Press Conference of Sergey Lavrov and the Saudi Foreign Minister

Лавров открывает пресс-конференцию, характеризуя переговоры как содержательные и конструктивные, опирающиеся на договорённости, достигнутые на высшем уровне. Он подчёркивает позитивную динамику связей в энергетике, мирном атоме, совместных сельскохозяйственных проектах и инвестиционном взаимодействии. Отношения представлены как неуклонно растущие и всё более амбициозные: межправительственная комиссия готовит пленарное заседание осенью, в работе находится двенадцать межправительственных соглашений. Аль-Джубейр отвечает не менее тепло, называя отношения крепкими и построенными на прочной основе, и особо выделяет сотрудничество в инвестициях, торговле и координацию на рынках нефти. Акцент на всём протяжении делается на партнёрстве и практических результатах, что позиционирует оба государства как крупные державы, способные влиять на региональную стабилизацию. Экономическая повестка подаётся как конкретное содержание, лежащее в основе более широкого политического сближения.

Lavrov opens by characterising the talks as substantive and constructive, anchored in agreements reached at the highest level. He stresses the positive dynamic of ties across energy, peaceful nuclear energy, joint agricultural projects, and investment. The framing presents the relationship as steadily rising and increasingly ambitious, with the intergovernmental commission preparing a plenary session in the autumn and twelve intergovernmental agreements in the works. Al-Jubeir reciprocates warmly, describing relations as strong and built on solid foundations, and singles out cooperation in investment, trade, and coordination on oil markets. The emphasis throughout is on partnership and practical results, positioning both states as major powers with the capacity to influence regional stabilisation. The economic agenda is presented as the concrete substance underpinning a broader political convergence.

Мы провели очень содержательные конструктивные переговоры с министром иностранных дел Саудовской Аравии.

We held very substantive, constructive talks with the Foreign Minister of Saudi Arabia.

У нас гораздо более амбициозные планы... в работе находится 12 проектов межправительственных соглашений, которые безусловно продвинут наши связи.

We have far more ambitious plans... twelve intergovernmental agreement projects are being worked on, which will undoubtedly advance our ties.

Отношения с Россией являются крепкими и строятся на прочной основе.

Relations with Russia are strong and built on a solid foundation.

Оба министра излагают единую оценку террористической угрозы как прямой опасности для безопасности стран региона и в особенности для Саудовской Аравии и Российской Федерации. Лавров формулирует борьбу с международным терроризмом как первостепенный приоритет и точку полного согласия, тогда как Аль-Джубейр поднимает вопрос о сотрудничестве в противодействии экстремизму и терроризму и о шагах, необходимых для его укрепления ради безопасности граждан. Совпадение позиций по этому вопросу предъявляется как свидетельство того, что, несмотря на разногласия по другим направлениям, оба государства разделяют основополагающий интерес в сфере безопасности. Терроризм трактуется как общий враг, оправдывающий углубление координации и взаимное влияние на региональные кризисы. Именно единство оценки угрозы создаёт, по логике обоих ораторов, фундамент для дальнейшего сближения двух держав, каждая из которых обладает значительными возможностями воздействовать на урегулирование кризисных ситуаций.

Both ministers present a unified assessment of the terrorist threat as a direct danger to the security of the countries of the region and specifically to Saudi Arabia and the Russian Federation. Lavrov frames the fight against international terrorism as a first-order priority and a point of full agreement, while al-Jubeir raises cooperation against extremism and terrorism and the steps needed to strengthen it for the sake of citizens' safety. The convergence on this issue is offered as evidence that, despite differences elsewhere, the two states share a foundational security interest. Terrorism is treated as the common enemy that justifies deepened coordination and mutual influence over regional crises.

У нас единая оценка в том, что касается угрозы, которую представляет собой международный терроризм.

We have a common assessment regarding the threat posed by international terrorism.

Мы обсудили сотрудничество между двумя странами в области борьбы с экстремизмом и терроризмом, а также шаги, с помощью которых можно было бы укрепить подобное сотрудничество.

We discussed cooperation between our two countries in combating extremism and terrorism, and the steps by which such cooperation could be strengthened.

