Transcript
Sergey Lavrov Interview with RT, Moscow, 5 February 2026
English includes full house translations. Review is pending; untranslated passages and selected digest glosses remain labelled.
| Русский | English |
|---|---|
| 1 RT Interview from the Russian Foreign Ministry — Historic Diplomatic Setting | |
| Вопрос (перевод с английского): Добрый день. Я Рик Санчез. Сегодня мы выходим на связь с Вами из особого места – Министерства иностранных дел России. Ох, если бы эти стены могли разговаривать! Это особенный опыт. Для меня как американского журналиста это возможность поделиться с нашей западной аудиторией более глубоким пониманием российской позиции. Особенно из этого исторического и величественного места. Проходя по коридорам этого здания, мы видим портреты Л.Д.Троцкого, А.А.Громыко, Э.А.Шеварнадзе. Имена, которые творили историю XX века. Это и есть сегодняшняя Россия. Для меня большая честь рассказать вам эту историю именно из этого места и в присутствии человека, которого многие считают голосом Российской Федерации на международной арене – Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова. Спасибо, что Вы сегодня с нами. Я был крайне удивлен, когда услышал заявление Канцлера Германии Ф.Мерца о том, что Россия – самая крупная страна в Европе. Далее он продолжил говорить в таком ключе, как будто он приглашает Россию вернуться в европейское сообщество. Но это тот же человек, который совсем недавно хотел практически идти войной на Россию. Что Вы думаете о его комментариях? | Question: Hello again, everybody. I’m Rick Sanchez, and we are coming to you today from a different location, the Foreign Ministry of the Russian Federation. Oh, if these walls could talk! This is such a special experience. I think for me, as an American journalist, to be able to share with what are in many ways a Western audience a better understanding of the Russian perspective, especially coming from this place, with the history of this place, the majesty of this place. You walk the halls of this place, just the names, the images. You see Trotsky, Gromyko, Shevardnadze. The people who we grew up watching create the story of what Russia is today as a matter of fact. It is an absolute honour for me to be able to bring this story from this location, and to be in the presence of the man who many consider to be the voice of the Russian Federation certainly from a global perspective – the Foreign Minister of the Russian Federation, Mr Sergey Lavrov. Mr Lavrov, thank you so much for joining us here. It is such a pleasure. Thank you so much. I guess we have to start with some of the things that are going on right now. I think probably the most important thing happens to be taking place in Europe. And let me ask you this, because I was kind of taken aback when I heard this. Recently, the Chancellor of Germany, Friedrich Merz, said that Russia is the largest country in all of Europe. And then he went on to make it sound as if he’s inviting Russia to be back to the European community. But this is the same man who, just recently, seemed to almost be wanting to go to war with Russia. What do you make of his comments? |
| 2 Merz's Contradictory Rhetoric — Inviting Russia to Europe While Preparing for War | |
| С.В.Лавров: За последние полтора месяца многие европейские политики говорили на тему отношений с Российской Федерацией. До недавнего времени они исключительно в унисон требовали быть твердыми, не ослаблять поддержку и поставки оружия на Украину, финансировать её для того, чтобы Россия потерпела «стратегическое поражение» на поле боя. Затем, когда поняли, что это все иллюзии, они сменили риторику. Их «планировщики», военные деятели готовили эту операцию, готовили украинцев для того, чтобы те своими руками и телами продвигали европейские интересы в войне с Россией. Но они поняли, что все эти планы провалились. Никто не смог сделать выводы из прошлых событий – вспомните «попытки» Наполеона и Гитлера. И вот они в очередной раз собрали под теми же нацистскими знаменами практически всю Европу, но только в отличие от Наполеона и Гитлера – пока еще не на поле боя, а в виде доноров, спонсоров, поставщиков вооружений, идеологических лидеров, и под теми же нацистскими знаменами бросили украинскую армию вместе с наемниками из разных стран, официальными инструкторами из стран НАТО. Мы об этом знаем. Эта очередная попытка привела к тому же, к чему приводили «авантюры» Наполеона и Гитлера. Но историю на Западе учат плохо. Видим это. Особенно в Германии, которую Вы упомянули. Было несколько относительно спокойных лет при бывшем канцлере ФРГ А.Меркель, при таком не очень понятном периоде, когда канцлером был О.Шольц. Когда Ф.Мерц занял пост канцлера, он сделал яркие заявления, которые наводят на серьезные мысли. Сначала он сказал, что, снял конституционные ограничения на расходы на военные нужды. Затем он заявил, что это все необходимо для того, чтобы Германия вновь – подчеркиваю это слово – стала главной военной силой в Европе. Это достаточно серьезно отражает его менталитет и то направление, в котором идут его мысли. После этого он неоднократно повторял эту мысль. На практике то, что он делает, – это подготовка к войне. То же самое происходило и во Франции. Президент Э.