора

9. Индийско-российское сотрудничество и позиция по санкциям

Путин благодарит Индию за взвешенную позицию по украинскому кризису и за то, что она не поддержала санкции против России. Он подтверждает, что Россия выполнит все ранее достигнутые соглашения с Индией в экономической, гуманитарной и военно-технической сферах, и отмечает, что хотя текущий товарооборот скромен, перспективы огромны. Он подчёркивает важность отношений и необходимость повышения двусторонней торговли.

мы конечно благодарны индийскому руководству индийскому народу за взвешенную позицию за то что индийское руководство подошло к этой проблеме учитывая все её составляющие

10. Отношения США и России и риск новой холодной войны

Путин выражает надежду, что нынешняя напряжённость не является началом новой холодной войны, и заявляет, что никто в этом не заинтересован. Он описывает генезис украинского кризиса и отмечает, что существует множество инструментов взаимодействия с США, но они полезны только в том случае, если реально применяются для поиска решений. Он предупреждает, что Россия не может принять роль, при которой ей лишь позволяют сидеть и слушать без реального участия в принятии решений.

мне бы не хотелось Так думать что это начало новой Холодной войны в этом никто не заинтересован думаю что этого не случится

11. Обеспокоенность России по поводу расширения НАТО и Украины

Россия настаивает, что потенциальное членство Украины в НАТО является красной линией, которую нельзя пересекать, учитывая переворот 2014 года и отсутствие содержательного диалога по гарантиям безопасности. Москва утверждает, что предыдущие ответы Запада по ПРО и расширению НАТО были пренебрежительными, а озабоченности России игнорировались. Кремль требует юридически обязывающих гарантий того, что Украина не вступит в НАТО, поскольку расширение альянса на восток рассматривается как прямая угроза национальной безопасности.

где у нас гарантия того что после силового силовой смены власти очередной цветной Революции которая безусловно произошла на Украине Украина завтра не окажется в НАТО

12. Косовский прецедент и правовое обоснование Крыма

Путин утверждает, что аннексия Крыма юридически оправдана косовским прецедентом, когда западные державы признали независимость Косова на основе парламентского решения. В отличие от этого, независимость Крыма была объявлена после всенародного референдума с поддержкой более 90%, за которым последовало легитимное голосование в парламенте. Он настаивает, что действия России полностью соответствуют международному праву, включая принцип самоопределения по Уставу ООН, и обвиняет Запад в двойных стандартах.

Я уже аргументировать свою позицию со ссылкой на косовский прецедент

13. Международная изоляция и экономическая взаимозависимость

Путин называет представление об изоляции России «эфемерным», указывая на глубокие экономические связи с Европой (440 миллиардов долларов товарооборота) и США. Он утверждает, что любая попытка изолировать Россию навредит всем сторонам, особенно учитывая хрупкость мировой экономики. Он полагает, что европейское общественное мнение может даже поддерживать позицию России, и конфронтация не в чьих-либо интересах.

Я думаю что вопрос изоляции такой страны носит просто эфемерный характер это невозможно

14. Проекты «Южный поток» и «Северный поток»

Россия остаётся настроенной на строительство газопроводов «Южный поток» и «Северный поток», несмотря на препятствия со стороны ЕС, особенно Брюсселя, который, по словам Путина, «вставляет палки в колёса». Он отмечает, что Италия, Германия и Франция являются партнёрами по «Южному потоку», и Россия может рассмотреть альтернативные маршруты через страны, не входящие в ЕС, если сопротивление продолжится. Он также критикует ограничение ЕС на использование лишь 50% мощности газопровода «Опал», называя это «ерундой».

мы настроены реализовывать эти проекты и Южный поток и Северный

15. Интеграционные усилия России на постсоветском пространстве

Путин отвергает обвинения в том, что Россия стремится восстановить Советский Союз или империю, подчёркивая, что Москва была инициатором создания СНГ и поддерживала независимость бывших советских республик. Вместо этого Россия нацелена на интеграционные процессы, такие как Евразийский экономический союз, чтобы использовать общие язык, инфраструктуру и промышленную кооперацию для взаимной экономической выгоды. Он критикует нежелание ЕС взаимодействовать с новым союзом, объясняя это ошибочным восприятием угрозы, а не возможности.