Лавров выделяет общую позицию по скорейшему преодолению застоя в палестино-израильском урегулировании и продвижению к решению на основе двухгосударственного принципа и других принципов, закреплённых в международном праве, включая Арабскую мирную инициативу, выдвинутую пятнадцать лет назад покойным королём Саудовской Аравии. Аль-Джубейр вторит важности справедливого и всеобъемлющего урегулирования и высоко оценивает роль России в поддержку палестинской проблемы, называя Россию важным элементом региональной безопасности и стабильности. Тема подчёркивает общую приверженность международно признанным параметрам и позиционирует Россию как ценного и конструктивного внешнего участника этого вопроса. Обращение к инициативе покойного короля придаёт теме преемственность и укореняет российско-саудовское взаимодействие в общем понимании основ ближневосточного урегулирования, где авторитет России в глазах саудовской стороны предстаёт как признанный и востребованный фактор регионального баланса.

Lavrov highlights a common position on overcoming the stalemate in the Palestinian-Israeli settlement, advancing toward a solution based on the two-state principle and other principles enshrined in international law, including the Arab Peace Initiative put forward fifteen years earlier by the late King of Saudi Arabia. Al-Jubeir echoes the importance of a just and comprehensive settlement and voices high appreciation for Russia's role in supporting the Palestinian cause, describing Russia as an important element of regional security and stability. The theme underscores a shared commitment to internationally recognised parameters and positions Russia as a valued and constructive external actor on the question.

Мы также выступаем с общих позиций в том, что касается скорейшего преодоления застоя в палестино-израильском урегулировании.

We also proceed from common positions regarding the earliest overcoming of the stalemate in the Palestinian-Israeli settlement.

Мы высоко ценим роль России в поддержку палестинской проблемы, считаем вашу страну важным элементом региональной безопасности и стабильности.

We highly value Russia's role in support of the Palestinian cause; we consider your country an important element of regional security and stability.

Лавров отмечает углубление стратегического диалога между Российской Федерацией и Советом сотрудничества арабских государств залива, а также обмен мнениями о мероприятиях, запланированных в рамках этого диалога на текущий год. Это представлено как институциональный трек, расширяющий двусторонние отношения до более широкой региональной рамки, увязывающий взаимодействие России с Саудовской Аравией с её взаимодействием с заливом в целом. Диалог формулируется как инструмент выработки скоординированных позиций по управлению региональными кризисами. Тем самым саудовское направление вписывается в системную работу Москвы со всей группой государств залива, что придаёт двусторонним связям дополнительное измерение и превращает их в часть более крупной архитектуры регионального взаимодействия, где Россия выступает как признанный внешний партнёр, способный вести многосторонний диалог с монархиями залива на постоянной, плановой основе.

Lavrov notes the deepening of the strategic dialogue between the Russian Federation and the Cooperation Council for the Arab States of the Gulf, and an exchange of views on the events planned within that dialogue for the year. This is presented as an institutional track that broadens the bilateral relationship into a wider regional framework, tying Russia's engagement with Saudi Arabia to its engagement with the Gulf as a whole. The dialogue is framed as a vehicle for coordinated positions on regional crisis management.

Обменялись мнениями о тех мероприятиях в рамках этого стратегического диалога, который планируется в этом году.

We exchanged views on the events planned within this strategic dialogue for this year.

Лавров выражает признательность саудовским властям за неизменное внимание, которое они уделяют российским паломникам в преддверии начинающегося совсем скоро хаджа. Стороны договорились принять дополнительные шаги, чтобы сделать пребывание и проезд паломников в Саудовскую Аравию и обратно ещё более комфортными. Тема отражает религиозное и человеческое измерение отношений, представленное как предмет искренней признательности и практического сотрудничества, служащего интересам мусульманского населения России. Этот сюжет придаёт двусторонним связям осязаемое гуманитарное наполнение: забота о паломниках подаётся не как формальность, а как конкретное направление взаимодействия, затрагивающее миллионы российских мусульман и укрепляющее доверие между двумя государствами на уровне, выходящем за пределы чистой дипломатии и экономики, что особенно ценно в отношениях с хранительницей исламских святынь.

