Sergey Lavrov Interview with RTVi

Лавров соглашается на первое в истории RTVi интервью с главой МИД РФ в формате, сочетающем вопросы журналиста и отобранные обращения зрителей. Это сигнал открытости к диаспоре и широкой аудитории за рубежом; тон задаётся для последующего часового разговора о Корее, России и США, правах человека, Сирии и Грузии.

Lavrov agrees to RTVi's first-ever interview with Russia's foreign minister, in a format combining journalist questions with a large volume of viewer submissions. The setup signals openness to diaspora and Russian-speaking audiences abroad while framing the conversation as a direct channel between the MFA and public concerns. Lavrov accepts the premise without reservation, setting a conversational tone for a wide-ranging 61-minute exchange spanning Korea, Russia–US relations, human rights, Syria and Georgia.

это впервые за все годы существования компании что для нас особенно важно

this is the first time in the company's history, which is especially important for us

пришло огромное количество вопросов мы постарались отобрать лучшие самые интересные

a huge number of questions arrived and we tried to select the best and most interesting ones

На вопрос об отсрочке испытаний межконтинентальных баллистических ракет США во избежание провокации КНДР Лавров приветствует любые меры, снижающие демонстрацию военной мощи. Решение Пентагона, по его пониманию одобренное Обамой, должно побудить все стороны не накручивать конфронтацию дальше.

Asked about Washington's decision to postpone intercontinental ballistic missile tests so as not to provoke North Korea, Lavrov welcomes any step that reduces military demonstrations. He treats the Pentagon's move, reportedly approved by President Obama, as a positive signal that all sides should build on rather than merely applaud. The broader point is that de-escalation requires reciprocity: if one party restrains provocative actions, others should avoid further ratcheting confrontation and emotions.

Лавров недвусмысленно заявляет: когда государство — член ООН, КНДР — открыто и вызывающе нарушает резолюции Совета Безопасности ядерными и ракетными испытаниями, это неприемлемо. Россия неоднократно высказывалась вместе с другими членами СБ ООН, не преуменьшая серьёзности угрозы.

Lavrov states unequivocally that when a UN member — the DPRK — openly and provocatively violates Security Council resolutions through nuclear and missile tests, that is unacceptable. Russia has spoken together with other Council members on this, including after the latest tests. Moscow does not minimise the gravity: nuclear explosions and rocket launches are no joke. The position combines condemnation of unlawful tests with insistence that the overall crisis must be resolved through diplomacy, not further escalation.

безусловно неприемлемо когда государство в данном случае корейская народно-демократическая республика член организации Объединённых Наций откровенно вызывающе нарушает резолюцию совета безопасности

it is absolutely unacceptable when a state — in this case the DPRK, a UN member — openly and provocatively violates Security Council resolutions

ядерные взрывы запуски ракет Это не шутки

nuclear explosions and missile launches are no joke

Помимо осуждения испытаний Лавров подчёркивает, что подстрекательская риторика играет не менее вредную роль. Взаимные обвинения и угрозы могут загнать стороны в угол, когда общественное мнение потребует действий. Россия последовательно добивается успокоения ситуации.

Beyond condemning tests, Lavrov stresses that inflammatory rhetoric plays an equally harmful role. Mutual accusations, threats and warnings can reach a point where leaders box themselves in and feel compelled to act to satisfy public opinion. Russia therefore persistently seeks to calm the situation. The message to all parties is that words can trigger irreversible action as surely as weapons; responsible states must lower the verbal temperature even while addressing substantive violations.

Мы убеждены что и так ситуация очень серьёзная потому что ядерные взрывы запуски ракет Это не шутки но риторика играет не менее вредную роль

We are convinced the situation is already very serious because nuclear explosions and missile launches are no joke, but rhetoric plays an equally harmful role

в какой-то момент взаимные обвинения взаимные угрозы взаимные предупреждения могут достичь того момента когда уже люди сами себя загонят в угол

at some point mutual accusations, threats and warnings can reach the point where people box themselves in

Лавров считает, что ситуация свалилась «в обочину» и её нужно вывести на дорогу, ведущую к возобновлению шестисторонних переговоров, прежде всего методом тихой непубличной дипломатии. Силовые методы и угрозы неприемлемы; меры предпринимаются, исход пока неясен.

Lavrov argues the Korean crisis has veered off the road and must be returned to the diplomatic track leading to resumption of six-party talks. The preferred method is quiet, non-public diplomacy rather than megaphone diplomacy. Russia is actively engaged in this effort, though outcomes remain uncertain. Lavrov repeats that force, threats and cornering Pyongyang are the wrong tools; calming the situation is the imperative, with measures underway whose results cannot yet be predicted.

