Transcript
Sergey Lavrov Interview with Dagens Nyheter, Sweden
English includes full house translations. Review is pending; untranslated passages and selected digest glosses remain labelled.
| Русский | English |
|---|---|
| 1 Decline of Russia–Sweden Relations | |
| э о российско-казахстанской Я думаю просто надо вернуться к своим коренным национальным интересам с обеих сторон Мы никогда не отходили от этой позиции всегда видели в Швеции доброго соседа очень хорошего партнёра перспективного партнёры в самых разных областях и в экономике и в гуманитарных делах и в Арктике в международных процессах где Швеция играет достаточно активную роль и когда такой же настрой был на шведской стороне Я помню где-то в с 2009 по 2011 годы у нас был подъём контактов подъём сотрудничества |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov opens by framing Russia as the constant party that has never departed from its national interests, and portrays Sweden as a natural good neighbour and promising partner across the economy, humanitarian affairs, the Arctic and international processes. He recalls a high point of cooperation from roughly 2009 to 2011 — exchanges of prime-ministerial visits, President Medvedev's visit, parliamentary contacts and more than a dozen intergovernmental agreements, including space cooperation and a partnership-for-modernisation health programme. He locates the rupture entirely on the Swedish side: Stockholm froze contacts and joined EU sanctions after Brussels took offence at Russia's reaction to events in Kyiv. The result, he notes with a numeric fact, was a roughly 45% collapse in trade, though he stresses the volume remains substantial and that Russia does not take offence. “We always saw in Sweden a good neighbour, a very good partner, a promising partner in the most varied fields — the economy, humanitarian affairs and the Arctic.” |
| политического диалога состоялся обмен визитами премьер-министров в то время визит президента России Дмитрия Медведева которого я сопровождал и за этот период также руководство парламентов ездили в гости друг к другу ведомство тогда было подписано больше 12 соглашений Многие из них межправительственные в том числе о сотрудничестве в космосе о сотрудничестве в рамках программы партнёрства для модернизации здравоохранения и многое другое и всё это было остановлено нашими шведскими коллегами никакой инициативы про |
Selected quote translation More than 12 agreements were signed, many of them intergovernmental, including on cooperation in space... and all of this was halted by our Swedish colleagues. |
| 2 The Kyiv Events and the Origin of Sanctions | |
| стороны Стокгольма было объявлено о том что они замораживают контакты присоединились естественно к санкциям Евросоюза после того как почему-то Брюссель обиделся на нашу реакцию на государственный вооружённый переворот в Киеве когда к власти пришли национал радикалы которые стали публично грозить уничтожением русских и русскоязычных на Украине прежде всего начиная с Крыма нашу реакцию Вы знаете я не буду на ней останавливаться Но почему-то вот брюсель решил что за это надо наказывать хотя сам приложил руку к тому |
Theme summary — not a full translation of this passage Within the account of the broken relationship, Lavrov sets out his framing of why the West turned against Russia. He describes an armed state coup in Kyiv that brought national radicals to power — figures who began publicly threatening the destruction of Russians and Russian-speakers in Ukraine, beginning with Crimea. He names Parubiy, Yarosh and others as the type who were allowed to feel a sense of impunity, a sense he attributes to Brussels itself having a hand in the events. On this reading, the EU chose to punish Russia for its reaction while ignoring its own role in enabling the radicals. He declines to dwell on Russia's reaction itself, treating it as already understood. “Brussels took offence at our reaction to the armed state coup in Kyiv, when national radicals came to power who began publicly threatening the destruction of Russians and Russian-speakers in Ukraine, above all beginning with Crimea.” |
| чтобы эти люди почувствовали безнаказанность деятеле типа парубия гне Бока Яроша и им подобных Вот и тогда столь присоединившись к санкциям дан парламентов резко сократил взаимодействие между министерствами И ведомствами даже по текущим повседневным вопросам Ну и как следствие наш товарооборот упал по-моему на 45% Хотя он по-прежнему достаточно внушительная проста гда не обижаемся в нашей внешнеполитической деятельности мы с пониманием относимся к тем обстоятельствам которые наши шведские коллеги сейчас приводят | English translation not available for this passage |
| в качестве основания своей позиции Ну а то что Марго альстрём считает что отношения самые прохладные но надо форточку закрывать чтобы не дуло со стороны со стороны тех центров где собственно и генерируется русофобия Угу я в последнее время и последние годы были много говорят о российской активности в балтийских регионе и даже ещё раз это подводные лодки бы был темы что ваш коментар по этому вопроса Я честно говоря не помню чтобы в Швеции была информация о том что утвердилось нахождение в ваших водах нашей | English translation not available for this passage |
| 3 The Baltic Submarine "Sensations" | |
| подводной лодки там обычно первые полосы газет занимает сенсации что вот нашли русскую подводную лодку А потом когда Через несколько недель выясняется что это совсем не русское совсем не лодка об этом пишет уже не на первых страницах но в целом Если говорить о военной деятельности в Европе прежде всего в контексте Отношений между Россией и НАТО в контексте стату ции мы не заинтересованы в нагнетании какой-либо конфронтационный военной деятельности у нас были давние договорённости с северо атлантическим альянсом |
Theme summary — not a full translation of this passage Asked to comment on years of talk about Russian activity in the Baltic region and the submarine episodes, Lavrov treats the stories as a recurring media pattern rather than a substantiated fact. He says he cannot recall any confirmed finding of a Russian submarine in Swedish waters: the discovery makes the front page, and the later correction — that it was neither Russian nor a submarine — does not. He uses this to introduce his wider point that Russia has no interest in stoking military confrontation. “Usually the front pages are taken up by the sensation that a Russian submarine has been found, and then... it turns out it was not Russian at all, not a submarine at all.” |