Lavrov expresses gratitude to the Saudi authorities for the unfailing attention they devote to Russian pilgrims ahead of the imminent Hajj. The two sides agreed to take additional steps to make the stay and travel of pilgrims to and from Saudi Arabia still more comfortable. The theme reflects the religious and human dimension of the relationship, presented as a matter of genuine appreciation and practical cooperation that serves Russia's Muslim population.

Мы очень ценим внимательное отношение властей Саудовской Аравии к российским паломникам.

We greatly appreciate the attentive attitude of the Saudi authorities toward Russian pilgrims.

Согласились принять дополнительные шаги, чтобы сделать их пребывание и проезд в Саудовскую Аравию и обратно в Россию ещё более комфортными.

We agreed to take additional steps to make their stay and travel to Saudi Arabia and back to Russia even more comfortable.

Аль-Джубейр излагает принципы, которыми регулируются политические отношения с Россией: уважение суверенитета государств, невмешательство во внутренние дела, соблюдение международной законности, отказ от навязывания тех или иных ценностей другим странам и уважение других цивилизаций. Он представляет их как общую основу отношений и выражает пожелание, чтобы этими принципами руководствовались все остальные государства. Формулировка тесно смыкается с собственным российским акцентом на суверенитете и невмешательстве и предлагается как отправная точка для всей двусторонней связи. Совпадение этих ценностных оснований подаётся как глубинная причина устойчивости отношений: не конъюнктурное сближение, а разделяемое обеими сторонами понимание того, как должны строиться отношения между государствами. Такая рамка позволяет саудовской стороне представить партнёрство с Москвой как принципиальное, а не ситуативное, укоренённое в общем взгляде на международный порядок.

Al-Jubeir sets out the principles governing political relations with Russia: respect for state sovereignty, non-interference in internal affairs, observance of international legality, refusal to impose particular values on other countries, and respect for other civilisations. He presents these as the shared foundation of the relationship and expresses the wish that all other states be guided by the same principles. The formulation aligns closely with Russia's own emphasis on sovereignty and non-interference, and is offered as the starting point for the entire bilateral relationship.

Это уважение суверенитета государств, невмешательство во внутренние дела, соблюдение международной законности, отказ от навязывания тех или иных ценностей другим странам, уважение других цивилизаций.

This is respect for the sovereignty of states, non-interference in internal affairs, observance of international legality, refusal to impose particular values on other countries, respect for other civilisations.

Хотели бы, чтобы этими принципами руководствовались все остальные страны. Такова отправная точка наших отношений.

We would like all other countries to be guided by these principles. Such is the starting point of our relations.

Отвечая на вопрос саудовского телевидения, Аль-Джубейр детально описывает интенсивность контактов: преемник наследного принца Мухаммед бин Сальман неоднократно посещал Россию, множество министров ездят в обоих направлениях, недавно с визитом была председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко. Он подтверждает, что приглашение на визит короля в Москву направлено и принято, а сроки сейчас обсуждаются. Лавров добавляет, что король, принимая Матвиенко, подтвердил своё желание использовать имеющееся приглашение президента Путина посетить Россию в удобное для него время. Обмен проецирует образ отношений высокого, регулярного и многоканального взаимодействия — политического, делового и военного.

Answering Saudi television, al-Jubeir details the intensity of contacts: the deputy crown prince Mohammed bin Salman has visited Russia several times, numerous ministers travel in both directions, and Federation Council speaker Valentina Matvienko recently visited. He confirms that an invitation for the King's visit to Moscow has been extended and accepted, with dates now under discussion. Lavrov adds that the King, receiving Matvienko, confirmed his desire to make use of President Putin's standing invitation to visit Russia at a convenient time. The exchange projects a relationship of high, regular, and multi-channel engagement — political, business, and military.

Что касается визита короля, то было направлено приглашение. Это приглашение было принято, и сейчас речь идёт об обсуждении сроков.

As for the King's visit, an invitation was extended. This invitation was accepted, and now it is a matter of discussing the timing.

Он подтвердил своё желание использовать имеющееся приглашение президента Путина посетить Российскую Федерацию в удобное для него время.

He confirmed his desire to make use of President Putin's existing invitation to visit the Russian Federation at a time convenient for him.