постараться методом дипломатии скорее всего это должна быть тихая не публичная дипломатия вывести ситуацию из этой вот обочины

to try through diplomacy — most likely quiet, non-public diplomacy — to bring the situation back from this ditch

здесь нужно действовать не силовыми методами не угрозами а успокоением ситуации

here one must act not by forceful methods or threats but by calming the situation

Москва работает с Пхеньяном, тесно координируя действия с Китаем, США, Японией и Республикой Корея — со всеми участниками шестисторонних переговоров. Лавров предостерегает против нагнетания риторики с одной стороны и загоняния КНДР в угол — с другой.

Moscow works with Pyongyang while closely coordinating with China, the United States, Japan and the Republic of Korea — all six-party participants. Lavrov presents Russia as a central diplomatic hub rather than a passive observer. He hopes self-assertion will not manifest in heated rhetoric or unlawful actions on one side, while the other side does not corner the DPRK in a bid to prove it can call everyone to order. The six-party framework remains Russia's institutional anchor for any settlement.

Мы работаем и с Пхеньяна само собой разумеется тесно координируя наши действия с китайскими соседями с американцами работаем с японцами с республикой Корея

We work with Pyongyang while closely coordinating our actions with our Chinese neighbours, the Americans, the Japanese and the Republic of Korea

со всеми участниками шестисторонних переговоров

with all participants in the six-party talks

Зритель Дмитрий Петько спрашивает, не должна ли Россия решительнее выступить на стороне Северной Кореи для предотвращения войны. Лавров отвергает логику выбора сторон; Москва выступает за мирное урегулирование, а не за экзотическую солидарность ради аплодисментов.

Viewer Dmitry Petko asks whether Russia should take a more decisive stand on North Korea's side to prevent war. Lavrov rejects the premise of choosing sides. He acknowledges many viewers sympathise with a surrounded North Korea, but insists Moscow's role is mediation for peaceful settlement, not endorsement of any party's military posture. Emotional calls for exotic solidarity, he suggests, should yield to serious search for settlement on all fronts.

В ответ на аргумент об «окружении» КНДР Лавров указывает на массированные учения США, Японии и Южной Кореи — они не помогают и безрассудны. Москва об этом говорила американцам, японцам и южнокорейцам.

Responding to viewers who cite North Korea's encirclement, Lavrov counters that massive US, Japanese and South Korean exercises — naval, land and air — are equally unhelpful and reckless. Russia has raised this directly with Washington, Tokyo and Seoul. Lavrov characterises calls for Russia to cheer a besieged Pyongyang as a desire to win applause from part of the audience through an exotic stance, which must give way to genuine crisis management.

её окружают проводят учения военные причём такие массированные и военно-морские и сухопутные и воздушные и эти учения действительно не помогают

it is surrounded; military exercises are conducted — massive ones, naval, land and air — and these exercises really do not help

Но это безрассудный путь

But this is a reckless path

На вопрос о разочаровании в Обаме Лавров признаёт: всегда хочется большего, но Москва опирается на факты, а не на эмоции. Значимые достижения первого срока сосуществуют с нерешёнными раздражителями, прежде всего ПРО.

Turning to bilateral ties, Lavrov acknowledges widespread disappointment that hopes for a reset under Obama have not fully materialised. He admits one always wants more in any relationship with promising joint projects, but insists Moscow relies on facts, not emotions. The framing prepares a balanced account: significant achievements in Obama's first term coexist with unresolved irritants, especially missile defence, rather than a simple narrative of failure.

Лавров отмечает значимые результаты первой «четырёхлетки» Обамы, прежде всего Договор о стратегических наступательных вооружениях, который обе стороны подтверждают как успешно выполняемый.

Lavrov credits President Obama's first four-year term with substantial useful results, foremost the New START treaty on strategic offensive arms, which both sides confirm is being successfully implemented to mutual satisfaction. This is presented as proof that Russia–US cooperation on core security issues remains possible despite political noise. The treaty anchors Lavrov's argument that the relationship has a solid foundation worth preserving and building upon.

у нас за первую четырёхлетку президент Обамы немало достигнуто полезного

during President Obama's first four-year term we achieved a great deal of useful things

договор о стратегических наступательных вооружения который успешно выполняется обе стороны это подтверждают и выражают по этому поводу удовлетворение

the treaty on strategic offensive arms is being successfully implemented; both sides confirm this and express satisfaction

Среди достижений — соглашение о сотрудничестве в мирном использовании атомной энергии: выгодно и с точки зрения нераспространения, и экономически для Москвы и Вашингтона.

Among first-term gains, Lavrov cites the agreement on cooperation in the peaceful uses of nuclear energy now in force. He presents it as beneficial for non-proliferation controls and for the economic interests of both Russia and the United States. The point illustrates that commercial-technical cooperation continued even as strategic disagreements persisted, reinforcing Lavrov's case against letting a single issue — missile defence — define the entire relationship.