| были двусторонние военные проекты с нашими северными соседями включая швецию и мы всегда в этой работе исходили из важности мер доверия метран конечно же принципиальное значение имеет понимание военных доктрин друг друга и такой диалог о военных доктрина он вёлся в рамках НАТО в рамках совета России НАТО весьма и весьма полезно было понятно кто чего хочет Мы всегда предупреждали о том что линия на Бесконечное расширение НАТО форму обеспечения безопасности будь то двусторонние или многосторонние союзы но при этом | English translation not available for this passage |
| 4 NATO's Eastward Expansion and Russia's Response | |
| должны понимать что если военная инфраструктура будет приближаться к российским границам то естественно мы будем принимать необходимые военно-технический меры Как говорится Ничего личного чистый бизнес потому что ещё клаузевиц по-моему сказал или бисмар что в военном деле Наре Г Это потенци потому что нам ВС время говорили что никакого намерения принимать какие-то меры в ущерб безопасности России у НАТО нет но если нет намерений а инфраструктура вот прямо у нашего порога то наверное здесь придётся всё-таки |
Theme summary — not a full translation of this passage This is the core of the interview. Lavrov presents NATO as the advancing party and Russia as the reactor. He states Russia is not interested in confrontational military activity and recalls a period of joint military projects with northern neighbours built on confidence-building and mutual understanding of doctrines. He argues NATO has violated the 1997 Founding Act by permanently moving substantial forces and infrastructure toward Russia's borders, and that when Russia takes protective measures it is accused of "acting dangerously near NATO borders" — which he calls a dishonest inversion, since it is NATO's borders that are creeping toward Russia. He deploys the Clausewitz/Bismarck maxim that in military affairs one must judge by capabilities, not stated intentions. “If military infrastructure moves toward Russia's borders, then naturally we will take the necessary military-technical measures. As they say, nothing personal, just business.” |
| отталкиваться не от намерений от того что реально мы видим Своими глазами и когда сес говорят что рос Стас действовать вблизи НАТО Я считаю что это просто не чистоплотная попытка поставить всё с ног на голову получается НАТО приближается к нашим границам расширяясь всё больше и больше НАТО нарушило уже основополагающий акт 1997 года где Сказано что не должно быть постоянного размещения существенных боевых сил на территории новых членов и военная инфраструктура НАТО вопреки этим обязательствам приближается к нашим |
Selected quote translation NATO is moving toward our borders, expanding more and more... and when we take measures to be sure of our own security, we are told that Russia is acting dangerously near NATO's borders. |
| 5 The Baltiysk Destroyer Incident | |
| границам А когда мы принимаем меры чтобы быть уверенными в своей безопасности нам говорят что Россия опасно действует вблизи границ НАТО это границ НАТО к нам подпол заю начала знаете у нас была хорошая фраза Надо сначала выяснить зачем они тебя окружили Вот мы сейчас этим занимаемся вот последние инциденты в Балтийском море и сменит Соединённых Штатов оснащённые десятками крылатых ракет подходит на расстоянии нескольких десятков километров к Российской военной базе в Балтийске на Российской территории А поэтому |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov gives a concrete illustration of his intentions-versus-capabilities argument: a US destroyer armed with dozens of cruise missiles approached within tens of kilometres of the Russian military base at Baltiysk on Russian territory. Russian aircraft on legitimate training flights in international airspace, he says, went to see who was approaching, and once they had identified the vessel they turned away at a safe distance. He notes Russia proposed an additional protocol to the relevant agreement, which the Americans declined, and that at the 20 April Russia–NATO Council session the American side seemed uncomfortable and unaware of the episode. |
| были это там перелёты близко Эх кора наши самолёты выполняли в том районе абсолютно легитимные в международном воздушном пространстве учебные полёты они увидели что американский Эсминец с мощным вооружением приближается к нашей военной базе они решили посмотреть кто это но Как только они увидели кто это это произошло на безопасном расстоянии они отвернулись том числе а впоследствии мы предложили дополнительный протокол к этому соглашению заключить американцы отказались 20 апреля в Брюсселе было заседание совета |
Selected quote translation As soon as they saw who it was — and this happened at a safe distance — they turned away. |
| 6 NATO's Lost Purpose After Afghanistan | |
| России НАТО мы напомнили об этом наш представитель в ходе дискуссии американцы чувствовали себя неловко они даже этого не знали вот поэтому речь ведь не о том что кто-то не хочет признавать НАТО в качестве существующие организации это реальность нам по-прежнему не нравится как НАТО себя ведёт по-прежнему Мы видим что НАТО после того как была предпринята попытка сохранить её смысл существования в рамках операции в Афганистане сейчас эта попытка ясна всем что провалилась Афганистан стал гораздо опаснее чем он был |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov argues that NATO, having tried to justify its continued existence through the Afghanistan operation, has visibly failed: Afghanistan became more dangerous than before the alliance entered, including the appearance of several thousand ISIS fighters, especially in the north. He recounts asking NATO colleagues at the latest Russia–NATO Council what they consider important in the new mission and what they achieved in the previous one, framing the threat as projecting directly onto Russia's core interests and its Central Asian allies. He laments that a broad joint action programme — dozens of exercises, counter-terrorism cooperation, training and equipping the Afghan army with essential Russian-made helicopters — was shut down purely for ideological reasons. “Afghanistan became far more dangerous than it was before NATO troops entered.” |
| ввода войск НАТО На данном этапе формируется ещё одна миссия североатлантического Альянса мы вот в ходе последнего заседания совета России и Нато поинтересовались у наших коллег что собственно говоря они считают важным в этой новой миссии и чего они достигли в миссии предыдущей поскольку это слишком блико близко к нашим границам Это непосредственно затрагивает наших соседей в Центральной Азии наших союзников и угрозы которые в Афганистане продолжают ножи включая появление там нескольких тысяч боевиков игил | English translation not available for this passage |