Лавров подробно излагает механику экономического сотрудничества: сопредседатели межправительственной комиссии встречались в декабре в Москве и наметили планы по подготовке пленарного заседания осенью, включая практические проекты в инвестициях, энергетике, сельском хозяйстве и атомной энергетике. Он полностью разделяет оценку Аль-Джубейра о том, что отношения находятся на подъёме, и называет планы амбициозными. Детализация призвана продемонстрировать, что политическое тепло опирается на конкретную, институционализированную экономическую программу, а не на риторику. Перечисление конкретных отраслей и сроков служит доказательством делового наполнения партнёрства: за декларациями о дружбе стоит рабочий график, согласованные направления и институт, который ведёт эту работу планомерно. Тем самым Лавров переводит общий тезис о подъёме отношений в плоскость проверяемых, предметных обязательств, придавая двустороннему сотрудничеству вид устойчивого и долгосрочного проекта.

Lavrov elaborates on the mechanics of economic cooperation: the co-chairs of the intergovernmental commission met in December in Moscow and mapped out plans for a plenary session in the autumn, including practical projects in investment, energy, agriculture, and nuclear energy. He fully shares al-Jubeir's assessment that relations are on the rise and describes the plans as ambitious. The detail is meant to demonstrate that the political warmth rests on a concrete, institutionalised economic programme rather than rhetoric.

Сопредседатели встречались в декабре прошлого года в Москве и наметили планы по подготовке пленарного заседания где-то осенью этого года.

The co-chairs met last December in Moscow and outlined plans for preparing a plenary session sometime this autumn.

Эти планы включают рассмотрение практических проектов в сфере инвестиций, в том числе в энергетику, сельское хозяйство; есть планы и по сотрудничеству в сфере атомной энергии.

These plans include consideration of practical projects in investment, including energy and agriculture; there are also plans for cooperation in nuclear energy.

Лавров указывает на отношения между Саудовской Аравией и российскими регионами как на отдельный фактор, отмечая, что руководители Татарстана, Ингушетии и Чеченской Республики за последние месяцы посетили Саудовскую Аравию и были приняты саудовским руководством. Это измерение подчёркивает роль российских республик с преимущественно мусульманским населением как естественных мостов к Королевству, добавляя глубину и широту двусторонним отношениям за пределами дипломатии федерального уровня. Тем самым связи выстраиваются не только по линии столиц, но и через регионы, что придаёт им дополнительную прочность и человеческое, культурное, конфессиональное наполнение. Приём региональных лидеров на высоком уровне в Эр-Рияде подаётся как признак разветвлённого, многоуровневого характера партнёрства, где мусульманские субъекты Федерации выступают органичным звеном, укрепляющим общую ткань российско-саудовского взаимодействия.

Lavrov points to relations between Saudi Arabia and Russia's regions as a distinct factor, noting that the leaders of Tatarstan, Ingushetia, and the Chechen Republic have all visited Saudi Arabia in recent months and been received by the Saudi leadership. This dimension highlights the role of Russia's Muslim-majority republics as natural bridges to the Kingdom, adding depth and breadth to the bilateral relationship beyond federal-level diplomacy.

Руководители Татарстана, Ингушетии, Чеченской республики за последние месяцы посетили Саудовскую Аравию и были приняты представителями саудовского руководства.

The leaders of Tatarstan, Ingushetia, and the Chechen Republic have in recent months visited Saudi Arabia and were received by representatives of the Saudi leadership.

Журналист настаивает на вопросе, удалось ли министрам сблизить расхождения по будущему Сирии, отмечая неоднократные заявления Саудовской Аравии о том, что Асад должен уйти. Лавров отвечает, что непреодолимых разногласий нет, подчёркивая, что оба государства — члены МГПС и соавторы резолюции 2254, центральный принцип которой состоит в том, что только сирийский народ будет определять судьбу своей страны. Он отмечает предстоящую непростую работу под эгидой ООН по побуждению сирийских сторон к поиску общего знаменателя. Аль-Джубейр, напротив, прямо заявляет, что Асаду нет места в будущем Сирии, ссылаясь на цену конфликта. Лавров признаёт расхождение позиций, но выдвигает общую приверженность резолюции 2254 как главный объединяющий знаменатель.