Мы стремимся к выстраиванию интеграционных процессов на постсоветском пространстве Но не для того чтобы восстановить СССР какую-то Империю а для того чтобы использовать конкурентные преимущества имеющиеся у всех наших государств независимых сегодня

16. Российско-японские отношения и территориальный спор

Путин выражает готовность обсуждать территориальный спор о Курильских островах (северных территориях) с Японией, отмечая, что переговоры были заморожены, а затем возобновлены после декларации 1956 года. Он напоминает, что Советский Союз согласился рассмотреть передачу двух островов, но условия и суверенитет остаются открытыми для переговоров. Россия искренне заинтересована в решении, которое станет компромиссом, приемлемым для обеих сторон, без проигравших, и критикует Японию за приостановку переговоров под давлением санкций.

Россия искренне заинтересованы в том чтобы эта проблема была решена

17. Критика Канады в адрес действий России на Украине

Путин отвечает на критику Канады, ставя под сомнение национальные интересы Канады и США на Украине, которые, по его мнению, гораздо менее значительны, чем интересы России. Он повторяет, что западные партнёры действовали незаконно, поддержав переворот на Украине, что угрожало фундаментальным интересам безопасности России, включая языковые права и расширение НАТО. Он настаивает, что ответ России был адекватным и полностью соответствовал международному праву, и он открыт для диалога с канадскими лидерами.

правительство Канады критикует действия России где Канада и где И где Украина с Россией

18. Арктические претензии и правовые процедуры

Путин подчёркивает, что Россия добивается своих арктических претензий через правовые механизмы в рамках ООН, ссылаясь на недавнее признание её прав на определённые участки шельфа на Дальнем Востоке. Он выделяет успешные 10-летние переговоры с Норвегией по делимитации Баренцева моря как образец компромисса. Россия продолжит использовать все доступные правовые и региональные инструменты для достижения согласия и взаимопонимания в Арктике.

что касается Арктики то есть э определённые механизмы отработанные в рамках организации Объединенных Наций и совсем недавно мы в ходе вот этих легальных процедур предусмотренных международным правом добились признания прав Российской Федерации на определённый участки шельфа на Дальнем Востоке

1. The St Petersburg Economic Forum and Energy Cooperation

Putin opens on a confident, business-forward note, presenting the St Petersburg International Economic Forum as a magnet for growing global attention, with more media and corporate participation than in previous years. He frames the energy sessions as constructive and forward-looking: partners are not merely diagnosing the state of world energy but actively formulating concrete proposals to stabilise the global market. He underscores that foreign companies hold substantial reserves on their balance sheets inside Russia, which lifts their capitalisation — a point aimed at reassuring international investors that Russia remains an attractive, mutually profitable jurisdiction despite the political climate. He signals that Russia intends to keep refining its legislation, including fiscal rules, to sustain that cooperation. The overall message is one of continuity and openness for business, positioning Russia as a responsible steward of the world energy market rather than a disruptive actor.

Они ещё даже не закончили сессию... обмениваются мнениями о состоянии мировой энергетики, формулируют свои предложения о том, что и как нужно бы сделать, для того чтобы стабилизировать мировой энергетический рынок.

They haven't even finished the session yet... exchanging views on the state of world energy, formulating their proposals on what should be done to stabilise the global energy market.

2. The Normandy D-Day Anniversary and the Franco-Russian Wartime Bond

Asked about his forthcoming visit to France for the 70th anniversary of the Normandy landings, Putin confirms he accepted President Hollande's invitation and elevates the occasion into a statement about shared history and the common Victory over Nazism. He stresses that the peoples of the Soviet Union and Russia laid an enormous sacrifice on the altar of that Victory, and he pays tribute to French participation in the Resistance and at the front, singling out the legendary Normandie-Niemen squadron. The framing draws a direct line from the wartime alliance to the present, implicitly appealing to Western partners to remember that Russia and the West once stood in the same ranks. He signals openness to bilateral talks with Hollande if scheduling permits — keeping diplomatic channels demonstratively open even amid tension over Ukraine.

