Transcript

Zakharova's Response on the Budapest Memorandum Accusations Against Russia

2026-02-24 RU · EN (house translation, pending review) Source Digest Readout

English includes full house translations. Review is pending; untranslated passages and selected digest glosses remain labelled.

Русский	English
Вопрос: В.Зеленский неоднократно заявлял, что начав специальную военную операцию, Россия нарушила Будапештский меморандум. Однако главарь киевского режима забывает, что закрепив в Конституции целью страны вступление Украины в НАТО и начав сотрудничать с Североатлантическим альянсом в военно-техническом плане, Украина сама нарушила в том числе и Будапештский меморандум. Могли бы Вы подробнее рассказать о несостоятельности обвинений со стороны Украины, а также о тех документах, которые еще были ею нарушены?	English translation not available for this passage
1 The Budapest Memorandum — Legal Status and Factual Background
Ответ: Для ответа на этот вопрос напомним, что Будапештский меморандум или Меморандум о гарантиях безопасности в связи с присоединением Украины к Договору о нераспространении ядерного оружия – акт, не являющийся международным договором – был подписан 5 декабря 1994 года главами России, Украины, США и Британии .	Full house translation — pending review Answer: To answer this question let us recall that the Budapest Memorandum, or the Memorandum on Security Assurances in connection with Ukraine's accession to the Treaty on the Non-Proliferation of Nuclear Weapons, an act that is not an international treaty, was signed on December 5, 1994, by the heads of Russia, Ukraine, the USA, and Britain .
Согласно этому документу Украина соглашалась передать находящуюся на ее территории часть советского ядерного арсенала России и полностью становилась безъядерным государством, а, соответственно, Россия, США и Британия гарантировали безопасность Украины.	Full house translation — pending review Under this document Ukraine agreed to transfer to Russia the part of the Soviet nuclear arsenal located on its territory and became fully a non-nuclear state, and, accordingly, Russia, the United States, and Britain guaranteed Ukraine's security.
2 The Joint Budapest Statement on Aggressive Nationalism — Ukraine's Forgotten OSCE Obligations
Напомним также, что в Будапеште одновременно с Меморандумом было принято совместное заявление руководителей России, Британии, США и Украины, в котором, среди прочего, подтверждалась значимость обязательств в рамках ОБСЕ , призванных противодействовать росту агрессивного национализма и шовинизма.	Full house translation — pending review Let us also recall that in Budapest, simultaneously with the Memorandum, a joint statement of the leaders of Russia, Britain, the United States, and Ukraine was adopted, in which, among other things, the significance was confirmed of the commitments within the OSCE , intended to counter the growth of aggressive nationalism and chauvinism.
Совершенно очевидно, что украинская сторона эти обязательства не выполнила и на протяжении многих лет попустительствовала росту крайне агрессивного национализма, что в конечном счете привело к самоопределению населения Крыма , Луганской и Донецкой народных республик , Херсонской и Запорожской областей путем проведения референдумов и вхождения в состав Российской Федерации.	Selected quote translation The Ukrainian side did not fulfill these obligations and for many years tolerated the growth of extremely aggressive nationalism, which ultimately led to the self-determination of the populations of Crimea, the Luhansk and Donetsk People's Republics, and the Kherson and Zaporizhzhia regions through referendums.