мы ввели в действие соглашение о сотрудничестве в мирном использовании атомной энергии

we brought into force an agreement on cooperation in the peaceful use of nuclear energy

с точки зрения нераспространения технологий опасных и с точки зрения экономических интересов России и Соединённых Штатов весьма выгодно

from the standpoint of non-proliferation of dangerous technologies and from the standpoint of the economic interests of Russia and the United States it is very beneficial

Лавров перечисляет облегчение визового режима: многократные визы на три года для бизнеса и туризма. Путин ещё два года назад предлагал двигаться к отмене виз — Москва не видит причин против.

Lavrov lists visa-facilitation measures among bilateral successes: businessmen and tourists can now obtain multi-entry visas for three years with shortened processing times. He notes Vladimir Putin proposed two years earlier going beyond visa easing toward full visa abolition, and Russia sees no reason why this should not happen. Cultural exchanges and other humanitarian tracks are mentioned alongside, as part of a wider normalisation agenda that political disputes should not block.

соглашение об облегчении визового режима теперь бизнесмены и туристы могут получать многократные визы на три года

an agreement on visa facilitation: businessmen and tourists can now obtain multiple-entry visas for three years

мы не ограничивались просто послабления в визовом режиме а вообще двигались к отмене виз

we did not limit ourselves to easing the visa regime but in general moved toward abolishing visas

ПРО остаётся главным нерешённым вопросом: система развёртывается глобально вблизи российских границ. Отсрочка четвёртой фазы на ~10 лет не снимает рисков для стратегических ядерных сил России.

Missile defence remains the chief unresolved irritant. Lavrov notes the system is being deployed globally near Russian borders, not only in Europe. Even postponement of the fourth European phase for roughly ten years, he argues, leaves a new configuration within the US global BMD architecture that continues to pose risks to Russia's strategic nuclear forces. Moscow watches all US statements carefully and is not reassured by partial adjustments.

у нас сохраняются раздражители противоракетной обороны это один из очевидных случаев

irritants remain in missile defence — this is one of the obvious cases

всё равно новая конфигурация остаётся в рамках глобальной системы противоракетной обороны Соединённых Штатов Америки

nevertheless the new configuration remains within the US global missile defence system

Лавров предостерегает от иллюзии, что европейский сегмент НАТО отделён от глобальной американской ПРО. Никого не должно вводить в заблуждение: это та же американская противоракетная оборона.

Lavrov warns against the illusion that a European NATO missile-defence segment is somehow distinct from the American global system. Regardless of labelling, it remains US missile defence. Russia therefore does not accept assurances that European deployments are a separate, benign project. Partners who claim they have already designed the scheme without needing Russian input reinforce Moscow's demand for legally binding, verifiable guarantees rather than political rhetoric.

никого не должно вводить в заблуждение что есть теперь европейская ПРО под зонтиком НАТО это всё та же американская противоракетной обороны

no one should be misled that there is now a European BMD under the NATO umbrella — it is still the same American missile defence

наши партнёры сказали что они уже сами всё придумали и как бы наш интеллектуальный вклад не требуется

our partners said they had already thought everything through and our intellectual input was not needed

Из-за невыполненных устных заверений Россия настаивает на юридически обязывающих гарантиях ненаправленности ПРО и согласованном перечне критериев верификации.

Because oral assurances have repeatedly failed, Russia now insists on legally binding guarantees that US missile defence is not directed against Russian strategic forces, plus an agreed list of verification criteria. Lavrov explains the shift from political promises to treaty language is a direct consequence of experience. Without criteria to prove compliance, declarations of non-direction are meaningless; development of global US BMD must remain within the originally declared goal of countering threats from outside the Euro-Atlantic region.

нам нужны будут юридические гарантии

we will need legal guarantees

нам нужен согласованный перечень критериев которые позволяли бы проверить что эти гарантии выполняются

we need an agreed list of criteria that would allow verification that these guarantees are being honoured

Лавров напоминает клятвенные обещания не расширять НАТО на восток и не размещать существенные боевые силы на территории новых членов — оба нарушены. Отсюда требование договоров вместо политических заверений.

Lavrov recounts solemn high-level promises when the Warsaw Pact dissolved and Soviet troops withdrew from Europe: NATO would not expand eastward. When expansion proceeded anyway, new assurances were given that substantial combat forces would not be stationed on new members' territory — also violated. This history underpins Russia's refusal to accept further political assurances on missile defence without treaties, and explains deep mistrust toward NATO's European security agenda.