| особенно на севере это всё напрямую проецируются на наши коренные интересы посмотрим но ещё раз подчеркну НАТО - это реальность Мы готовы вести с НАТО Диалог у нас была развёрнутая многоплановое совместная программа действий по многим вопросам включая про современности Борь с терроризмом десятки мероприятий совместные учения штабные на земле на море в воздухе были запланированы для того чтобы более эффективно совместно противодействовать террористам И экстремиста это всё закрыто прекращены любые дополнительные | English translation not available for this passage |
| 7 Missile Defence and the Indivisibility of Security | |
| любые практические совместные проекты включая подготов кадров оснащение Афганской армии боевыми вертолетами которые им нужны обязательно Российского производства ВС это было закрыто исключительно по идеологическим соображениям но говоря о том на что мы вынуждены реагировать приведу только два примеры В основополагающей акте 1997 года между Россией и НАТО было неделимости безопасности и что никто не будет свою безопасность укреплять за счёт безопасности других иными словами было уже закреплено в формате России |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov develops a detailed grievance over the US global missile-defence segment in Europe, tying it to the 1997 Founding Act principle that no one strengthens its security at the expense of others. When Russia invoked this principle, it was told the system "is not against you"; Russia answered with the intentions-versus-capabilities maxim and showed on maps how the deployment affects its security. When the Americans insisted, Russia proposed codifying the principle in a treaty with clear procedures — and, on the question of "substantial forces," proposed an agreement spelling out down to the last tank, artillery piece and battalion what those forces meant. NATO's flat refusal even to discuss this, he argues, revealed — long before Ukraine — a determination to keep its hands free to move up to Russia's borders. |
| НАТО то что провозгласило то что провозглашалась на высшем уровне в обсе а именно должна быть равная и неделимая безопасность и второе я уже говорил об этом там было записано что НАТО не будет размещать существенные боевые силы на постоянной основе на территории новых членов по первому пункту о неделимости безопасности мы Когда американцы начали в Европе разворачивать сегмент своей глобальной противоракетной обороны сказали им что это затрагивает нашу безопасность поэтому принцип который провозглашён в Совете |
Selected quote translation There must be equal and indivisible security... no one will strengthen its own security at the expense of the security of others. |
| России и НАТО Мы хотим применить они нам сказали это не против вас Ну мы сослались на вот известный известный афоризм о том что в военном деле намерения не играют роли а роль играют потенциал и показали на картах на фактах как планы развёрнутого непро затронут нашу безопасность потом Когда американцы всё-таки настаивали на своём мы сказали Хорошо если вы считаете вот этот принцип политический касающийся неделимости безопасности Ну вот Не вполне обязательным Давайте договор на эту тему разработаем и чтобы было | English translation not available for this passage |
| понятно какие процедуры применяются когда кто-то считает что его безопасность уязвленный мы дадим только тем кто входит в североатлантический альянс на наш вопрос как же так Мы в рамках обсе на всю евроангар коллег что они постепенно создают какие-то базы да и те же базы противоракетной обороны в Польше Чехии Затем в Румынии планировались спросили как это соотносится с их обязательством не размещать существенные бовы сила они сказали это не существенно И это не постоянно это будет ротировать тогда мы поскольку у | English translation not available for this passage |
| нас было иное мнение предложили заключить соглашение с НАТО в котором до последнего танка до последнего Арти орудия до батальона был бы расписан объём тех существенных боевых сил которые имеется в виду вот в данной договорённости категорически отказались даже обсуждать что конечно наводит на мысли очень простые печальные задолго до украинских событий это всё было задолго до Украины НАТО хотело оставить себе руки свободными для того чтобы двигаться и двигаться вплотную к нашим границам то М это аплодировать Я |
Selected quote translation We proposed concluding an agreement with NATO spelling out — down to the last tank, the last artillery piece, down to the battalion — the volume of those substantial combat forces... they categorically refused even to discuss it. |
| думаю ни один вменяемый военный или политик не должен отвечаем мы абсолютно адекватно абсолютно пропорционально это необходимость с точки зрения обеспечить нашу готовность К любым развитием ситуации учитывая что НАТО сейчас уже после того как попыталась найти смысл своего дальнейшего существования в Афганской компании и не смогла этого сделать сейчас Совершенно очевидно русофобские меньшинство в НАТО хочет помочь объединить этот Альянс уже на основе сугубо антироссийской представляя Россию угрозой всему и все в | English translation not available for this passage |
| этой перспективе беспокоит ли Москву это более благо склонные отношения Швеции и НАТО и какова будет реакция России и какие ответные меры предпринимает Россия в том случае если ше решить присоединиться знаете конечно одно дело когда у тебя на севере среди твоих соседей нейтральные государства другое дело когда государство которое член североатлантического альянса Альянс который ещё раз повторю мы рассматриваем как реальность но которой вот в последний период однозначно провозглашает своей целью сдерживание России | English translation not available for this passage |
| называет её главной угрозой поэтому можно вступать в разные НАТО если вот в прошлые годы Когда у нас было партнёрство когда у нас было Доверие Когда у нас никаких не было попыток рассматривать друг друга как угрозы это одно на сейчас НАТО очевидно другое хотя у него идт такая я бы сказал ломка они пытаются всё-таки выглядеть респектабельно но не у всех получается но что касается Швеции мы подтверждаем право любого государства самостоятельно исходя из своих национальных интересов решать какие формы обеспечения | English translation not available for this passage |
| 9 Montenegro and the Purpose of Enlargement | |
| безопасности это государство хочет вые было бы правильно спро народ спрашивать не стали кстати вот вам пожалуйста пример что Черногория может добавить безопасности НАТО этот вопрос ответа не существует и многие серьёзные политики прямо спрашивают В чём такая уж острая необходимость общими фразами что это распространение пространства безопасности демократии ответ очень простой как можно больше освоить геополитического пространства обложить вот таким говоря не очень вежливым языком те страны которые не во всём |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov uses Montenegro as a rhetorical case study in the emptiness of NATO enlargement, asking what security a country like Montenegro could possibly add to the alliance — a question, he says, for which there is no answer, and which serious politicians ask openly. He dismisses the standard reply about spreading a "space of security and democracy" and offers his own blunt explanation: to occupy as much geopolitical space as possible and to hem in countries such as Russia and Serbia that do not agree with NATO on everything. “To take over as much geopolitical space as possible, to surround... those countries that do not agree with NATO on everything — such as Russia, Serbia.” |