Макрон неоднократно говорил, что Украина не может проиграть. Уже не говорю про остальных – Премьер-министра Британии К.Стармера, главу Еврокомиссии У.фон дер Ляйен и Генсека НАТО М.Рютте. Недавно Канцлер ФРГ Ф.Мерц сказал что-то вроде того, что Россия – это самая большая страна Европы. Хотелось бы сразу поправить. Россия – самая большая страна в Евразии (а не в Европе) и в мире. Нас в данном случае интересует Евразия как континент. Все предпринимавшиеся до сих пор попытки обеспечить безопасность на этом пространстве касались исключительно западной части Евразии – так называемой Европы. Все они выстраивались в русле евроатлантической концепции безопасности (НАТО). Американцы не хотели и не хотят оставлять европейцев одних. Они хотят, чтобы европейцы сами оплачивали все свои военные приготовления, покупали оружие в США. Но терять контроль, «пригляд» за своими натовскими союзниками из Европы США, конечно же, не хотят. Потом появилась Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе, которая тоже символизировала движение от «холодной войны» к мирному сосуществованию: равноправие, консенсус (все решается только с общего согласия) и многое другое. То, что ОБСЕ полностью себя дискредитировала, сейчас об этом даже говорить не приходится. Все это видят. Даже те, кто в период распада СССР и исчезновения Организации Варшавского договора говорили, что надо теперь и НАТО «закрывать», и, мол, давайте вместо альянса и Организации Варшавского договора будем укреплять ОБСЕ как нашу коллективную структуру, базирующуюся на честном равноправном балансе интересов. Сейчас они вспоминают об этом. Тогда у них это не получилось, потому что ни США, ни англичане, ни другие ведущие страны Североатлантического альянса категорически не хотели его распускать, а решили сделать наоборот. Настал «конец истории», о котором сказал Ф.Фукуяма, – либеральная идеология, «демократия» в ее западном понимании, НАТО как гарант безопасности везде и всюду. Теперь они, дескать, будут доминировать. Эта психология привела к нынешней ситуации. Когда параллельно с ослаблением евроатлантических структур (ЕС тоже стал придатком НАТО, они даже документы подписали) голову стала поднимать Германия, то это начало вызывать тревогу не только у нас, но и во многих странах Европейского Союза. Там нарастает фронда и желание не позволить Германии в очередной раз подмять под себя всех остальных, тем более, что это «возрождение ФРГ» открыто увязывается Ф.Мерцем и его правительством с ее милитаризацией, подготовкой к войне. Министр обороны Германии Б.Писториус по-прежнему говорит, что 2029-2030 гг. – рубеж, к которому им надо быть готовыми к войне против России. Не знаю, кого они пытаются убедить в том, что Россия будет на них нападать. Достаточно знать историю для того, чтобы такие глупые мысли тебя не посещали. Взгляните на аргументы, которые мы слышим от европейцев: «Россия ослабла», «Россия еле-еле продвигается по украинской территории», «Россия захватывает в день по чайной ложке этой земли», «у России ничего не получается», «пятый год войны», «огромные потери». Они пишут, что «Россия вынуждена преодолевать отставание по многим видам вооружений», рисуя для своих избирателей картинку слабой в военном и экономическом отношении России. При этом они тут же без какой-либо «прокладки» перекидывают «мостик» к тому, что поэтому надо готовиться к нападению России на них. Но если вы нас описываете как военно- и экономически ослабленную страну, то имейте хоть какое-то воображение, чтобы «вправлять мозги» своим избирателям чуть поэлегантнее. Разговоры, о которых Вы упомянули, появились не только в Германии. Пару недель назад Президент Франции Э.Макрон в очередной раз заявил, что как-нибудь позвонит Президенту России В.В.Путину. Это несерьезно. Это жалкая дипломатия. Если ты хочешь позвонить и о чем-то поговорить всерьез, то позвони. Президент России всегда возьмет трубку, выслушает любые предложения, а если речь пойдет о серьезных предложениях, то смею Вас заверить – они не останутся без серьезной, конкретной, практической реакции. У нас есть контакты с некоторыми европейскими лидерами. Они звонят и просят не объявлять об этих разговорах. Некоторые появляются здесь и «подпольно» контактируют. Но ничего из того, что европейские партнеры сообщают нам в ходе этих закрытых и конфиденциальных контактов, ничем не отличается от того, что они говорят публично. Это те же призывы: «давайте заканчивать», «надо что-то делать». Не вижу у Европы какой-либо позиции. Они попали в собственную ловушку. Заняли бескомпромиссную позицию: «стратегическое поражение России», «Украина не может проиграть, а Россия не может победить, иначе Европа потеряет лицо». Все то, что они сейчас делают, – не допустить и сорвать переговоры, которые наметились между нами и американцами, и