нам было обещано клятвенно на высшем уровне что НАТО не будет распространяться на восток

we were solemnly promised at the highest level that NATO would not expand eastward

вот обещали не сделали записали на бумаге не сделали теперь в следующий раз уже мы будем настаивать на юридически обязывающих гарантиях

they promised and did not deliver, wrote it on paper and did not deliver; next time we will insist on legally binding guarantees

С 2008 года Россия предлагает договор о европейской безопасности, юридически закрепляющий принцип неделимости безопасности. Это конструктивная альтернатива одностороннему развёртыванию ПРО.

Russia has since 2008 proposed a European security treaty to make the principle of indivisible security legally binding — so that no state strengthens its security at others' expense. Lavrov presents this as a constructive alternative to unilateral BMD deployment. Western partners have not engaged substantively; the initiative remains on the table as Russia's preferred framework for rebuilding trust in the Euro-Atlantic space on the basis of equal security for all.

в 2008 году выдвинули инициативу подписать договор о европейской безопасности

in 2008 we put forward an initiative to sign a European security treaty

★ Indivisible security смысл которого заключался бы в том чтобы сделать юридически обязательным принцип неделимости безопасности

the meaning of which would be to make the principle of indivisible security legally binding

Лавров трактует Акт Магнитского как замену устаревшей поправки Джексона-Вэника новым антироссийским инструментом по мере вступления России в ВТО. Гибель Магнитского в СИЗО — трагедия, но закон политически мотивирован.

Lavrov characterises the Magnitsky Act as replacing the anachronistic Jackson-Vanik amendment — originally aimed at Soviet Jewish emigration — with a new anti-Russian instrument. He sees a deliberate desire to swap an anti-Soviet law for an anti-Russian one as WTO accession neared. The death of Sergei Magnitsky in custody is acknowledged as a tragedy, but Lavrov rejects the Act's premise as politically driven rather than a good-faith human-rights mechanism.

желание заменить антисоветский закон на антироссийский

the desire to replace an anti-Soviet law with an anti-Russian one

поправка Джексона-Вэника была таким анахронизмом её же принимали с тем чтобы наказать Советский Союз за препятствование иммиграции евреев

the Jackson-Vanik amendment was such an anachronism; it was adopted to punish the Soviet Union for obstructing Jewish emigration

Лавров связывает законопроект с лоббизмом Уильяма Браудера, нажившего, по его словам, незаконным путём большое состояние в РФ. Магнитский работал против интересов Браудера; его смерть стала поводом для антироссийского закона.

Lavrov attributes the Magnitsky legislation in significant part to lobbying by William Browder, who amassed a large fortune in Russia by unlawful means, in Lavrov's characterisation. Magnitsky worked against Browder's interests; his death became the narrative hook for US legislation. The foreign minister frames the Act as the product of a specific commercial-political vendetta exported into interstate relations, not an impartial rule-of-law response.

предпринято не без воздействия господина Браудера который сколотил себе незаконным путём большое состояние в Российской Федерации

it was undertaken not without the influence of Mr Browder, who amassed a large fortune in the Russian Federation by unlawful means

несчастный Сергей Магнитский работал против Браудера

the unfortunate Sergei Magnitsky worked against Browder

На саммите G20 в Лос-Кабосе Обама сказал Путину, что не сможет не подписать акт из-за давления Конгресса. Конгресс продавил вариант жёстче, чем изначально предлагал сенатор Кардин — русофобия и желание насолить президенту.

Lavrov reports that at the Los Cabos G20 summit in June 2012 Obama told Putin he could not refuse to sign Magnitsky because Congress would pressure him — especially given the need to repeal Jackson-Vanik for Russia's WTO entry. Congress then pushed through a tougher version than Senator Cardin originally proposed. Lavrov detects Russophobia traditionally present on Capitol Hill combined with a desire to spite a president who prioritised Russia in foreign policy.

Обама сказал что я не смогу этого не сделать меня надо мной будут давить обстоятельства

Obama said I will not be able not to do this — circumstances will press down on me

конгресс вот буквально продавил причём более жёсткий вариант чем тот который сенатор Кардин изначально предлагал

Congress literally pushed through a tougher version than the one Senator Cardin originally proposed

Закон Димы Яковлева предшествовала острая общественная дискуссия. Лавров представляет его симметричным ответом на Магнитского, сформированным волной общества после трагических случаев с усыновлёнными детьми в США.

The Dima Yakovlev Law banning US adoptions was preceded by intense public debate when the bill was amended. Lavrov presents it as a symmetric, society-driven response to Magnitsky rather than a spontaneous Kremlin whim. Two logics clashed: helping orphans find families abroad versus protecting Russian children from documented harm in US adoptive homes. The final law reflected popular demand after tragic cases became public, even if the emotional politics spoiled part of its reception.