3 Russia's Core Defense — Territorial Changes as Internal Processes Beyond Memorandum Scope
Россия на саммите ОБСЕ в Будапеште в 1994 году и в ходе мероприятий «на полях» этого саммита не брала на себя обязательства принуждать часть Украины оставаться в ее составе против воли местного населения, а положения Будапештского меморандума не распространяются на обстоятельства, ставшие следствием действия внутриполитических или социально-экономических факторов.	Theme summary — not a full translation of this passage Zakharova constructs Russia's central legal defense: Russia never committed at the 1994 Budapest OSCE summit to compel any part of Ukraine to remain within its borders against the will of local populations. Furthermore, she argues that the Budapest Memorandum's provisions simply do not apply to circumstances arising from domestic political or socioeconomic factors. The loss of Ukraine's territorial integrity is therefore categorized as the result of "complex internal processes" with which Russia and its Budapest obligations have no connection. This argument structurally mirrors Western legal doctrines around self-determination while selectively applying them to justify Crimea and the Donbas incorporations. The framing shifts moral and legal responsibility entirely onto Ukraine's internal dysfunction — its failure to manage nationalism, its socioeconomic contradictions — and away from any Russian military or political action. “Russia, at the OSCE summit in Budapest in 1994 and during the sideline events of that summit, did not undertake obligations to compel any part of Ukraine to remain within its borders against the will of the local population.” “The provisions of the Budapest Memorandum do not extend to circumstances that have arisen as a consequence of domestic political or socioeconomic factors.”
Таким образом, утрата Украиной территориальной целостности стала результатом сложных внутренних процессов, к которым Россия и ее обязательства по Будапештскому меморандуму отношения не имеют, а, следовательно, ни о каких нарушениях Будапештского меморандума со стороны России не может быть и речи.	Full house translation — pending review Thus, Ukraine's loss of territorial integrity became the result of complex internal processes, to which Russia and its commitments under the Budapest memorandum have no relation, and, consequently, there can be no talk of any violations of the Budapest memorandum on the part of Russia.
4 The 1997 Treaty of Friendship as the Superior Binding Legal Instrument
Вместе с тем Россию и Украину связывал более важный юридический документ, который систематически нарушала Украина до начала специальной военной операции – Договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной, подписанный 31 мая 1997 года и вступивший в силу 1 апреля 1999 года (далее – Договор). Этот документ по сути регулировал все последствия выхода Украины из единого государства с Россией.	Theme summary — not a full translation of this passage Having minimized the Budapest Memorandum's legal weight, Zakharova pivots to elevate a different document: the Treaty of Friendship, Cooperation and Partnership between Russia and Ukraine, signed 31 May 1997 and in force from 1 April 1999. She explicitly labels this "a more important legal document" — a genuine international treaty as opposed to the Memorandum — which she claims Ukraine systematically violated prior to the Special Military Operation. This treaty is positioned as the true foundational bilateral instrument regulating all consequences of Ukraine's separation from the common Soviet state with Russia. Zakharova proceeds to use multiple specific articles of this Treaty as the backbone of Russia's accusation that Ukraine — not Russia — is the habitual violator of bilateral commitments, effectively inverting the narrative in which Zelensky accuses Russia. “Russia and Ukraine were bound by a more important legal document, which Ukraine systematically violated before the start of the Special Military Operation — the Treaty of Friendship, Cooperation and Partnership between the Russian Federation and Ukraine, signed on 31 May 1997 and entering into force on 1 April 1999.” “This document essentially regulated all consequences of Ukraine's departure from the common state with Russia.”
5 Treaty Article 6 — Ukraine's Obligation Not to Join Military Alliances Against Russia
Договор характеризует взаимоотношения России и Украины «как дружественные, равноправные» и накладывает обязательство основывать «свои отношения на взаимном уважении и доверии, стратегическом партнерстве и сотрудничестве» (статья 1), принимать «необходимые меры с тем, чтобы способствовать процессу всеобщего разоружения, созданию и укреплению системы коллективной безопасности в Европе» (статья 4), «не заключать с третьими странами каких-либо договоров, направленных против другой Стороны», не допускать, «чтобы ее территория была использована в ущерб безопасности другой Стороны» (статья 6).	Theme summary — not a full translation of this passage Article 6 of the 1997 Treaty is Zakharova's primary legal weapon. It obligated each party not to conclude agreements with third countries directed against the other, and not to permit its territory to be used to the detriment of the other party's security. Zakharova applies this directly to Ukraine's NATO trajectory, arguing that every step of integration — from the 2004 NATO support memorandum ratification, to the 2005 military doctrine amendment declaring NATO membership a strategic goal, to the 2008 MAP request, to the 2019 constitutional enshrinement of NATO membership — constituted progressive and worsening violations of Article 6. The constitutional amendment of 7 February 2019, which formally embedded NATO aspirations in Ukraine's Basic Law, is presented as the decisive moment when Ukraine officially abandoned the neutral, non-bloc status that had been a foundation of its international recognition in the 1990s. “Not to conclude with third countries any agreements directed against the other Party, not to permit its territory to be used to the detriment of the other Party's security (Article 6).”