теперь к ним подключаются украинские представители. | Sergey Lavrov: Over the past 45 days, many European politicians have addressed relations with the Russian Federation. Until recently, they were united in demanding firmness, not scaling back support or weapons supplies to Ukraine, and financing it to make sure Russia suffers a “strategic defeat” on the battlefield. Then, when they realised that all of this was an illusion, they changed their rhetoric. Their planners – military officials – prepared this operation, trained the Ukrainians so that they would advance European interests in the war against Russia with their own hands and bodies. However, they realised that all their plans had failed. No one learned from past events. Remember the attempts made by Napoleon and Hitler. This time again, they gathered almost all of Europe under the same Nazi banners, but unlike Napoleon and Hitler not yet on the battlefield, but as donors, sponsors, arms suppliers, and ideological leaders and, under the same Nazi banners, they engaged the Ukrainian army and mercenaries from different countries, as well as official instructors from NATO countries. We are aware of this. This latest attempt has led to the same outcome as the adventures of Napoleon and Hitler. But history is poorly taught in the West. We can see this, especially in Germany, which you mentioned. There were a few relatively calm years under former German Chancellor Angela Merkel, and then a somewhat unclear period when Olaf Scholz was Chancellor. When Friedrich Merz took office as Chancellor, he made a few statements that gave cause for serious thought. First, he said that he had lifted constitutional restrictions on military spending. Then he stated that this was all necessary for Germany to once again - I emphasise this - become the principal military power in Europe. This strongly reflects his mindset and his train of thoughts. He repeatedly reiterated this idea on later occasions. In practice, what he is doing comes down to preparations for war. The same was happening in France. President Emmanuel Macron repeatedly stated that Ukraine couldn’t lose. I won’t even say anything about British Prime Minister Keir Starmer, European Commission President Ursula von der Leyen, and NATO Secretary General Mark Rutte. Recently, German Chancellor Friedrich Merz made a comment describing Russia as the largest country in Europe. I must correct this immediately. Russia is the largest country in Eurasia – and in the world. For our purposes, we are interested in the continental view of Eurasia. To date, all attempts to ensure security in this space have focused exclusively on its western part – so-called ‘Europe.’ All were aligned with the Euro-Atlantic security concept (embodied by NATO). The Americans have never wanted, and still do not want, to leave the Europeans to their own devices. Their goal is for Europeans to finance all their own military preparations by buying US weaponry, while the US naturally retains control and the role of ‘guardian’ over its NATO allies. Subsequently, the Organisation for Security and Cooperation in Europe emerged, symbolising a shift from the Cold War towards peaceful coexistence based on principles of equality and consensus, with all decisions made unanimously. That the OSCE has now completely discredited itself is beyond debate. Everyone sees it, even those who suggested, after the USSR’s collapse and the Warsaw Pact’s dissolution, that NATO should be ‘closed down’ and the OSCE strengthened as a fair, balanced, collective structure. Many now recall those ideas. That effort failed because the US, the UK, and other leading NATO members categorically rejected dissolving the Alliance and instead chose to do the opposite. We saw the arrival of Francis Fukuyama’s ‘end of history’ – liberal ideology, Western-style ‘democracy,’ and NATO as the universal security guarantor. The belief that this model would now dominate everywhere has led directly to the current situation. As Euro-Atlantic structures have weakened (the EU having become a mere appendage of NATO, a status even formalised in documents) Germany’s rising profile has caused alarm, not only in our country but in many EU capitals. There is growing resentment and a palpable desire to prevent Germany from subjugating all others once more, especially as Germany’s being “back on track,” proclaimed by Friedrich Merz and his government, is openly linked to the country’s rapid militarisation and preparations for war. German Defence Minister Boris Pistorius continues to state that 2029-2030 is the deadline by which Germany must be ready for war with Russia. I don’t know who they are trying to convince that Russia will attack them. A basic knowledge of history should dispel such foolish ideas. Consider the arguments we hear from Europeans: ‘Russia has weakened,’ ‘Russia is barely advancing in Ukraine,’ ‘seizing a teaspoon of land a day,’ ‘Russia is failing,’ ‘it’s the fifth year of war,’ ‘huge losses.’ They claim Russia is ‘struggling with a lag in many types of armaments,’ painting a picture for their voters of a weak state, both militarily and economically. Then, without any logical preamble, they leap to the conclusion that they must therefore prepare for a Russian attack. If you are describing us as weakened, at least employ some imagination and craft a more graceful narrative for your brainwashing efforts. This rhetoric you mentioned is not confined to Germany. A few weeks ago, French President Emmanuel Macron stated once again that he would call President Putin ‘someday.’ This is not serious diplomacy; it is pathetic. If you wish to call and discuss something seriously, then call. The Russian President will always answer, will listen to any proposal, and if it is serious, I can assure you it will receive a serious, concrete, and practical response. We do maintain contacts with some European leaders. They call and ask us not to publicise the conversations. Some engage in ‘undercover’ contacts here. Yet nothing they tell us in these closed, confidential meetings differs from their public statements. It is the same old refrain: ‘let’s end this,’ ‘we need to do something.’ I see no coherent position from Europe. They are trapped by their own rhetoric, locked into an uncompromising stance: ‘Russia’s strategic defeat,’ ‘Ukraine cannot lose, and Russia cannot win, otherwise Europe loses face.’ Everything they do now is designed to prevent and disrupt the negotiations that have been taking shape between us and the Americans, and which Ukrainian representatives are now joining. |
| 3 European Shift from Strategic Defeat Demands to Dialogue Without Historical Lessons | |
| Вопрос (перевод с английского): Звучит так, что Вы уже «обжигались» столько раз, что теперь испытываете трудности с доверием, учитывая тот факт, что в начале 1990-х годов Россия делала всё возможное, чтобы сблизиться с США, с Западом. Президент России В.В.Путин и Вы сами неоднократно говорили о планах вступить в НАТО. Я разговаривал с русскими людьми. Общаюсь с русскими, поскольку работаю здесь корреспондентом. Сейчас не чувствую антагонизма русских людей по отношению к Европе. Но есть враждебность, которая исходит от Европы по отношению к русским. Можно ли сказать, что Вы сейчас на той позиции, когда считаете, что «обжигались», и были обмануты так много раз, что просто не готовы к переговорам, как минимум, не на ваших условиях. То есть условия должны устанавливать Вы. Так ли это? | Question: It almost sounds like you’re saying, “We have been burned so many times that we have a hard time right now with trust.” When you consider the fact that in the early 1990s, Russia did everything possible to align itself with the United States, with the West. Mr Putin and yourself have talked about even joining NATO. And now it seems that even though I talk to the Russian people since I’ve been reporting here, I don’t feel a sense of antagonism against Europe from Russians, but I feel a sense of antagonism from Europe against the Russians, right? The Russians don’t feel antagonistic against Europe, but the Europeans feel antagonistic against the Russians. What are you at the point now where the position of Russia is, “We’ve been burned so many times, we have been deceived so many times, we’re just not willing to come to the table, at least not on your terms. We have to set the terms.” Is that kind of where you are right now? |
| 4 Napoleon, Hitler and Nazi Banners — Europe's Repeated Continental Adventures | |
| С.В.Лавров: В значительной степени да. Может быть, не столь обнаженно. Самое главное то, что Вы сейчас сказали – мы совершенно точно «обожглись» на нашем доверии к людям, которые клялись, что не будет расширения НАТО на Восток, ущемления России, что у нас будет общее пространство от Лиссабона до Владивостока, и весь этот огромный континент будет континентом мира, безопасности. Мы создавали с ними Совет Россия – НАТО в стремлении наладить постоянный диалог и повысить доверие, чтобы в рамках этой структуры можно было предъявлять «интересные» сведения о своих вооруженных силах. Там было много всего, в том числе транспарентность. Тем не менее НАТО сначала потеряла смысл существования, затем обрела его в Афганистане. Потом когда в Афганистане этот смысл был публично, прилюдно, на глазах у всего мирового сообщества растоптан, нужно было что-то делать. Они тогда сконцентрировались, собрались и придумали то, что происходит сейчас, и что мы сейчас наблюдаем. Дескать, Россия должна стать «изгоем», и для того, чтобы ее спровоцировать, Украина была «оптимальным материалом», из которого можно было «лепить» что угодно. Тем более, что они этот «материал» «разминали» сразу после исчезновения СССР. Все обещания не расширять НАТО, не внедряться в зону непосредственного соседства с Российской Федерацией – всё это было перечеркнуто. Украину они, как у нас говорят, «пасли» с 1990-х годов. Потратили миллиарды долларов. Бывшая заместитель Госсекретаря США В.