| 8 Sweden's Possible NATO Membership | |
| соглашаются с НАТО такие как Россия Сербия например вот а Швеция Ну если вы это решите сделать у нас не появятся мысли что шведы решат на нас нападать это я это я Вам сразу могу сказать но поскольку ваша военная инфраструктура будет в той ситуации уже подчиняться верховному командованию НАТО э Конечно мы на наших северных рубежах будем вынуждены принять необходимые военно-технический меры чтобы исходить из того что по ту сторону границы э военно-политический блок который считает Россию угрозой и хочет её всячески |
Theme summary — not a full translation of this passage Asked directly whether Sweden's warmer relationship with NATO worries Moscow and what Russia would do if Sweden joined, Lavrov draws a sharp distinction between a neutral neighbour and a member of an alliance that now openly proclaims the containment of Russia as its goal and calls Russia the main threat. He affirms every state's sovereign right to choose its own security arrangements — while suggesting the people should be asked — and stresses Russia would not imagine Swedes intending to attack it. But because Swedish military infrastructure would then answer to NATO's supreme command, Russia would be obliged to take military-technical measures on its northern frontiers. The specifics, he says, are a matter for the military. “We will have no thoughts that the Swedes will decide to attack us — that I can tell you straight away.” |
| сдерживать вот а какие конкретны меры Это не моя работа это работа наших военных Министерства обороны генерального штаба но они когда видят какой-то потенциал По ту сторону наших рубежей прямо у границы и Чуть подальше чем наша граница они знают какой какой потенциал это на самом деле что от него можно ожидать в случае если НАТО вдруг решит что нас нужно сдерживать горячим образом ранее раньше Москва выражала беспокойство отельного это положения русского этнического меньшинства в прибалтийских странах ээ | English translation not available for this passage |
| Насколько изменилась ситуация в этом отношении и с другой стороны второй вопрос Вы можете это понимать что есть что они боятся большого соседа на востоке значит Ну во-первых насчёт того что они боятся большого соседа когда исчезал Советский Союз они провели свои референдумы и были отпущены с миром никто им не угрожал там были некие эксцессы в том числе в Вильнюсе в телецентре до сих пор К сожалению вот людей преклонного возраста которые ни на каких гражданских лиц не нападали а просто защищали телецентр выполняя | English translation not available for this passage |
| 10 Russian Minorities and the Baltic States | |
| приказ таскают по литовским судам пытаются обвинить во всех смертных грехах Я считаю что это мелко и непорядочно благородно поступил Советский Союз никакой попытки удержать насильно прибалтику никто не предпринимал хотя в стране были самые разные эмоции На этот счёт и я не буду их касаться ушли по-доброму сохранением контактов но Никакой благодарности за это никто не увидел и не услышал более того тут же стали говорить что вот Советский Союз их насиловал использовал эксплуатировался в непосредственно Российскую |
Theme summary — not a full translation of this passage Responding to a question on the position of the Russian ethnic minority in the Baltic states and whether these states simply fear their large eastern neighbour, Lavrov rejects the fear premise: when the USSR dissolved, the Baltics held referendums and were let go in peace, with no attempt to hold them by force. Yet, he says, gratitude never followed; instead came accusations that the Soviet Union had oppressed them. He distinguishes Lithuania, which granted citizenship to all, from Latvia and Estonia, where large shares of the population were left as non-citizens. Russia's demands that these people receive citizenship, he insists, were not a whim but a requirement of Council of Europe, OSCE and minority-rights conventions. “The Soviet Union behaved nobly — no one made any attempt to hold the Baltics by force.” |
| Федерацию ещё в советские времена вот поэтому это люди с Я считаю уже Неисправимый психикой Но после того как после того как они стали свободными как они считают и независимыми провозгласили все необходимые решение о своём суверенитете при пону отсутствий Москвы их затянуть назад тем более принять против них силу они стали рваться в НАТО и наши отношения с НАТО в девяностые годы развивались достаточно конструктивно Мы у натовских наших коллег спрашивали зачем вы хотите принимать прибалтику нам отвечали вы знаете | English translation not available for this passage |
| у них сохранились фобии всякие е с советских вре с периодами войны как это всё начиналось мы понимаем что современная России никакой угрозы для них не представляет но у них вот психология такая вот и мы примем их в НАТО и они успокоятся и всё будет мирно всё будет конструктивно это только поможет нам развивать добрые отношения их приняли в НАТО никаких успокоения не не пришло Особенно к нашим литовским соседям более того они являются сейчас самым агрессивным русофобские заставляет Используя принцип консенсуса | English translation not available for this passage |
| заставляет НАТО идти вот по такому устойчивому антироссийское это никак не связано с русскоязычным населением например когда всё вот это вот произошло обретение Независимости этими странами Да у нас были проблемы которые мы решали исключительно дипломатическим путём с латвие и Эстонии где огромная доля населения не получило право граждан в Литве гражданство получили все поэтому уж кому к кому а к литовца у нас вообще никаких вопросов не было думали сотрудничать активно прорабатывать в Калининград как совместно | English translation not available for this passage |
| экономические прое осного самой русофобские особенности её руководителей вот а что касается Латвии и Эстонии Да мы действительно с самого начала требовали чтобы этим людям дали Гражданство русскоязычным не потому что это была наша прихоть а потому что это требование международных инструментов оо решений совета Европы решений обе и скажем конвенции о правах национальных меньшинств нам говорили вот они члены этой конвенции но Беда в том что она распространяется только на граждан а русские в Латвии в Эстонии | English translation not available for this passage |