что касается содержания закона Димы Яковлева была очень острая дискуссия в обществе

as for the content of the Dima Yakovlev Law, there was a very sharp public debate

дискуссия опиралась в общем-то на две логики

the debate rested in general on two logics

Лавров приводит подтверждённые случаи гибели, насилия и «обратной посылки» усыновлённых из РФ — несколько десятков, реальное число, вероятно, выше. Это аргумент защиты детей, а не только ответа на Магнитского.

Lavrov cites confirmed cases — numbering several dozen — of Russian adoptees killed, abused, abandoned or sent back alone from the US, with the true total likely higher given 1990s adoption routes and American renaming of children in documents. He contrasts this with broader problems in US domestic adoptions once scandals surfaced. The argument underpins the Dima Yakovlev Law as child-protection policy, not mere retaliation, though Lavrov admits the political context spoiled public perception.

те которые пострадали были убиты изнасилованы изучены или просто как посылка отправлены обратно домой их число не более там нескольких десятков

those who suffered — were killed, raped, abused or simply sent back home like a parcel — number no more than several dozen

когда ребёнка России усыновляют ему как правило дают американское имя и во всех документах он проходит под фамилией которые ему дали американские приёмные родители

when a Russian child is adopted they are usually given an American name and in all documents appear under the surname given by American adoptive parents

Россия открыта к диалогу по правам человека, если партнёры искренне хотят помочь демократическому развитию, но отвергает критику ради внутренней политики на Западе.

Lavrov repeats Russia's openness to human-rights dialogue when partners genuinely wish to help democratic development. He rejects criticism deployed for domestic political gain in Western countries. The standard is reciprocity and sincerity: discuss Russia's issues if willing to hear counter-questions about Western practices. Without that, human-rights talk becomes a one-way propaganda tool rather than cooperation.

если есть искреннее желание помочь нам в демократическом развитии мы готовы к диалогу

if there is a sincere desire to help us in democratic development we are ready for dialogue

Давайте тогда быть готовыми и на встречные вопросы отвечать

then let us also be ready to answer counter-questions

Лавров указывает на Гуантанамо без суда и следствия, Абу-Грейб и секретные тюрьмы ЦРУ как примеры двойных стандартов Запада в вопросах прав человека и верховенства права.

Challenging Western moral authority, Lavrov cites Guantanamo detainees held without trial for years, abuses at Abu Ghraib and CIA secret prisons. He notes a Russian citizen remains in Guantanamo without due process for roughly a decade. These examples are deployed to show double standards: partners lecture Moscow on rule of law while tolerating grave violations at home and in allied operations abroad.

гражданина который остаётся в Гуантанамо без суда и следствия уже наверное лет 10

a citizen who remains in Guantanamo without trial or investigation for probably 10 years already

когда нам наши партнёры говорят про верховенство права мы говорим безусловно но давайте также твёрдо выскажемся в пользу верховенства права не только внутри государств но и на международной арене

when our partners speak of rule of law we say certainly, but let us also firmly speak in favour of rule of law not only inside states but on the international stage

Лавров добавляет Таиланд (вывоз в нарушение местных законов) и Колумбию (дела с участием американских агентов и кокаиновой мафии). Ни одна система не безупречна; обвинения должны опираться на доказуемость в суде.

Lavrov adds Thailand, where Russians were removed in violation of local law with cases now pending, and Colombia, where US agents' involvement with drug-cartel-linked groups produced judicial outcomes Russia questions. The pattern argument is that no legal system is flawless; Russia's partners should not pose as arbiters. Documented proof in court, Lavrov insists, must be the baseline for human-rights accusations.

вывезли из Таиланда в нарушении тайских законов и сейчас там возбуждено дело

they were taken out of Thailand in violation of Thai laws and a case has now been opened

с американской системой правосудия тоже можно о ней можно много говорить

one can also say a great deal about the American justice system

По Навальному Лавров не берёт на себя функции судьи: при обвинениях в экономических нарушениях их нужно расследовать — блогер человек или нет. Оппозиционный статус не даёт иммунитета.

On viewer questions about blogger Alexei Navalny, Lavrov refuses to prejudge an ongoing criminal case for economic violations. Everyone must be equal before the law — blogger or not. He rejects the notion that opposition status grants immunity or extra rights. Emotional declarations that the case is fabricated would, he warns, destroy the legal order if applied selectively. Judicial process must run its course without diplomatic pre-emption.

Лавров приводит Нидерланды: партия педофилов и партия за запрет женщинам занимать госдолжности в парламенте. Голландское общество вправе выбирать нормы, но у России свои традиции — нужен взаимный диалог.

To illustrate Western moral diversity, Lavrov cites the Netherlands, where a pedophile party sought legalisation and a party advocating a ban on women holding public office sits in parliament; past governments relied on such factions. An appeal was filed to lift the ban on the pedophile party. Lavrov stresses Dutch society may choose its norms, but Russia has its own traditions — and partners should accept reciprocal questioning rather than one-way lectures.