A journalist presses on whether the two ministers bridged their differences over Syria's future, noting Saudi Arabia's repeated insistence that Assad must go. Lavrov responds that there are no insurmountable disagreements, stressing that both states are members of the ISSG and co-authors of resolution 2254, whose central principle is that only the Syrian people will determine the fate of their country. He notes the hard work ahead under UN auspices to press the Syrian sides toward common ground. Al-Jubeir, by contrast, states plainly that there is no place for Assad in Syria's future, invoking the toll of the conflict. Lavrov acknowledges the positions diverge but frames the shared commitment to 2254 as the overriding common denominator.

Я не сказал бы, что у нас есть какие-то непреодолимые разногласия по вопросу о сирийском урегулировании.

I would not say that we have any insurmountable disagreements on the question of the Syrian settlement.

Только сирийский народ будет определять судьбу своей страны.

Only the Syrian people will determine the fate of their country.

Башару Асаду нет места, и он не может играть никакую роль, потому что он несёт огромную ответственность за то, что произошло в Сирии — гибель около 500.000 сирийцев и то, что 12 миллионов сирийцев стали беженцами.

There is no place for Bashar al-Assad, and he can play no role, because he bears enormous responsibility for what happened in Syria — the death of about 500,000 Syrians and the fact that 12 million Syrians became refugees.

Лавров подчёркивает, что Саудовская Аравия сегодня подтвердила свою позитивную оценку астанинского процесса, который позволил достичь соглашения о прекращении огня и сейчас работает над обеспечением его соблюдения и над выработкой механизмов реагирования на нарушения. Он утверждает, что запуск процесса на площадке Астаны в значительной, если не в решающей степени, послужил стимулом и для возобновления женевских переговоров, и что эти два процесса следует развивать скоординированно. Такая подача представляет Астану как практический вклад России в деэскалацию и как дополняющий, а не подменяющий женевский трек под эгидой ООН. Лавров тем самым закрепляет за российской инициативой роль катализатора: именно она, по его логике, сдвинула застопорившуюся дипломатию с мёртвой точки. Скоординированное развитие двух треков подаётся как оптимальная модель, в которой военно-техническая стабилизация и политический процесс взаимно усиливают друг друга.

Lavrov underscores that Saudi Arabia today confirmed its positive assessment of the Astana process, which enabled the ceasefire agreement and now works to ensure its observance and to develop mechanisms for responding to violations. He argues that launching the process on the Astana platform served in decisive measure as the stimulus for resuming the Geneva talks, and that the two processes should be developed in a coordinated way. The framing presents Astana as Russia's practical contribution to de-escalation and as complementary to, not a substitute for, the UN-led Geneva track.

Инициатива запустить процесс на площадке Астаны в значительной, если не в решающей степени, послужила стимулом и для возобновления женевских переговоров.

The initiative to launch the process on the Astana platform served to a significant, if not decisive, degree as a stimulus for resuming the Geneva talks as well.

Эти два процесса мы хотим развивать в скоординированной [манере].

We want to develop these two processes in a coordinated manner.

На вопрос о том, какую роль Саудовская Аравия могла бы сыграть в укреплении шаткого режима прекращения огня и обсуждалось ли её участие в предстоящем раунде в Астане, Аль-Джубейр объясняет, что Эр-Рияд работает с оппозицией для консолидации перемирия и открытия гуманитарного доступа — всё это ради запуска политического процесса на основе Женевы-1 и резолюции 2254. Он отмечает, что астанинский процесс сосредоточен на техническом механизме прекращения огня и контроле за его соблюдением, и что Саудовская Аравия не хотела бы расширять число участников, поскольку это могло бы снизить эффективность процесса. Приоритетом, подчёркивает он, должно быть движение к серьёзным переговорам в женевском формате.

Asked what role Saudi Arabia could play in strengthening the fragile ceasefire and whether its participation in the next Astana round was discussed, al-Jubeir explains that Riyadh works with the opposition to consolidate the truce and open humanitarian access, all to launch the political process on the basis of Geneva-1 and resolution 2254. He notes that the Astana process concentrates on the technical mechanism of the ceasefire and its monitoring, and that Saudi Arabia would not wish to expand the number of participants, since that could reduce the process's effectiveness. Priority, he stresses, must be movement toward serious Geneva-format negotiations.