Нуланд не так давно призналась, что непосредственно подготовка госпереворота в феврале 2014 г. стоила 5 млрд долларов. Убежден, что общая цифра расходов, потраченных на Украину с момента обретения ею независимости, в несколько раз больше. Украина стала независимой на основе Декларации о государственном суверенитете, которая гласила, что она будет всегда нейтральной, безъядерной и внеблоковой страной. Мы, когда в 1991 г. признавали независимость Украины, признавали именно такое государство – внеблоковое, нейтральное и безъядерное. Поэтому у нас сейчас абсолютно чистая совесть. Её все признали в таком качестве, включая Запад. А потом Запад стал делать из этой страны то, что ему казалось нужным, а не то, что было записано в Декларации о независимости, которая была принята украинским народом. | Sergey Lavrov: To a significant degree, yes – though perhaps not so bluntly. The crux of what you have just articulated is this: we have indeed been “burned” by our trust in those who swore that NATO would not expand eastwards, that Russia would not be marginalised, and that we would forge a common space from Lisbon to Vladivostok – a vast continent of peace and security. We established the Russia-NATO Council in an effort to foster sustained dialogue and build confidence, creating a framework under which “interesting” disclosures about military capabilities could be shared. There was much to it, including transparency. Yet NATO first lost its reason for existence, then found renewed purpose in Afghanistan. When that purpose was publicly, shamelessly trampled before the eyes of the international community, action was needed. So, they regrouped, convened, and contrived the situation we witness today – declaring Russia a “pariah” and identifying Ukraine as the “optimal material” with which to provoke us, a pliable entity to be shaped as they saw fit. Moreover, they had been “kneading” this “material” since the very collapse of the USSR. Every pledge – no NATO expansion, no encroachment into Russia’s immediate neighbourhood – was obliterated. Ukraine, as we say, had been “groomed” since the 1990s. Billions of dollars were spent. Former US Under Secretary of State Victoria Nuland recently admitted that the direct preparation of the February 2014 coup cost $5 billion. I am convinced the total expenditure on Ukraine since its independence far exceeds that figure. Ukraine became independent under the Declaration of State Sovereignty, which enshrined its neutrality, non-nuclear status, and non-alignment. When Russia recognised Ukraine’s independence in 1991, it recognised precisely such a state – non-aligned, neutral, and free of nuclear arms. Thus, our conscience is entirely clear. The West, too, acknowledged it as such. Yet later, they moulded Ukraine into what suited them – not what was codified in the Declaration of Independence endorsed by the Ukrainian people. |
| 5 Merz Lifts Constitutional Cap on Military Spending — Open Preparation for War | |
| Вопрос (перевод с английского): Вы говорили им об этом? Не прошу Вас делиться подробностями своих переговоров с другими министрами, главами государств в Европе и в США. Но говорили ли Вы им, что всё, что вы хотите, – это нейтральная Украина, что она не должна быть пророссийской или какой-либо еще «про»? Говорили ли Вы, что хотите только, чтобы вас уважали, что вы не планируете их бомбить, вступать в войну с Европой, что вы в принципе не планируете вступать в какую-либо войну? Это как раз то, что они продолжают рассказывать миру. Они заявляют, что Россия агрессивна, в то время как Россия утверждает обратное. | Question: Did you tell them that? Obviously, I do not want you to share the specifics of your conversations with other foreign ministers and other heads of state in Europe and the United States, but did you say to them, look, all we want is a neutral Ukraine – they do not have to be pro-Russian, they do not have to be pro-anything? We want to be respected, and by the way, we have no intention of bombing you. We have no intention of going to war with Europe, we have no intention of going to war – period, which is what they keep telling the world. They say, Russia is very aggressive, and Russia is saying, we are not aggressive. |
| 6 Russia as World's Largest Country in Eurasia — Not a European Security Afterthought | |