это ребята педофилы их главная цель доказывать правовую и социальную приемлемость педофилии

these are pedophiles; their main goal is to prove the legal and social acceptability of pedophilia

у нас тоже есть какие-то свои традиции

we too have our own traditions

На вопрос о демократии Лавров отвечает утвердительно: читайте газеты, смотрите ТВ, особенно интернет. Российское общество само определяет свои стандарты — как и любое другое.

Asked whether Russia is a democracy, Lavrov answers affirmatively: read Russian newspapers, watch television, especially the internet. He rejects external verdicts that ignore Russia's own political life. The exchange caps the human-rights segment by asserting moral parity — Russia will discuss democracy with partners who accept that Russian society defines its own standards, as Dutch society does.

вы считаете в России есть демократия Я считаю есть демократия почитайте наши газеты посмотрите наши телевизоры

do you think there is democracy in Russia? I think there is democracy — read our newspapers, watch our television

особенно газета конечно но не говоря уже про интернет

the newspaper especially of course, not to mention the internet

Первая реакция СБ ООН на Сирию — август 2011, по российской инициативе: единогласное заявление председателя с требованием прекратить стрельбу и решать проблемы политически.

Lavrov recalls that the very first Security Council reaction to Syria came in August 2011 on Russia's initiative — a unanimous presidential statement demanding both sides stop shooting and resolve grievances politically. This is his anchor for the claim that Moscow sought de-escalation from the outset, not regime-change sponsorship. Any narrative ignoring this first step, he implies, misrepresents Russia's chronology and intentions.

самая первая реакция совета безопасности на происходящее в Сирии состоялась в августе 2011 года по российской инициативе

the very first reaction of the Security Council to events in Syria took place in August 2011 on Russia's initiative

единогласно в котором содержалось требование к обеим сторонам прекратить стрелять друг друга

unanimously, requiring both sides to stop shooting at each other

В ноябре 2011 ЛАГ приняла план направить наблюдателей в Сирию. Дамаск согласился — региональная попытка установить факты, позже подорванная исключением Сирии из заседаний ЛАГ.

In November 2011 the Arab League adopted a plan to send observers to Syria to establish facts on the ground. Damascus agreed; the mission was part of a regional effort to verify who was responsible rather than rely on one-sided media narratives. Lavrov contrasts this with later moves excluding Syria from League meetings, presenting early Arab engagement as squandered by subsequent regime-change alignment.

ноябрь 2011 года лига арабских государств принимает план согласно которому хочет направить наблюдателей в Сирию

in November 2011 the Arab League adopted a plan to send observers to Syria

смотреть что там происходит на самом деле кто прав кто виноват

to see what is really happening there, who is right and who is guilty

Женевская встреча и коммюнике (2012): все внешние игроки должны послать одинаковый сильный сигнал прекратить огонь. Лавров убеждён: при таком поведении стрельба давно бы прекратилась. Исключение Ирана — ошибка США.

Lavrov describes the June 2012 Geneva meeting and communique endorsed by all five permanent Security Council members, the Arab League, EU, Turkey, Qatar, Iraq and others. The agreed formula: all external players must send an identical strong signal to warring sides to cease fire. Russia is convinced shooting would have stopped long ago if everyone had acted accordingly. Blocking Iran's participation, he adds, was an American mistake.

внешние игроки которые представлены в Женеве должны послать одинаковый сильный сигнал всем воюющим сторонам

external players represented in Geneva must send an identical strong signal to all warring sides

я убеждён что если бы все действовали в таком ключе стрельба давно бы прекратилась

I am convinced that if everyone had acted in that spirit shooting would have stopped long ago

Лавров осуждает решения ЛАГ о поставках оружия оппозиции как нарушение всех мыслимых норм. Каждый проблеск надежды саботируется тем, кому выгоден затяжной конфликт.

Lavrov condemns Arab League decisions authorising arms supplies to the Syrian opposition as violations of every conceivable international norm. Combined with replacing Syria's League seat with the opposition coalition, these steps undermine mediation and reward military escalation. Russia's long effort to calm the situation, he says, is repeatedly sabotaged whenever a glimmer of hope appears — someone benefits from perpetual conflict.

разрешается так великодушно поставлять оппозиции оружие хотя это нарушает все мыслимые и немыслимые международные нормы и законы

they generously authorise supplying arms to the opposition although this violates every conceivable international norm and law

как только появляется хоть проблеск надежды кто-то тут же делает всё чтобы подорвать вот эту надежду

as soon as even a glimmer of hope appears someone immediately does everything to undermine that hope

Сирийское правительство неоднократно демонстрировало готовность к переговорам; оппозиция отказывается без предварительного условия ухода Асада. Переписывание Женевы под смену режима срывает процесс.