Руководство Украины на протяжении целого ряда лет проводило политику грубого и систематического нарушения положений Договора, которая должна квалифицироваться как отказ от его выполнения, что в дальнейшем, в частности, и привело к принятию российским руководством решения о начале специальной военной операции.	Full house translation — pending review The leadership of Ukraine over a whole number of years conducted a policy of gross and systematic violation of the provisions of the Treaty, which must be qualified as a refusal to carry it out, which later, in particular, also led to the adoption by the Russian leadership of the decision to begin the special military operation.
6 The Chronological NATO Integration Timeline as Evidence of Systematic Violation
В нарушение положений Договора 7 апреля 2004 года Президент Украины подписал закон «О ратификации Меморандума о взаимопонимании между Кабинетом министров Украины и штабом Верховного главнокомандующего объединенных вооруженных сил НАТО в Атлантике и штабом Верховного главнокомандующего объединенных вооруженных силы НАТО в Европе в отношении обеспечения поддержки операций НАТО со стороны Украины».	Theme summary — not a full translation of this passage Zakharova presents a detailed, date-stamped chronological account of Ukraine's NATO integration steps, treating each as a discrete violation building upon the previous one. The sequence — the April 2004 ratification of a memorandum granting NATO forces access to Ukrainian territory, the April 2005 Military Doctrine amendment designating NATO membership as a strategic goal, the 2008 MAP application, and ultimately the February 2019 constitutional amendment — is framed not as sovereign foreign policy choices but as a cumulative, deliberate, legally prohibited dismantlement of Ukraine's commitments under the 1997 Treaty. This chronological architecture serves an important rhetorical function: it shows Russia's grievances as long-standing and legally documented rather than sudden pretexts for the 2022 operation. “On 7 April 2004, the President of Ukraine signed the law 'On ratification of the Memorandum of Understanding between the Cabinet of Ministers of Ukraine and the Headquarters of the Supreme Allied Commander Atlantic and the Headquarters of the Supreme Allied Commander Europe regarding the provision of support for NATO operations by Ukraine.”
Этот Меморандум предусматривает, что Украина будет предоставлять техническую, информационную и другую помощь военным подразделениям НАТО во время выполнения ими операций или проведения учений. Также разрешается временная дислокация подразделений, которые подчиняются Стратегическому командованию НАТО, на территории Украины. В апреле 2005 года Президент Украины внес поправки в Военную доктрину Украины, согласно которым членство в НАТО было заявлено как стратегическая цель государства.	Selected quote translation In April 2005, the President of Ukraine introduced amendments to Ukraine's Military Doctrine, under which NATO membership was declared a strategic goal of the state. And in 2008, Ukraine applied to NATO to join the 'Membership Action Plan.
А в 2008 году Украина обратилась в НАТО с просьбой присоединить страну к «Плану действий по членству в НАТО». 3 сентября 2018 года Президентом Украины в Верховную Раду Украины был представлен законопроект о внесении изменений в Конституцию Украины (относительно стратегического курса государства на приобретение полноправного членства Украины в Европейском Союзе и в Организации Североатлантического договора), который 7 февраля 2019 года был принят Верховной Радой. 21 февраля 2019 года после подписания Президентом Украины указанный закон вступил в силу.	English translation not available for this passage
Таким образом, стратегический курс Украины на приобретение полноправного членства в Организации Североатлантического договора был закреплен на конституционном уровне, что фактически нарушает положения статьи 6 Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной.	Full house translation — pending review Thus, Ukraine's strategic course toward acquiring full membership in the North Atlantic Treaty Organization was fixed at the constitutional level, which in fact violates the provisions of article 6 of the Treaty on Friendship, Cooperation and Partnership between the Russian Federation and Ukraine.