| С.В.Лавров: Они ведь много чего говорят мировому общественному мнению. Совсем недавно они говорили, что никто из них не был на острове Дж.Эпштейна. Это их стиль. Что касается Украины. Конечно, мы им всё это говорили. Более того, предъявляли им большое количество фактов нашего сдержанного поведения. Хотя были ситуации, когда эта сдержанность многими в нашей стране воспринималась неоправданной как слабость. В частности, первый «майдан», первый госпереворот был в 2004 г., когда президентом Украины был Л.Д.Кучма, с которым у Президента России В.В.Путина были хорошие отношения. Они откровенно обсуждали любые вопросы. Я присутствовал при телефонном разговоре, когда в кабинете у Президента России В.В.Путина раздался звонок. Звонил его украинский коллега, который сказал, что Запад вывел на площадь Независимости тысячи людей. Дескать, они поставили палатки, размахивают флагами и отказываются признать результаты выборов президента. Сообщил, что у них было оружие. Спросил у Президента России, что ему делать? Президент В.В.Путин ответил, что собеседник сам является президентом, и, если нарушается закон, у них же есть Конституция и одобренные в Парламенте схемы, как бороться с нарушениями закона. Л.Д.Кучма не захотел никаким образом применять силу, проявлять решимость отстоять закон. Вопреки всем нормам законодательства Украины, Конституционный суд назначил третий раунд выборов президента, который не предусмотрен ни в Конституции, ни в каком-либо другом законе, только потому, что Запад финансировал «майдан». Я это прекрасно помню. Это был мой первый год в кресле министра. Тогда многие деятели в Европе, министры иностранных дел, публично заявляли, что украинцы должны выбрать: либо они с Россией, либо они с Европой. Это была их позиция. Никаких единых пространств от Атлантики до Тихого океана – ничего этого вообще не звучало. Только «либо-либо». Мол, мы Европа, а там Россия, вы либо туда, либо к нам. Это был переворот. Мы всё равно стали работать с тем президентом, которого Запад, по большому счёту, назначил по итогам этого третьего тура голосования, – В.А.Ющенко. Он был абсолютно прозападным, с женой американкой, не скрывавшей не только своего гражданства, но и чьи интересы она продвигает на посту первой леди Украины. Всё равно работали. И по газу в том числе. С тогдашним премьер-министром Ю.В.Тимошенко договаривались об энергетическом сотрудничестве, хотя эти люди были однозначно прозападными. Были готовы работать и с теми, кто устроил очередной госпереворот в феврале 2014 г. Когда было подписано соглашение между тогдашним президентом В.Ф.Януковичем и путчистами, там было записано, что будут досрочные выборы, и до этих досрочных выборов должно быть временное правительство национального единства. Подписали. Запад гарантировал – Франция, Германия, Польша. Тогдашний президент США Б.Обама звонил Президенту России В.В.Путину, просил не отговаривать В.Ф.Януковича от подписания этого соглашения. Президент В.В.Путин ответил, что если он видит легитимного президента, принимающего решения в интересах успокоения своей страны, стабилизации обстановки, то как он может быть против этого. Когда через сутки после этого звонка, после подписания соглашения на Украине произошел государственный переворот, мы спросили у американцев, как же так, они же просили нас не сорвать подписание. Было подписано с одной стороны и с другой. Но «другие» люди тут же побежали с оружием в руках занимать правительственные здания. Американцы ушли от ответа. Немцы, французы, которые гарантировали эту договоренность, развели руками, отвели стыдливо глаза и сказали нам, дескать, бывает, что иногда демократия приобретает неожиданные изгибы. Потом, с тех пор, когда эта новая группа, захватившая власть, первым делом сказала, что она отменяет статус русского языка, а вторым они направили боевиков штурмовать здание Верховного Совета Крыма, потому что Крым и Донбасс сказали, что не хотят иметь с ними никакого дела, поскольку эти люди нелегитимны и нарушили договоренность с легитимным президентом. Их назвали террористами, хотя они ни в кого не стреляли, а просто просили оставить их в покое. Потом захватившие власть стали применять боевую авиацию, артиллерию против собственной территории, что запрещено международным гуманитарным правом. Когда это всё началось (состоялся госпереворот), тогдашний генеральный секретарь НАТО А.Ф.Расмуссен, который до подписания соглашения сто раз призывал тогдашнего президента Украины В.Ф.Януковича не применять армию против своего народа, стал призывать путчистов применять силу пропорционально против тех, кто не принял этот госпереворот. Всю историю нынешнего украинского кризиса Запад отсчитывает с середины марта 2014 г., когда Крым провел референдум о воссоединении с Россией. То есть по западной историографии и с точки зрения практической политики Запада, тогда все и началось. Мол, всё было хорошо, вдруг пришли русские, провели референдум, с тех пор и стали накапливаться все эти проблемы. Тогда мы разочаровались в том, что Запад не держит свое слово. Через год после длительных боевых действий были подписаны Минские договоренности. Тогдашние канцлер ФРГ А.Меркель , президент Франции Ф.Олланд, президент Украины П.А.Порошенко и Президент России В.В.Путин всю ночь сидели и работали семнадцать часов. Подписали. Одобрили в Совете Безопасности ООН. А потом Украина не выполняла то, что ей положено, все время ссылалась на нарушения с другой стороны, как и сейчас В.А.Зеленский уже в ходе специальной военной операции , все попытки объявить перемирие, тоже «сваливал» на то, что, мол, Россия… Но мы и тогда поверили. Затем А.Меркель и Ф.