Lavrov contrasts the Syrian government's repeated readiness to negotiate — including accepting UN observers and engaging on the Geneva plan — with opposition refusal to talk without preconditions demanding Assad's departure. When external patrons rewrite agreed documents to insert regime change, negotiations stall. Russia continues engaging all sides but insists the opposition's maximalism, backed by arms, is the main obstacle to the political transition Geneva envisioned.

сирийское правительство проявляло готовность к переговорам тогда как оппозиция отказывалась от диалога без предварительных условий

the Syrian government showed willingness to negotiate while the opposition refused dialogue without preconditions

давайте напишем что это может выполняться как только Асад уйдёт от власти

let us write that this can be implemented only once Assad leaves power

Признание коалиции оппозиции единственным законным представителем сирийского народа и посадка её на место Сирии в ЛАГ, по Лаврову, перечеркнули посреднические усилия Лиги и нарушили устав (нужен консенсус).

When the opposition coalition gained recognition as Syria's sole legitimate representative at the Arab League — excluding those who still saw the government as a bulwark against extremism — Lavrov argues the League crossed out its own mediating role. The decision also violated the League charter requiring consensus, with two or three states objecting. Replacing Damascus with the coalition while arming rebels, Russia contends, foreclosed diplomacy.

эта национальная коалиция является единственным законным представителем сирийского народа

this national coalition is the sole legitimate representative of the Syrian people

лига арабских государств тем самым свои посреднические усилия перечеркнула

the Arab League thereby crossed out its own mediating efforts

Лавров проводит параллели с Египтом — ведущей региональной державой, чья дестабилизация, возможно, кому-то выгодна. Свержение сильных региональных государств ослабляет местное урегулирование.

Lavrov draws parallels with Egypt, historically a leading regional power with an independent voice, now destabilised in ways some external actors may find convenient. The broader point: removing or marginalising strong regional states weakens indigenous crisis management and opens space for extremism. Syria and Egypt are linked in a narrative warning against cheerleading revolutionary upheaval without regard for state collapse consequences.

Египет в конце концов всегда был ведущей региональной державой который имел позицию принципиальную и очень веский голос

Egypt after all was always a leading regional power with a principled and very weighty voice

наверное кому-то это тоже выгодно

probably someone finds this advantageous too

Лавров подтверждает: Россия всегда хотела дружить с грузинскими соседями, сотрудничать, помогать. Без августовской авантюры 2008 года, по его убеждению, можно было продвинуться серьёзно.

Lavrov affirms Russia always wanted neighbourly relations with Georgia — trade, energy, cultural ties and help solving problems. Without Saakashvili's August 2008 adventure, he believes serious progress would have been possible. Russian capital and companies continued working in Georgia; personal friendships with Georgians in Moscow persist across political divides. The baseline message to Tbilisi: Moscow's door remains open for pragmatic cooperation.

мы всегда хотели с нашими грузинскими соседями дружить сотрудничать помогать им решать проблемы

we always wanted to be friends with our Georgian neighbours, cooperate and help them solve problems

если бы не авантюра августа восьмого года я думаю что мы смогли бы продвинуться достаточно серьёзно

if not for the adventure of August 2008 I think we could have advanced quite seriously

Война 2008 года, по Лаврову, — безрассудная авантюра Саакашвили: обстрел Цхинвала 7 августа при наличии российских миротворцев. Последующие реваншистские заявления сделали признание Абхазии и ЮО необходимым для защиты населения.

The 2008 war, Lavrov argues, was provoked by Mikheil Saakashvili's reckless decision to shell Tskhinval on 7 August while Russian peacekeepers were present — initially under a Georgian-era placename. Saakashvili's revanchist rhetoric afterward confirmed that recognition of Abkhazia and South Ossetia became necessary to protect populations from repeat aggression. Lavrov presents the conflict as Saakashvili's destructive legacy for young Georgians fed historical grievance narratives.

7 августа были контакты с Саакашвили и он отдал приказ

on 7 August there were contacts with Saakashvili and he gave the order

последующие его реваншистские заявления показали что другого пути кроме признания независимости для обеспечения безопасности я не вижу

his subsequent revanchist statements showed that I see no other path besides recognition of independence to ensure security

Осетины направили первое посольство в Петербург до Георгиевского трактата; абхазы вошли в Российскую империю тоже до него. Сталин позже передал Абхазию внутрь Грузии — контекст для нынешних реалий.

Lavrov notes Ossetians opened their first embassy in St Petersburg before the Treaty of Georgievsk, and Abkhazia entered the Russian Empire before that treaty as well — historical facts he deploys to contextualise territorial disputes without reopening annexation debates in detail. Stalin later transferred Abkhazia inside Georgia; Soviet borders are part of the story both sides invoke. The theme supports irreversibility arguments by anchoring identities outside short modern Georgian statehood narratives.