Астанинский процесс концентрируется на механизме достижения ПБД и контроля за его соблюдением, то есть здесь речь идёт по большей части о переговорах технического характера.

The Astana process concentrates on the mechanism for achieving the cessation of hostilities and monitoring its observance — that is, this is largely a matter of technical negotiations.

Саудовская Аравия не хотела бы расширять число участников этого процесса, так как это может привести к снижению его эффективности.

Saudi Arabia would not wish to expand the number of participants in this process, as this could lead to a reduction in its effectiveness.

Журналист телеканала «Аль-Араби» поднимает обвинения в том, что иранские силы и бойцы «Хизбаллы» меняют демографию Сирии, и спрашивает об их выводе. Аль-Джубейр отвечает, что КСИР и «Хизбалла» внесены в саудовский террористический список, что им нет места ни в Сирии, ни где-либо ещё, и что Эр-Рияд стремится положить конец влиянию и вмешательству Ирана в дела региона. Что касается описываемых как этнические чистки эвакуационных договорённостей, он представляет их как соглашения между правительством и оппозицией, призванные избежать большего числа жертв. Лавров прямо заявляет, что Россия не считает «Хизбаллу» террористической организацией, что Иран, «Хизбалла» и воздушно-космические силы России находятся в Сирии по приглашению легитимного правительства, а Иран — наряду с Турцией и Россией — является одним из трёх гарантов режима прекращения огня, роль которого имеет важнейшее значение на нынешнем этапе.

A journalist from Al-Arabi raises accusations that Iranian forces and Hezbollah fighters are altering Syria's demography, and asks about their withdrawal. Al-Jubeir replies that the IRGC and Hezbollah are on Saudi Arabia's terrorist list, that they have no place in Syria or anywhere else, and that Riyadh wishes to end Iran's influence and interference in the region. On evacuation arrangements described as ethnic cleansing, he frames them as agreements between the government and opposition intended to avoid greater casualties. Lavrov states plainly that Russia does not consider Hezbollah a terrorist organisation, that Iran, Hezbollah, and the Russian Aerospace Forces are all in Syria at the invitation of the legitimate government, and that Iran — alongside Turkey and Russia — is one of the three guarantors of the ceasefire, a role of paramount importance at the current stage.

Мы не считаем Хезболлу террористической организацией, исходим из того, что и те, и другие, как и воздушно-космические силы России, находятся в Сирии по приглашению легитимного правительства.

We do not consider Hezbollah a terrorist organisation; we proceed from the fact that both they and, like them, Russia's Aerospace Forces are in Syria at the invitation of the legitimate government.

Иран, наряду с Турцией и Россией, является одним из трёх гарантов соблюдения режима прекращения огня, что имеет важнейшее значение на нынешнем этапе.

Iran, together with Turkey and Russia, is one of the three guarantors of the ceasefire regime, which is of paramount importance at the present stage.

Для урегулирования нужны все внешние игроки, которые на эти стороны оказывают влияние, за исключением, конечно же, террористических организаций, признанных таковыми Советом Безопасности.

For a settlement, all external players that have influence over these sides are needed — except, of course, terrorist organisations recognised as such by the Security Council.

Заключительный и наиболее развёрнутый обмен касается подозрений, что некоторые стороны хотят отойти от резолюции 2254 и свернуть политический трек под предлогом предполагаемого применения правительством химического оружия. Лавров настаивает, что подобные попытки не могут увенчаться успехом и что 2254 остаётся авторитетной основой урегулирования. Он заявляет, что Россия поддерживает полномасштабное, объективное, беспристрастное и транспарентное расследование для установления автора преступления прежде, чем будет определено наказание, и напоминает, что Россия внесла проект решения в ОЗХО, призывавший провести расследование в строгом соответствии с мандатом Миссии по установлению фактов. Аль-Джубейр, напротив, доказывает, что апрельский удар США был сбалансированным шагом для наказания сирийских властей, которые несут ответственность после присоединения в 2014 году к соглашению о химическом разоружении, — при этом также поддерживая полное расследование для установления виновного до наказания.