| 11 Language, Schools and Baltic Referendum "Dishonesty" | |
| оказались в изумительно с точки зрения вот низ положени неждан терпит это безжурний язык все европейские нормы требуют того чтобы язык меньшинства сохранялся в обществе как это делают фины в отношени шведского языка А в Прибалтике закрывают русские школы закрывают школы хоя огромный спрос в отдельных частях этих государств и ссылки на то что просто нет желающих они являются ложью При всём при этом чтобы нам не говорили что какие-то меры там предпринимаются и поэтому якобы Россия привередница [музыка] Что |
Theme summary — not a full translation of this passage Continuing the minorities theme, Lavrov contrasts Finland's treatment of the Swedish language with the Baltics' closure of Russian schools despite what he describes as genuine demand, calling claims of "no applicants" a lie. He grounds Russia's position solely in the recommendations of the Council of Europe, the OSCE and the UN Committee on the Elimination of Racial Discrimination. He then delivers what he calls the most striking dishonesty: the votes of these same Russian-speakers were counted and needed in the referendums on leaving the USSR — many voting to leave for economic reasons — after which they were told their mission was done and left to suffer as non-citizens. He singles out Lithuania's leadership as the most Russophobic and cites the continued prosecution of elderly people over the Vilnius TV-centre events. “All European norms require that a minority language be preserved in society, as the Finns do with the Swedish language. But in the Baltics they are closing Russian schools.” |
| содержится в рекомендациях совета Европы и обсе и комитета ООН по э ликвидации расовой дискриминации Только этого и больше ничего кстати вот эти люди которые не могут э голосовать на муниципальных выборах они исправно платят и централизованные и муниципальные налоги Более того я скажу самая поразительная вещь и самая знаете нечистоплотность референдумы о выходе из Советского Союза их голоса считали эти голоса были нужны И большинство из них Мы это знаем проголосовали за выход из Советского Союза наверное прежде |
Selected quote translation Their votes were counted, these votes were needed, and most of them voted to leave the Soviet Union... and immediately they were told: now, lads, you have fulfilled your mission. |
| всего потому что экономически социально э республи жи луше нох вот нуж их с удовольствием при кармани и тут же сказали им а теперь Ребята вы свою миссию выполнили и Давайте значит мучайтесь в положении неграждан если перейти на Ангела Меркель высказывала критику в связи с российскими как бомбили в Сирии и это создало впечатление что отношения между россие и Германии улучшали Да что что требуется для них постановление думаете Ну я что-то не припомню Что Ангела Меркель специально касалась темы ээ участие наших | English translation not available for this passage |
| 12 Syria — Legitimacy and the Anti-Terror Struggle | |
| воздушно-космических сил в борьбе с терроризмом в Сирии по просьбе законного правительства Мы кстати единственное государство которое в Сирии занимается антитеррористической борьбой на законных основаниях американская коалиция там работает нелегитимное партнёрам что это большая ошибка и также как они получили Согласие правительства Ирака они должны были получить Согласие в дамаске Или прийти в Совет Безопасности И если бы это произошло меня нет Никаких сомнений что мы бы выработали резолюцию с безопасности |
Theme summary — not a full translation of this passage Turning to Merkel's criticism of Russian strikes in Syria, Lavrov first questions whether she specifically addressed the work of Russia's Aerospace Forces, then presents Russia as the only state fighting terrorism in Syria on a legal basis — at the request of the legitimate government — while the US coalition operates illegitimately, having failed to obtain Damascus's consent or a Security Council mandate as it did in Iraq. He warns that the coalition's posture keeps open the possibility of striking regime forces for regime change, as in Libya. He praises the International Syria Support Group as uniquely inclusive of all external players, including Saudi Arabia and Iran, and warns against deepening the Sunni–Shia split, advocating instead a Gulf confidence-building mechanism. “We are, incidentally, the only state waging the anti-terrorist struggle in Syria on legal grounds.” “They should have obtained the consent of Damascus, or come to the Security Council.” |
| которая устраивала бы и американскую коалицию и сирийское правительство потому что это наша общая беда то что они туда пошли нелегитимное во-первых такое высокомерно проявление позиции о том что Аса возв во рув ста быть возможность использовать эту коалицию не только для атаки на террористические позиции но и возможно для последующего нападения на силы режима с целью его смены как это собственно произошло в Ливии таких планов дест выдаётся уже так надо быть настороже поэтому наша позиция в отношении Сирии | English translation not available for this passage |
| предельно ясна мы ценим что удалось договориться создать международную группу поддержки Сирии которая уникальна тем что включает в себя всех основных игроков внешних в том зам МДТ Саудовская Аравия уже о чём-то говорит Потому что два этих протагониста воспринимаются уже даже как образы противостояния внутри Ислама сунита против шиитов это это очень опасный опасный путь вот углублять этот раскол Мы в работе с нашими партнёрами И в Саудовской Аравии в Иране и в других странах региона постоянно продвигаем | English translation not available for this passage |
| необходимость наладить какой-то диалог скажем в районе персидского залива чтобы арабские страны и Иран создали какой-то механизм укрепления доверия Шаг за шагом вырабатывали бы соответствующие меры пока это очень трудно даётся но мы убеждены в необходимости вот не только решать конкретные проблемы связанные с тем или иным конкретным кризисом и конфликтом иметь в виду необходимость в принципиальном в системном плане помогать арабским странам и другим исламским странам находить компромиссы а не проповедовать |
Selected quote translation To help Arab and other Islamic countries find compromises, rather than preaching a holy war of one part of Muslims against another. |
| священную войну одной части мусульман против другой Ну а что касается наших отношений с Германией потому что как я Поня ва интересовали прагматичные отношения которые очень прочную несмотря ни на что экономическую базу прежде всего потому что сотни германских компаний работают со своими партнёрами в России много российских компаний инвестировала в Германию и бизнес совершенно не хочет того чтобы политика одеви российско-германские отношений в ущерб интересам экономики в ущерб интересам бизнеса и когда на каком | English translation not available for this passage |