10 NATO Expansion as the Root Cause of the Conflict — and Russia's Resolve
Именно в этот момент Украина официально отказалась от одной из основ своего международного признания другими государствами в 1990-е годы – нейтрального и внеблокового статуса, нарушив тем самым в том числе и Будапештский меморандум 1994 года. А безудержное расширение альянсом геополитического пространства вплоть до наших границ, включая Украину, стало одной из первопричин конфликта. Без её устранения невозможно и его урегулирование. Россия будет добиваться решения этой задачи военными или политическими методами.	Theme summary — not a full translation of this passage In what is one of the most politically significant passages of the response, Zakharova breaks from the legal analysis to deliver Russia's strategic position on the conflict's origins and trajectory. The "unchecked expansion" of NATO's geopolitical space "all the way to our borders, including Ukraine" is identified as "one of the primary causes of the conflict." She then states explicitly that this cause must be eliminated for any settlement to be possible, and that Russia will pursue this objective "by military or political means." This is not framed as a condition for negotiations but as a declared policy goal. The statement that Russia has "already proposed various options" implicitly references prior diplomatic overtures that, in Russia's telling, were rejected by the West — reinforcing the narrative that Russia attempted peaceful solutions before resorting to force. “The unchecked expansion of the alliance's geopolitical space all the way to our borders, including Ukraine, became one of the primary causes of the conflict.” “Without eliminating it, settlement of the conflict is also impossible. Russia will pursue the resolution of this task by military or political means.”
Мы уже предлагали разные варианты. Вернемся к Договору. В статье 12 закреплено, что «Высокие Договаривающиеся Стороны обеспечивают защиту этнической, культурной, языковой и религиозной самобытности национальных меньшинств на своей территории и создают условия для поощрения этой самобытности.	Full house translation — pending review We have already proposed various options. Let us return to the Treaty. Article 12 states that "the High Contracting Parties ensure the protection of the ethnic, cultural, linguistic, and religious identity of national minorities on their territory and create conditions for the encouragement of this identity.
7 Treaty Article 12 — Systematic Suppression of Russian-Language Minority Rights
Каждая из Высоких Договаривающихся Сторон гарантирует право лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, индивидуально или совместно с другими лицами, принадлежащими к национальным меньшинствам, свободно выражать, сохранять и развивать свою этническую, культурную, языковую или религиозную самобытность и поддерживать и развивать свою культуру, не подвергаясь каким-либо попыткам ассимиляции вопреки их воле.	Theme summary — not a full translation of this passage Zakharova devotes substantial attention to Article 12 of the 1997 Treaty, which required both parties to protect the ethnic, cultural, linguistic, and religious identity of national minorities, guarantee their human rights without discrimination, and provide equal conditions for the study of the Russian language in Ukraine and the Ukrainian language in Russia. She argues this article has been "systematically and substantially violated" by Ukraine, connecting it directly to the post-2014 political course she attributes to a "coup organized and financed by the West." The suppression of the Russian language, Russian culture, and the persecution of the Ukrainian Orthodox Church are cited as ongoing evidence. The framing portrays the Russian-speaking population of Ukraine as a protected group whose rights Ukraine — the accused — has destroyed, positioning Russia as the legitimate defender of these rights. “Each of the High Contracting Parties shall guarantee the right of persons belonging to national minorities, individually or jointly with other persons belonging to national minorities, to freely express, preserve, and develop their ethnic, cultural, linguistic, or religious identity and to maintain and develop their culture, without being subjected to any attempts at assimilation against their will.”