Во время Второй мировой войны наши страны были в одном строю, боролись с нацизмом... народы Советского Союза и России на алтарь общей Победы многое положили.

During the Second World War our countries stood in the same ranks, fought Nazism... the peoples of the Soviet Union and Russia laid much on the altar of the common Victory.

3. The Legitimacy of the Ukrainian Presidential Election

Putin sets out a careful legal-constitutional argument on the upcoming Ukrainian election. His central point is one of sequencing: the logical and lawful path would have been to first implement the 21 February agreement between Yanukovych and the opposition, then hold a referendum, adopt a new constitution, and only afterwards hold elections. Electing a new president while a legally sitting president remains in office is, he argues, unconstitutional, and he points to the four legal mechanisms the Ukrainian constitution provides for removing a president. He hints that those now controlling power in Kyiv may not actually want a fully legitimate president, since ambiguity serves their purposes. Yet he closes by pledging to respect whatever choice the Ukrainian people make — a deliberate combination of legal challenge to the process and stated deference to the popular will.

Мы же взрослые люди, умеем читать. Давайте прочитаем, что написано в Конституции.

We are adults, we can read — let us read what is written in the Constitution.

Мы с уважением отнесёмся к любому выбору украинского народа.

We will respect any choice of the Ukrainian people.

4. The Russia–China Strategic Partnership and the Gas Deal

Fresh from the Shanghai summit, Putin describes relations with China as having reached a new quality of strategic partnership, anchored by the landmark gas contract worth roughly $400 billion. He reaches for a resonant historical analogy — the Soviet-era "gas for pipes" arrangement — to convey the deal's scale and civilisational significance. The eastern route, he explains, opens the vast Asia-Pacific market and finally makes gasification of the Russian Far East and Eastern Siberia economically viable, while simultaneously helping China ease its energy shortages and clean up its urban air. He points beyond this single contract to a possible second "western route" agreement and to broadening cooperation in nuclear energy, aviation, space, and settlements in national currencies — the last a clear step towards reducing dependence on Western financial infrastructure. The pivot east is presented not as a reaction to Western pressure but as a natural, mutually enriching deepening of trust.

Мы сделали ещё один шаг вперёд по повышению качества нашего доверительного диалога и выхода на новые рубежи стратегического партнёрства.

We have taken another step forward in raising the quality of our trusting dialogue and reaching new frontiers of strategic partnership.

Газ природный — это самый экологичный вид углеводородного сырья.

Natural gas is the most ecologically clean type of hydrocarbon raw material.

5. Gas Supplies to Europe and Germany — No Threat from the China Deal

Addressing German anxieties directly, Putin insists the eastern-route China contract has no bearing whatsoever on European supplies, because it draws on entirely new deposits in Yakutia and Irkutsk rather than the fields serving Europe. He marshals both capacity figures and history: Gazprom can raise output from around 450 to 650 bcm, and the Soviet Union never once disrupted deliveries to Europe, even at the height of the Cold War. Uniting the Western and Eastern Siberian pipeline networks, he argues, will make Russia a more flexible supplier able to serve European and Asian consumers alike. He dismisses the very idea of Russia cutting off Europe as self-destructive nonsense — tantamount to suicide — reinforcing his portrait of Russia as a reliable partner whose commercial self-interest guarantees its dependability.

Советский Союз даже в годы Холодной войны никогда... не срывал поставок в Европу и в Германию.

The Soviet Union, even during the years of the Cold War, never... disrupted supplies to Europe and Germany.

Прекращать поставки в Европу — сами себе во вред, чушь какая, равносильно самоубийству.

To cut supplies to Europe, to our own detriment — what nonsense, it would be tantamount to suicide.