| 13 Germany — Economic Base and the Primacy of Politics Over Economy | |
| несколько лет назад Вот когда началась эта истерика по поводу того что как Россия отреагировала на вооружённый антиконституционный переворот и захват в Киеве власти национал радикалами Когда впервые канцлер Германии заявила что в отношениях к России в данной ситуации должна доминировать над экономикой Ну честно сказать это было не по-немецки немцы Обычно они такие прагматичные люди любят чтобы всё было понятно Логично но повторю вот произошло то что произошло и решать нашим европейским партнёрам а Евросоюз |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov describes Russia–Germany relations as pragmatic and resting on a durable economic foundation — hundreds of German companies working with Russian partners, Russian investment in Germany — with business unwilling to see politics wreck the relationship. He recalls his surprise when the German Chancellor first declared that in relations with Russia politics must dominate over economics, calling this "not German" for so pragmatic a people. He frames the sanctions as an EU decision that Russia was merely forced to answer, and expresses hope that reason will prevail in Brussels, while making clear Russia will rely only on itself. “When the German Chancellor first declared that in relations with Russia politics must dominate over economics — frankly, that was not German.” |
| Конечно будет двигаться в том направлении в котором захочет идти Германия мы знаем что далеко не все в восторге от того эффекта который произвело введение санкций на наши отношения но решать Евросоюзу они Этот шаг сделали Мы только вынуждены были ответить Я знаю что у них предстоят какие-то дискуссии в Брюсселе Надеюсь что здравый смысл возобладала [музыка] и на добрые к нам отношения которые когда-то появятся мы будем полагаться только на собственные силы Да если не уйдут от введённых нелегитимный это будут |
Selected quote translation We were only forced to respond. |
| дополнительные возможности для сотрудничества но мы будем исходить из того что нашим партнёрам сейчас так в долгосрочном плане наверное экономику в зависимость от позирования это конечно нечто Что необходимо учитывать в полной мере пока Нет надежды на чтобы санкции отменили Я вот как раз вам и хочу сказать что Мы надеемся теперь только на себя ием для этого сва или страну которая самодостаточная и мы будем теперь работать так чтобы при всех обстоятельствах не испытывать никакого никакой потребности в том что до | English translation not available for this passage |
| 14 Self-Sufficiency as Strategic Course | |
| недавнего времени мы закупали только за границей повторю это наш стратегический курс это отнюдь не изоляция это не автаркия если и когда наши западные партнёры решат вернуться к нормальному поведению Но это будут дополнительные возможность для роста для развития сотрудничества но во всех базовых вещах мы будем теперь только на себя полагаться это как можно последнее слово можно это интерпретировать Как это вопрос У меня был как акро принципиальные изменения в Российской внешней политике последние годы после |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov presents import substitution and economic self-reliance as Russia's settled strategic course, born of the recognition that it cannot make its economy dependent on political posturing. He is emphatic that this is neither isolation nor autarky: IKEA furniture is popular and made in Russia at Russian plants from Russian raw materials, creating jobs, and Swedish pharmaceutical production is developing — these he counts as an integral part of Russia's own economy. Should Western partners return to normal behaviour, he frames this as additional opportunities for growth, but in all basic matters Russia will now rely on itself. “This is by no means isolation, this is not autarky.” “In all basic matters we will now rely only on ourselves.” |
| например Владимир Путина верну президентство кае нет знаете я же сказал сейчас про то что мы хотим быть самодостаточны в экономике это отнюдь не означает что мы будем выгонять иностранные компании понимаете нам скажем мебель которую продаёт IKEA она очень популярна в России ики её производит в России на российских заводах на Российском сырье создавая рабочие места для российских граждан это мы считаем неотъемлемой частью нашей собственной экономики западные инвесторы которые производство своё налаживают в | English translation not available for this passage |
| 15 Changes in Foreign Policy and the Question of Values | |
| Российской Федерации со шведами Фармацевтика у нас развивается и многое другое насчёт того что наша внешняя политика теперь будет другой Ну она будет конечно другой поскольку Бине абсолютно невозможен невоз пото это Бине созе и в НАТО понимал означал только одно что мы всем должны и должны прежде всего стать такими же как они если на западе отношение скажем к правам человека эволюционирует абсолютно вот в сторону такого вселенского попустительство и вседозволенности то их не интересует что это противоречит |
Theme summary — not a full translation of this passage Asked whether Russian foreign policy has changed fundamentally since Putin's return to the presidency, Lavrov answers that it will indeed be different, because "business as usual" is impossible: that formula, in the EU and NATO context, meant Russia becoming just like them and owing them conformity. He raises values directly, contrasting a Western evolution toward what he calls universal permissiveness with the fundamental foundations of Russia's culture rooted in Orthodoxy and Christianity. Any deviation by Russia, he says, was treated as bad behaviour requiring correction — and that mode of doing business, where economic relations became hostages to ideology, is one Russia will no longer permit. |
| фундаментальным основам нашей культуры которые основано базируются на православной религии на Христианстве и вот это один только пример и таких примеров много вот поскольку так решено поскольку мы так действуем то любые отклонения России в сторону рассматривались как плохое поведение и нас постоянно учили и в Совете России НАТО и в отношениях с евросоюзом что нужно действовать так-то так-то и так хотя повторю было очень много полезного и мы это полезное терять не хотим Но когда те же экономические отношения | English translation not available for this passage |