Высокие Договаривающиеся Стороны гарантируют право лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, полностью и эффективно осуществлять свои права человека и основные свободы и пользоваться ими без какой-либо дискриминации и в условиях полного равенства перед законом.	Full house translation — pending review The High Contracting Parties guarantee the right of persons belonging to national minorities to exercise their human rights and fundamental freedoms fully and effectively and to enjoy them without any discrimination and in conditions of full equality before the law.
Высокие Договаривающиеся Стороны будут содействовать созданию равных возможностей и условий для изучения русского языка в Украине и украинского языка в Российской Федерации, подготовки педагогических кадров для преподавания на этих языках в образовательных учреждениях, оказывать в этих целях равноценную государственную поддержку». Совершенно очевидно, что эта статья систематически и существенным образом нарушалась и продолжает нарушаться Украиной.	English translation not available for this passage
И, как известно, после госпереворота 2014 года, организованного и профинансированного Западом, Украина последовательно проводит политику по искоренению русского языка, русской культуры и вообще всего русского. Беспрецедентным гонениям и преследованию подверглась Украинская православная церковь. Об этом мы говорим практически на каждом брифинге по актуальным вопросам внешней политики.	Selected quote translation After the coup of 2014, organized and financed by the West, Ukraine has been consistently pursuing a policy of eradicating the Russian language, Russian culture, and everything Russian in general.
Согласно статье 13 Договора «Высокие Договаривающиеся Стороны развивают равноправное и взаимовыгодное сотрудничество в экономике, воздерживаются от действий, могущих нанести экономический ущерб друг другу [...] Стороны будут стремиться к согласованию своей финансовой, денежно-кредитной, бюджетной, валютной, инвестиционной, ценовой, налоговой, торгово-экономической, а также таможенной политики, к созданию равных возможностей и гарантий для хозяйствующих субъектов...».	English translation not available for this passage
8 Treaty Article 13 — Economic Betrayal via the EU Association Agreement
Проигнорировав положения этой статьи, Украина начала переговоры с Европейским союзом по Соглашению об ассоциации, отказавшись при этом обсуждать с Российской Федерацией вопрос о том, каким образом это Соглашение будет совмещаться с Договором о зоне свободной торговли, подписанным государствами-участниками СНГ 18 октября 2011 года. 21 марта 2014 года была подписана политическая часть Соглашения об ассоциации с ЕС, а 27 июня 2014 года – экономическая часть Соглашения.	Theme summary — not a full translation of this passage Article 13 of the 1997 Treaty required both parties to develop equitable and mutually beneficial economic cooperation, refrain from actions that could cause economic harm to each other, and coordinate financial, monetary, trade, investment, and customs policies. Zakharova argues that Ukraine violated this article when it pursued the EU Association Agreement without consulting Russia on how it would interact with the CIS Free Trade Zone Agreement signed on 18 October 2011. She frames Ukraine's signing of the political portion of the EU Association on 21 March 2014 and the economic portion on 27 June 2014 as a de facto rejection of its Treaty obligations toward Russia. This argument attempts to legalize Russia's prior economic pressure on Ukraine's EU integration path, retrospectively presenting objections to the Association Agreement as Treaty-bound requirements rather than geopolitical interference. “Ukraine began negotiations with the European Union on the Association Agreement, while refusing to discuss with the Russian Federation the question of how this Agreement would be compatible with the Free Trade Zone Agreement signed by the CIS member states on 18 October 2011.”
Подписывая это Соглашение, Украина, по сути, отказалась от выполнения своих обязательств по упомянутой статье 13 Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной.	Full house translation — pending review By signing this Agreement, Ukraine in essence refused to fulfill its obligations under the mentioned article 13 of the Treaty on Friendship, Cooperation, and Partnership between the Russian Federation and Ukraine.
Согласно статье 16 Договора «Высокие Договаривающиеся Стороны взаимодействуют в ООН и других международных организациях, включая экономические, финансовые, оказывают поддержку друг другу во вступлении в международные организации и присоединении к соглашениям и конвенциям, участником которых не является одна из Сторон».	Full house translation — pending review According to article 16 of the Treaty, "The High Contracting Parties interact in the UN and other international organizations, including economic and financial ones, render support to each other in joining international organizations and in acceding to agreements and conventions of which one of the Parties is not a participant."