6. The Ukraine Gas Debt and Pricing Dispute

Putin delivers a meticulous, point-by-point defence of Russia's conduct in the gas-debt dispute with Ukraine. He recounts that Ukraine stopped making regular payments from July of the previous year, yet Russia declined to switch immediately to prepayment. He walks through the $100 discount tied to the Black Sea Fleet's basing in Crimea, arguing Russia had in effect been overpaying, and explains that further discounts were conditional on regular payment — a condition Ukraine broke by paying nothing in March. The coming shift to a prepayment regime, he insists, is purely contractual and not political, and he notes pointedly that Ukraine received IMF and Russian credit tranches yet still did not settle its bills. The rhetorical anchor is Russia's absolute contractual rectitude — not a single letter, comma, or full stop violated — paired with an offer of constructive, civilised, market-based dialogue.

Россия ни на одну букву, ни на одну запятую, ни на одну точку не нарушила этого контракта.

Russia has not violated this contract by a single letter, a single comma, a single full stop.

Мы готовы к конструктивному диалогу, но его надо вести... на основе цивилизованной рыночной работы.

We are ready for constructive dialogue, but it must be conducted... on the basis of civilised market work.

7. Sanctions as Counterproductive and NATO Enlargement as the Core Security Threat

Putin frames Western sanctions as both unjust and self-defeating, driven by a desire to impose on Russia an order that serves no one's genuine interests. He then names what he regards as the real heart of the crisis: the prospect of Ukraine's NATO membership and the deployment of strike systems, including in Crimea, which would push Russia out of the Black Sea region it had fought for over centuries. He lays responsibility on Western partners for facilitating an unconstitutional coup, recalling that Russia had been rebuffed when it sought to take part in the EU–Ukraine association discussions. The logic is defensive and geopolitical: sanctions punish Russia for protecting vital security interests that the West itself provoked by expanding an alliance to Russia's doorstep and excluding Russia from decisions on its own neighbourhood.

Они абсолютно контрпродуктивны, не основаны ни на справедливом отношении к существующим проблемам.

They [the sanctions] are absolutely counterproductive, not based on any fair treatment of existing problems.

Нам прямо сказали... что третья страна не должна участвовать во взаимоотношениях между Украиной и Евросоюзом.

We were told directly... that a third country should not take part in the relations between Ukraine and the EU.

8. Gratitude for India's Balanced Position

Putin turns warmly to India, thanking its leadership and people for their balanced stance in declining to support sanctions. He credits Indian partners with having weighed the full historical and political dimensions of the situation and the great value of Russian-Indian relations — an implicit contrast with Western partners who, in his account, acted on pressure rather than judgement. He pledges to honour all prior agreements across economics, humanitarian cooperation, and military-technical cooperation, and observes candidly that bilateral trade turnover remains modest relative to the colossal potential, calling for joint effort to raise it. The passage serves both to reward a friendly non-Western power publicly and to advertise Russia's reliability as a partner to the wider Global South.

Мы, конечно, благодарны индийскому руководству, индийскому народу за взвешенную позицию.

We are of course grateful to the Indian leadership and the Indian people for their balanced position.

9. No New Cold War with the United States — but Mechanisms Must Serve Real Compromise

Asked by the US agency whether the world is entering a new Cold War, Putin declines the premise, saying he would not want to think so and that no one has any interest in it. His deeper argument is about the character of cooperation: the many existing mechanisms are valuable only when genuinely used to seek compromise, not when Russia is merely permitted to sit nearby and listen. He voices particular frustration over missile defence and security architecture, where he says Russia hears only the same answer played over and over, "like something recorded on a gramophone record." He reiterates that Crimea and Ukraine constitute a red line. The message blends a rejection of Cold War framing with a pointed complaint that Washington offers dialogue in form but not in substance.

Мне бы не хотелось так думать, что это начало новой Холодной войны, в этом никто не заинтересован.

I would not want to think this is the start of a new Cold War; no one is interested in it.

Мы слышали только один ответ, как на пластинке записанный.

We heard only one answer, like something recorded on a gramophone record.