| становились жертвами идеологии ими и планов это тоже тот способ ведения дел которого мы больше не допустим я имею в виду хотя бы вот носило украинского кризиса Генезис украинского кризиса А именно когда начали вести переговоры о соглашении об ассоциации с Украиной Мы в какой-то период сказали и украинцам и Евросоюзу знаете украи есть свободно тов Содружество независимых государств в рамках этой зоны свободной торговли большинство товарных позиций перемещается при нулевом тарифе Поэтому если вы будете что-то | English translation not available for this passage |
| 16 The Genesis of the Ukrainian Crisis | |
| похожее делать с евросоюзом Украина Евросоюз то вы учтите что у нас-то с евросоюзом нет нулевого тарифа мы провели 18 лет в переговорах по вступлению во всемирную торговую организацию в том числе для того чтобы в контактах с евросоюзом обеспечить защиту многих отраслей своей промышленности на определённые периоды потому что мы были в тот момент не конкурентоспособными и хотели какие-то льготные годы себе выторговать и выторговать и для защиты банковской системы для защиты сельского хозяйства для защиты системы |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov gives a detailed economic account of the crisis's origins, centred on the EU Association Agreement. Russia warned both Ukraine and the EU that Ukraine sat inside the CIS free-trade zone, where most goods move at zero tariff, whereas Russia has no zero tariff with the EU — a protection it spent 18 years negotiating in the WTO to shield its industry, banking, agriculture and insurance while not yet competitive. If Ukraine removed all tariffs with the EU while keeping tariff-free access to Russia, European goods would flood in through Ukraine. Russia was not heard. When Yanukovych hesitated in summer 2013, he was told — off the record but factually — that if he did not sign, another president would. This, Lavrov says, became the pretext for the coup. “We spent 18 years negotiating accession to the World Trade Organisation... to protect the banking system, to protect agriculture, to protect the insurance system.” |
| страхования отдельных отраслей промышленость у это взаимно обязательство с европейским союзом а теперь вдг мы с Украиной имеем зону свободной торговли а Украина тоже была защищена своим соглашением по которым она вступила в ВТО Если вдруг она снимает все тарифы в отношениях с евросоюзом А у нас тоже нет тарифов в отношениях с Украиной то через Украину к нам хлынет поток Тех самых товаров из Европы которые мы хотели задержать до тех пор пока не станем конкурентными это всё было абсолютно э в законной по обоюдному |
Selected quote translation Through Ukraine a flood of exactly those European goods we wanted to hold back would pour in to us. |
| согласию записано при нашем вступлении во всемирную торговую организацию нас ээ не захотели слушать А когда Янукович сказал он ещё летом 2013 года сказал Евросоюз вы знаете вот у меня сомнение вот я сейчас посмотрел на последствия для нашей торговли с Россией э может быть подождём ему знаете что сказали это не публиковалась но это факт Ему сказали если ты не подпишешь подпишет уже другой президент Ну и собственно говоря это было причиной предлогом которая была использована для государственного переворота Поэтому |
Selected quote translation He was told: if you do not sign, another president will sign. |
| 17 The Eastern Partnership and Equal Dialogue | |
| вот такое высокомерия экономическое Вот вот как мы мы скажем так и будет Тоже самое касается Восточного партнёрства придумала кстати швеци вместе с Польшей пое ворст вроде бы правильная правильная программа которая нацелена на то чтобы продвигать экономическое сотрудничество выравнивать условия ведении бизнеса гуманитарные связи нас приглашали но мы спросили На каких условиях ответ был конечно вежливый но смысл его сводился к тому что условия определяет Брюссель А вот эти фокусные страны Если хочет Россия эти |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov turns to the Eastern Partnership, noting it was devised by Sweden together with Poland and describing it as a seemingly correct programme that in practice meant Brussels sets the conditions and the focus countries — and Russia — must simply accept them. He recounts proposing to work not on the whole programme but on individual projects in individual countries as a trio — EU, Russia and the host country — and receiving promises but no proposals. He rejects assurances that the Partnership is not a geopolitical instrument for capturing territory and reducing Russia's influence, declaring that Russia will not cooperate on such terms, will not sit idle, and will engage only as an equal partner once the EU is ready for respectful dialogue without ultimatums. |
| условия должны просто принять и имя руководство мы сказали Давайте попробуем как-то по-другому Давайте может быть не всю программу в целом возм а возьмём отдельные проекты в отдельных странах и посмотрим Можем ли мы там втроём работать Евросоюз Россия и страна хозяйка Ну нам пообещали предложить соответствующие проекты ничего не предложили и сечас нас уверяют что восточное партнерство не будет по-прежнему использова как э проект такой геополитический проект захвата территорий в геополитическом плане и сокращени | English translation not available for this passage |
| на этих территориях влияния России но на самом деле ничего не изменилось А и мы конечно не будем в таком контексте сотрудничать и и не будем сидеть сложа руки я вам просто могу это сказать то есть в этом смысле бизнеса как обычно уже не будет Мы будем разговаривать только как равные партнёры и мы не будем откликаться на предложение Взять за данность любые идеи Евросоюза но когда Евросоюз созреет к равноправном уважительно диалогу без ультиматума без каких-то мер принуждения мы будем только рады потому что я |
Selected quote translation We will talk only as equal partners... when the EU matures toward equal, respectful dialogue without ultimatums. |
| уверен что этот период ирит что мы обречены жить вместе И если в Европе ещё сохранились дальновидные политики Они прекрасно должны понимать что в нынешнем мире Евросоюз и Россия отдельно не могут быть полностью конкурентоспособны вот сейчас Евросоюз бьётся за свои интересы в рамках переговоров с соединёнными штатами о трансатлантической партнёрстве желаем вам успехов в Евросоюзе потому что очень жестокие переговоры идут и мы знаем как расцениваются во многих странах Некоторые из разделов этого соглашения как в | English translation not available for this passage |
| общем-то подрывающий целый ряд отраслей в Европе но это отдельная Тема да мы все предпочли бы чтобы у нас было глобально торго в рамках всемирной торговой организации предпочли бы не видеть такие тенденции как мы сечас наблюдаем в отношении трансатлантической партнёрства когда формируются закрытые блоки и сначала в них вырабатываются правила которые устраивают вот эту группу стран а уже потом остальным говорят Рино так равноправное вот и это одна один Аспект то что вы как Европа Вы конкурирует в том числе своим | English translation not available for this passage |