Олланд через несколько лет признались, что Минские договоренности нужны были только для того, чтобы выиграть время и вооружить украинскую армию. У нас говорят, что русский мужик долго запрягает, но быстро едет. Мы были готовы доверять ситуации, которая сложилась через две недели после начала специальной военной операции . В апреле 2022 г. в Стамбуле на переговорах мы согласились с тем, что предложили украинцы. Но потом им запретили, и тогдашний Премьер-министр Британии Б.Джонсон, да и другие европейцы тоже сыграли в этом свою роль. У нас большой опыт не то чтобы терпеть («терпеть» – это не очень хороший глагол в русском языке), но опыт накапливания понимания ситуации. Но этот опыт за редчайшим исключением ничему не научил наших европейских коллег. Это абсолютно так. | Sergey Lavrov: They have told international community a lot of different things. Only recently, they said that none of them has ever been to Epstein’s island. That is their way of doing things. As for Ukraine, of course, we told them all this. Moreover, we also provided a great deal of facts demonstrating our restraint, even though many in our country regarded this restraint as unjustified and as weakness. In particular, the first Maidan coup took place in 2004, when Leonid Kuchma served as President of Ukraine. He had good relations with President Vladimir Putin. They held candid discussions on all issues. I was present during their telephone conversation, when President Putin received a call from his Ukrainian colleague, who said that the West had brought thousands of people to Independence Square. He said they had put up tents, waved flags and refused to recognise the results of presidential elections. He said that they had weapons. He asked the President of Russia what he should do. President Putin replied that his interlocutor was a President himself, and when the law is violated, they can rely on the Constitution and the legal framework for fighting those who violate the law as approved by the parliament. Leonid Kuchma was firmly against using force or refrained from taking a firm stand to protect the rule law. Contrary to Ukrainian law, the Constitutional Court ordered the third round of the presidential election, which was not stipulated in the constitution or any other law, simply because the Maidan financed the Maidan revolt. I remember this very well. It was my first year as Foreign Minister. At that time, many political figures in Europe, the foreign ministers, openly said that the Ukrainians had to choose between Russia and Europe. It was their position. No common space from the Atlantic to the Pacific Ocean – they did not mention it. It was only “either or.” There is Europe and Russia, and the choice was between them. It was a coup. We nevertheless worked with Viktor Yushchenko, the President who was basically appointed by West following the third round of the election. He was completely pro-Western, with an American wife who never made secret of her citizenship or whose interests she promoted as the First Lady of Ukraine. But we worked with him anyway, including on gas issues. We discussed energy cooperation with then Prime Minister Yulia Tymoshenko, even though they were clearly pro-Western. We were also ready to work with those who staged another government coup in February 2014. The agreement which President Viktor Yanukovych signed with the coup plotters stipulated an early presidential election and before that, a provisional national unity government. The agreement was signed, with the West – France, Germany and Poland – as its guarantors. Then President of the United States Barack Obama called President Vladimir Putin asking not to dissuade Viktor Yanukovich from signing this agreement. President Vladimir Putin answered that if he sees a legitimate president taking decisions to ease tension in his country and stabilise the situation, he would never oppose this. But a government coup took place in Ukraine the next day after this telephone conversation, and after this agreement was signed. When this happened, we asked the United States, how could this be? After all, they were the ones who asked us not to sabotage this deal. It was signed by both sides. However, those who instantly rushed, arms in hand, to occupy government buildings were someone else. The United States camped on an evasive position. As for the Germans and the French who acted as guarantors, they just made a helpless gesture, looked aside and told us, hey, it happens that democracy takes unexpected turns. This new group which seized power started by proclaiming that it was cancelling the status of the Russian language. Having done that, they sent fighters to attack the Supreme Council building in Crimea, after Crimea and Donbass said that they did not want to have any business with these people because they lacked any legitimacy and failed to honour the agreement with a legitimate president. This is how people in Crimea and Donbass were designated as terrorists, even if they did not fire at anyone. All they did was ask to be left alone. After