осетины своё первое посольство в Петербург направили до георгиевского трактата

the Ossetians sent their first embassy to St Petersburg before the Treaty of Georgievsk

абхазы вошли в Российскую империю до георгиевского трактата это факт

the Abkhaz entered the Russian Empire before the Treaty of Georgievsk — that is a fact

После смены власти — позитивные сигналы от Тбилиси: Иванишвили о готовности дружить по всем направлениям. Расширяются торговля, энергетика, гуманитарные контакты; Лавров приветствует прагматизм при неоднозначной риторике.

After the change of government, Lavrov notes positive signals from official Tbilisi: Ivanishvili speaks of readiness to be friends across all directions. Trade, energy and humanitarian contacts expand. Lavrov welcomes pragmatism but observes mixed messaging when Georgian leaders simultaneously make hostile comments for domestic audiences. Russia distinguishes the new team's economic openness from unresolved political disputes over recognition.

Иванишвили заявляет о готовности дружить по всем направлениям

Ivanishvili declares readiness to be friends in all directions

мы приветствуем расширение торговли энергетического сотрудничества и культурных контактов

we welcome the expansion of trade, energy cooperation and cultural contacts

Признание Абхазии и ЮО необратимо — не появится российского политика, признающего ошибку. Аналогично в Грузии вряд ли скоро откажутся от претензий; для прагматизма нужно учитывать реалии.

Lavrov states plainly that recognition of Abkhazia and South Ossetia will not be reversed — no Russian politician will say the decision was wrong and everything should revert. Equally, he does not expect a near-term Georgian leader to renounce claims, but insists both realities must be acknowledged for pragmatic relations. US proposals tying arms-control talks to pre-August 2008 borders are rejected as ignoring facts on the ground.

в России не появится политика который скажет это мы были не правы

no politician will appear in Russia who will say we were wrong

признание независимости Абхазии и Южной Осетии было вынужденной мерой для защиты жизни и безопасности народов этих республик

recognition of the independence of Abkhazia and South Ossetia was a forced measure to protect the life and security of the peoples of these republics

Женевский формат: круг безопасности и круг беженцев/ВПЛ по международному гуманитарному праву. Лавров за прагматизм, но против использования темы беженцев в ООН без голоса абхазов и югоосетин.

Post-2008 Geneva discussions operate on two circles: regional security to prevent repeat adventures, and refugees/IDPs under international humanitarian law. Lavrov supports pragmatic treatment of displacement but opposes turning refugee questions into UN propaganda against Russia while blocking Abkhaz and South Ossetian voices. When Georgia tables General Assembly resolutions, Moscow backs the republics' right to present their perspective internationally.

два круга вопросов первый вопрос безопасности в регионе чтобы не возникали подобные авантюры и второй — положение беженцев и перемещённых лиц

two circles of issues: first, security in the region so similar adventures do not recur; second, the situation of refugees and displaced persons

если грузины считают что не в женевских дискуссиях это надо обсуждать а на глобальной мировой площадке — дать абхазам и осетинам возможность выступить

if Georgians think this should be discussed not in Geneva but on a global platform — give Abkhaz and Ossetians the opportunity to speak

Лавров приветствует грузинские театральные антрепризы и фестивали, обмен учёными и политологами (МГИМО, дипакадемия). Народы должны помнить совместную историю; дружба не исчезла.

Lavrov enthusiastically welcomes Georgian theatre companies, festivals and ongoing academic exchanges — MGIMO and diplomatic academy scholars, scientists attending conferences. Peoples should remember how they lived together, he says; friendship has not disappeared despite trials. Russia remains ready for cultural, humanitarian and sporting contacts as it has been for years, separate from political recognition disputes.

по антрепризы и на фестивали театральные я только приветствую

theatre companies and theatre festivals — I only welcome them

народы всё равно должны помнить как они жили вместе как они дружили

peoples should still remember how they lived together, how they were friends

Лавров упоминает Литвиненко и настораживающее уклонение британских ведомств от установления истины по делам российских граждан — пример избирательного подхода к правосудию.

In the human-rights segment Lavrov raises Alexander Litvinenko's death and Britain's reluctance, across Foreign Office and other agencies, to establish truth in cases involving Russian citizens. The pattern, he suggests, mirrors selective justice: London demands transparency from Moscow while obstructing investigations when UK interests are implicated. The Litvinenko reference reinforces Russia's reciprocity demand in legal cooperation.

как мы хотим установить истину в отношении смерти других наших граждан тот же Литвиненко

how we want to establish the truth regarding the death of our other citizens, the same Litvinenko

руководство Великобритании по линии соответствующих ведомств включая Министерство иностранных дел

the leadership of Great Britain through the relevant agencies including the Foreign Office