| ближайшим союзником соединёнными штатами в экономике и в торговле там очень сильная конкуренция другой Аспект - это вообще положение христианской цивилизации которая родилась в Сирии Ближнем Востоке которая дала свои мощные корни в Европе а потом мощные побеги на восток вплоть до Тихого океана и на запад вплоть до тоже Тихого океана только уже через американский Континент и то что в современном мире вот эта цивилизация будет подвергаться дополнительным испытания я не сомневаюсь мы это видим уже относится к | English translation not available for this passage |
| 18 Christian Civilisation and the Threat in the Middle East | |
| христианам та сила которая поднялась на Ближнем Востоке из-за безрассудно вмешательства в дела региона игил джабхат ан нусра прочие террористические группировки они просто проводят этнические чистки в отношении христиан Так что и с этой точки зрения было бы важно нам всем подумать над тем что будет дальше равно как и с точки зрения того Каковы тенденции мировой экономики азиатско-тихоокеанский регион становится локомотивом это надолго мощно действует Китай мощно подступает Индия и в мировой экономике если мы |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov widens the lens to the fate of Christian civilisation, which he traces from its birth in Syria and the Middle East, its strong roots in Europe and its shoots reaching east to the Pacific and west across the American continent to the Pacific again. He warns this civilisation faces additional trials, pointing to ISIS, Jabhat al-Nusra and other terrorist groups carrying out ethnic cleansing against Christians in the Middle East as a consequence of reckless intervention in the region's affairs. This, he argues, is a further reason for shared reflection on what comes next. “The force that rose in the Middle East because of reckless intervention in the region's affairs — ISIS, Jabhat al-Nusra and the rest... are simply carrying out ethnic cleansing against Christians.” |
| будем так вот разбазаривать те сравнительные преимущества которые появляются в случае объединения усилий России и Европы то ни Россия ни Европа хороших позиций в новой глобальной экономической системе не добьются но ещ важно что Америка будет делать следующие год или года вопро Нет это важно что Америка будет делать но и какой Какой ваш ваш президент лучше будет это я не знаю понимаете важно конечно смотреть что амери по-прежнему Америка - это мощнейшая держава но можно просто смотреть Когда станет понятно что | English translation not available for this passage |
| 20 The US Elections and American Democracy | |
| Америка будет делать а можно вс-таки укреплять свои собственные позиции не против Америки а ради самого себя а ради самого себя и Европе и России нужно быть вместе это важно и с той точки зрения что сейчас очень перспективные процессы развиваются на евразийском континенте наш Евразийский союз Да он небольшой но уже есть пла развивать его в контексте взаимодействия торгово-экономического с шанхайской организацией сотрудничества А это уже Китай и скоро там будут Индия Пакистан Иран это уже совсем другие рынки и у |
Theme summary — not a full translation of this passage Closing on the United States, Lavrov declines to say which candidate would be better, stressing that what matters is what America does and that it remains a most powerful state — but that rather than waiting to see, Europe and Russia should strengthen their own positions, not against America but for their own sake. He turns critical of the US electoral system itself, describing its two-step, finance-dependent character, the winner-takes-all allocation of votes in individual states, and the Electoral College, which can produce a president who did not win the popular majority — leaving it to the American people to judge how democratic that system is. |
| 19 World Economy, Eurasian Integration and the Case for Russia–Europe Unity | |
| нас есть планы вот продвижение этих интеграционных процессов Евразийский экономический Союз шанхайская организация сотрудничества в том числе и в сотрудничестве во взаимодействии с это это уже понимаете такая тенденция которую очень трудно игнорировать Если ты хочешь думать о своих национальных интересах И самое главное в отличие от некоторых других региональных интеграционных проектов Этот проект открытый он открыт для присоединения всеми странами которые разделяют принцип равноправия взаимоуважения интересов |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov argues the world economy's centre of gravity is shifting decisively to the Asia-Pacific, with China acting powerfully and India advancing, and warns that if Russia and Europe squander the comparative advantages of joining forces, neither will secure good positions in the new global system. He points to promising Eurasian processes: the Eurasian Economic Union, small but growing, developing trade-economic interaction with the SCO — which will soon include India, Pakistan and Iran — opening entirely different markets. Crucially, he contrasts this "open" project, admitting any country that shares equality and mutual respect, with closed blocs like the Transatlantic Partnership, where a narrow group first writes the rules and only then tells others to accept them. “This project is open — it is open for accession to all countries that share the principle of equality and mutual respect for interests.” |
| дру дру дество кому-то одному а на основе настоящего баланса интересов Да в этом балансе у более сильных будут более продвинутые интересы но интересы маленьких игроков тоже будут учтены А насчёт того кто будет президентом США решать американскому народу мы мы знаем что у них очень сложная система выборов двухступенчатая в огромной зависимости от финансового капитала с различными ухищрения которые позволяют в отдельных Штатах голоса не делить а забирать по принципу победитель получает всё Ну и конечно коллегии | English translation not available for this passage |
| выборщиков которые может проголосовать Так что президентом станет не тот кто получил Абсолютное большинство голосов населения а другой человек ном из того американс народ будет сам ре кто будет американским президентом так и в отношении того насколько их устраивает И насколько демократична эта избирательная система |
Full house translation — pending review of electors who may vote So the president will become not the one who received the Absolute majority of the votes of the population but another person nom from that americans the people will itself re who will be the American president and likewise as regards how far it suits them And how democratic this electoral system is |