10. Crimea's Legitimacy and the Kosovo Precedent

Responding to charges of aggression and coming isolation, Putin asserts that Russia is right both in substance and in law, invoking the Kosovo precedent and the UN Charter's principle of self-determination. He stresses that more than 90% of Crimeans took part in the referendum before the legitimately elected Crimean parliament declared independence — a stronger democratic mandate, he argues, than Kosovo, where only the parliament decided. He dismisses talk of isolation as ephemeral in the face of enormous trade interdependence, contrasting roughly €440 billion in trade with Europe against some $27 billion with the United States, and claims broad sympathy among the European public. The framing is one of legal confidence and moral clarity: Russia will not be argued out of a position it regards as manifestly correct, and it refuses to call white black.

Право на нашей стороне, и никто не убедит меня в том, что... мы должны как-то менять свою позицию.

The law is on our side, and no one will convince me that... we should somehow change our position.

Не будем называть белое чёрным, а чёрное белым.

Let us not call white black and black white.

11. Rejecting the "Rebuilding the Empire" Label — Eurasian Integration

Asked by Reuters whether Russia seeks to dominate the post-Soviet space, Putin rejects the notion as a mistaken view and an instrument of information warfare. He argues that annexing Crimea was never part of Russia's plans and reminds his audience that Russia itself initiated the creation of the CIS and the independence of the former Soviet republics. He presents the soon-to-be-signed Eurasian Economic Union treaty as a purely economic project that exploits shared language, common infrastructure, and long-standing industrial cooperation — containing, he insists, nothing of empire-restoration, "nothing, zero." He criticises Brussels for refusing to engage with the new union. The rhetorical strategy is to reframe integration as pragmatic economics and to turn the "empire" charge back on its authors as deliberate propaganda.

Нам пытаются приклеить этот ярлык... что мы собираемся восстановить Империю, Советский Союз.

They are trying to stick this label on us... that we intend to restore the Empire, the Soviet Union.

Что там есть от воссоздания империи? Ничего, ноль.

What is there in it of recreating an empire — nothing, zero.

12. Relations with Japan and the Kuril Islands

Putin is careful to stress that Russia's partnership with China is directed against no one and in no way constrains ties with Japan, and he expresses readiness to develop a strategic partnership with Tokyo. On the disputed islands he reaches for the 1956 Declaration, ratified by both parliaments, under which the USSR was willing to consider transferring two islands — while noting that the terms of sovereignty were deliberately left open for negotiation. He speaks of seeking a mutually acceptable "hikiwake" (draw) compromise, in which neither side feels defeated, and acknowledges frankly that no such formula has yet been found — if he knew the final answer, the documents would already be signed. He registers regret that Japan joined the sanctions, implying that this complicates the search for a settlement.

Мы не дружим между собой против кого-то.

We are not friends with one another against someone.

Если бы я знал окончательный ответ, мы бы уже подписали все документы.

If I knew the final answer, we would already have signed all the documents.

13. The Arctic and the Peaceful, Legal Resolution of Shelf Claims

Responding to Canada's claims and criticism, Putin adopts a tone of calm openness, saying he is willing to meet any counterpart, including the Canadian prime minister, and dismissing Canada's stake in Ukraine as remote compared with Russia's own fundamental interests. On the Arctic, he insists Russia acts strictly through legal UN mechanisms, citing the international recognition of Russia's Far Eastern shelf rights and the decade-long Barents Sea delimitation compromise with Norway as the correct model to emulate. He calls for reviving the primacy of international law and for joint economic activity in the region. The Arctic thus becomes a showcase for Putin's broader thesis: that Russia is a law-abiding power seeking negotiated, rules-based outcomes, in contrast to what he presents as the arbitrary conduct of its critics.

Мы действуем абсолютно легальными способами, и там, в Арктике, будем стремиться именно к этому.

We act by absolutely legal means, and there, in the Arctic too, we will strive for exactly this.

Мы призываем к тому, чтобы возродить ведущую роль международного права.

We call for reviving the leading role of international law.