9 Treaty Article 16 — Ukraine's Anti-Russian Activity in International Organizations
Вопреки этому положению Украина не взаимодействовала с Российской Федерацией в международных организациях и являлась автором, а также активно поддерживала целый ряд инициатив в ООН и других организациях, направленных против интересов Российской Федерации. Таким образом, целый ряд нарушений Договора Украиной представляет собой нарушение и других договоров, норм и принципов международного права, включая Устав ООН.	Theme summary — not a full translation of this passage Article 16 of the 1997 Treaty required both parties to cooperate in the UN and other international organizations, including economic and financial ones, and to support each other in joining international organizations and acceding to agreements to which the other was not yet a party. Zakharova accuses Ukraine of systematically ignoring this obligation, noting that Ukraine not only failed to cooperate with Russia in international forums but actively authored and supported initiatives in the UN and other organizations directed against Russia's interests. This accusation is presented as compound: violations of the Treaty's Article 16 simultaneously constitute violations of other international agreements, norms, and principles — including the UN Charter itself. This elevation to UN Charter level amplifies the rhetorical stakes considerably. “Contrary to this provision, Ukraine did not cooperate with the Russian Federation in international organizations and was the author of, as well as actively supporting, a number of initiatives in the UN and other organizations directed against the interests of the Russian Federation.” “A whole series of violations of the Treaty by Ukraine simultaneously constitute violations of other treaties, norms, and principles of international law, including the UN Charter.”
11 Zelensky's "Selective Memory" and Western Complicity in Narrative Distortion
Приведенные выше примеры являются частичным разбором тех правовых норм, которые Украина нарушила, но со всей очевидностью показывают избирательность памяти В.Зеленского и его кураторов на Западе. Обвиняя Россию в нарушении Будапештского меморандума, они почему-то не вспоминают о многолетнем саботирования основополагающего двустороннего российско-украинского документа.	Theme summary — not a full translation of this passage Zakharova concludes her legal analysis with a direct rhetorical attack on Zelensky and his Western "handlers" (кураторы), accusing them of deliberate "selective memory." The argument is that while Kyiv loudly accuses Russia of violating the Budapest Memorandum, it conspicuously omits any mention of Ukraine's own sustained sabotage of the 1997 Treaty of Friendship — the more legally binding and substantively comprehensive bilateral document. Zakharova notes with pointed sarcasm that not a single relevant international body has drawn attention to Ukraine's Treaty violations, framing this institutional silence as evidence of systematic Western bias. The West's failure to hold Ukraine accountable is equated with complicity in the underlying conditions that, in Russia's narrative, made the Special Military Operation inevitable. “The examples cited above constitute a partial analysis of the legal norms that Ukraine has violated, but with full clarity demonstrate the selective memory of V. Zelensky and his handlers in the West.” “In accusing Russia of violating the Budapest Memorandum, they somehow fail to recall the many years of sabotage of the foundational bilateral Russian-Ukrainian document.”
Также ни одна из профильных международных структур не обратила внимание на упомянутые выше нарушения со стороны Украины Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной, которые во многом обусловили начало специальной военной операции.	Full house translation — pending review Also, not one of the relevant international structures paid attention to the above-mentioned violations by Ukraine of the Treaty on Friendship, Cooperation, and Partnership between the Russian Federation and Ukraine, which in many ways conditioned the start of the special military operation.
Вышеперечисленные факты, как и многие другие, о которых мы говорим ежедневно, свидетельствуют о том, что цели и задачи специальной военной операции сохраняют свою актуальность и они будут выполнены, как об этом неоднократно заявляло российское руководство.	Full house translation — pending review The facts listed above, like many others of which we speak daily, testify that the goals and tasks of the special military operation retain their relevance, and they will be fulfilled, as the Russian leadership has repeatedly declared.