The final and most extensive exchange concerns suspicions that some parties wish to abandon resolution 2254 and derail the political track under the pretext of the government's alleged use of chemical weapons. Lavrov insists that no such attempts can succeed and that 2254 remains the authoritative basis for settlement. He states that Russia supports a full-scale, objective, impartial, and transparent investigation to establish the author of the crime before any punishment is determined, and recalls that Russia tabled a draft decision at the OPCW calling for an inquiry in strict accordance with the mandate of the Fact-Finding Mission. Al-Jubeir, by contrast, argues that the April strike by the United States was a balanced step to punish the Syrian authorities, who bear responsibility following their 2014 accession to the chemical-disarmament agreement — while also endorsing a full investigation to establish the perpetrator before punishment.

Мы предложили соответствующий проект решения в Организации по запрещению химического оружия, который призывал к проведению расследования в строгом соответствии с мандатом действующей при этой организации Миссии по установлению фактов.

We proposed a corresponding draft decision at the Organisation for the Prohibition of Chemical Weapons, which called for conducting the investigation in strict accordance with the mandate of the Fact-Finding Mission operating within that organisation.

Нас обвиняют в том, что, выдвигая проект решения о необходимости объективного, беспристрастного и транспарентного расследования, мы как бы отходим от своей собственной позиции... но мы голосовали за механизм, который будет сбалансированным.

We are accused of departing from our own position by putting forward a draft decision on the need for an objective, impartial, and transparent investigation... but we voted for a mechanism that would be balanced.

Лавров уделяет пространное внимание процедурным возражениям, ставя под вопрос то, что оба подразделения Миссии по установлению фактов возглавляются подданными британской короны, что, по его словам, противоречит принципу широкого географического представительства, заложенному в мандате. Он напоминает о закономерности, при которой миссия затягивает расследование подозрений в применении химических веществ, но действует быстро по обвинениям в адрес правительства. Он отвергает предложение принять на доверии американские заверения о поимённом списке ответственных сирийских должностных лиц, ссылаясь на максиму Рейгана и героя Шварценеггера — «доверяй, но проверяй». Он поднимает оставшиеся без ответа вопросы о том, кто, когда, где и при какой цепочке сохранности брал пробы, анализируемые в Лондоне и Париже, и заявляет, что утверждения, будто департамент ООН счёл место слишком опасным для инспекции, при проверке оказались лживыми, поскольку сирийское правительство гарантировало безопасность инспекторов.

Lavrov devotes lengthy attention to procedural objections, questioning that both subdivisions of the Fact-Finding Mission are headed by subjects of the British Crown, which he says contradicts the mandate's principle of broad geographical representation. He recalls a pattern in which the mission delays inquiries into suspicions of chemical use but moves swiftly on accusations against the government. He rejects being asked to accept, on confidence, American assurances of a named list of Syrian officials responsible, invoking the maxim of Reagan and the Schwarzenegger character — "trust but verify." He raises unanswered questions about who took the samples analysed in London and Paris, when, where, and under what chain of custody, and states that claims a UN department deemed the site too dangerous to inspect proved, on checking, to be false, since the Syrian government has guaranteed the inspectors' safety.

Два подразделения этой Миссии по установлению фактов, и всего два, и оба возглавляют подданные британской короны — это, в общем-то, расходится с тем принципом... который заключён в мандате этой миссии.

Both subdivisions of this Fact-Finding Mission — and there are only two — are headed by subjects of the British Crown, which, in general, is at odds with the principle enshrined in the mission's mandate.

Мы не можем действовать по принципу, который герой Шварценеггера обозначил словами 'Trust me' — принцип, который Рональд Рейган сформулировал и который также требует доверять, но проверять.

We cannot act on the principle that Schwarzenegger's character expressed with the words 'Trust me' — the principle that Ronald Reagan formulated, which also requires trusting, but verifying.

Соответствующий департамент секретариата ООН изложил нам позицию, которая означает, что препятствий для организации поездок инспекторов... не существует. Кроме того, сирийское правительство уже официально гарантировало безопасность.

The relevant department of the UN secretariat set out to us a position which means that there are no obstacles to organising the inspectors' trips... Moreover, the Syrian government has already officially guaranteed safety.