that, those who seized power started using combat aircraft and artillery against their own land, which is something prohibited under international humanitarian law. When it all started, I mean the government coup, then NATO Secretary General Anders Fogh Rasmussen started calling on those who perpetrated this putsch to use proportionate force against those who refused to accept this government coup. But before the agreement, he called on then President of Ukraine Viktor Yanukovich a hundred times not to use the army against his people. For the West, the ongoing Ukraine crisis started in mid-March 2014 when Crimea held a referendum and voted for reunification with Russia. This is how it all started, according to Western historical chronicles and from a practical political standpoint. They keep pretending that everything was fine, but then Russians came all of a sudden, held a referendum and this is when all these problems started piling up. It was at that time that we lost all illusions and saw that the West was unable to keep its word. The Minsk Agreements were signed one year later in the wake of protracted fighting. Then German Chancellor Angela Merkel, then President of France Francois Hollande, President of Ukraine Petr Poroshenko and President of Russia Vladimir Putin spent the entire night and worked for 17 hours. The agreement was signed. The UN Security Council approved it. But then Ukraine failed to deliver on its commitments and kept referring to the violations by the other side, just like Vladimir Zelensky today, during the special military operation. He has been alleging that Russia was to blame for derailing all the attempts to declare a ceasefire. Even at that time, we believed them. However, several years later, Angela Merkel and Francois Hollande acknowledged that the sole purpose of the Minsk Agreements for them was to win time and rearm the Ukrainian military. Russians are slow starters but drive fast once they get at it, as the saying goes. We demonstrated our readiness to trust others two weeks into the special military operation. During the April 2022 talks in Istanbul, we accepted the Ukrainian proposal. But then someone prevented the Ukrainians from signing the deal, and then UK Prime Minister Boris Johnson, as well as other Europeans played their part. History has taught Russia not so much to endure, especially considering the negative connotations of this word, at least in Russian, but to gradually develop a keener understanding of what is going on. With rare exceptions, our European colleagues have failed to learn anything from this experience. This is the way things are. |
| Вопрос (перевод с английского): Вы поделились важной историей. Вы предоставили нам объяснение того, как проводились перевороты, происходил обман и, по сути, провокации со стороны Запада. Но на Западе единственное, что слышат люди, это то, что Россия – агрессор, и что именно Россия себя агрессивно вела на Украине. Знаю, как Вы относитесь к этой истории. Вы упомянули общую историю того, что сейчас разворачивается в ЕС. С точки зрения того, что сейчас происходит в Америке, что тогда двигало людьми, которые это делали? Это те же люди, которые сейчас замешаны в ситуации с Дж.Эпштейном, который был во многом вовлечен в решения с геополитическими последствиями. | Question: That is an important story that you shared, because you just took us through an explanation of what was deceitful, planned – a coup, and, as many now understand, a provocation on the part of the West. But in the West, the only story that often people hear is that Russia bullied its way into Ukraine, Russia was the aggressor. And it is important, Sir, and I know that you are adamant and passionate about often telling that story, because we mention the big story that is taking place in the United States right now, I am just wondering as well – in the case of what is happening in America right now – what is the nature of some of these people who did this in that moment, and are they the same people or comparable to the people who are caught up in this Epstein situation now, that kind of individuals who have unfortunately in many ways been making decisions, geopolitical decisions about the world? |
| С.В.Лавров: Вы имеете в виду людей на Украине? | Sergey Lavrov: People in Ukraine? |
| Вопрос (перевод с английского): Имею в виду людей с Украины, США, Европы, по сути, по всей Земле. Эти люди были замечены в ужасном скандале с файлами Дж.Эпштейна. Это те же люди, которые привели к тому, что мы сейчас видим на Украине, – к переворотам, обману? | Question: No, I mean people in Ukraine, in the United States, in Europe, all over the place, the type of people we are learning now who were involved in this horrible Epstein thing, people who were deceitful, somewhat decrepit. Are they the same kind of persons who have led to what happened in Ukraine, to the coup in Ukraine, the deceit in Ukraine? Would you say that this is the same kind of person? Or maybe even some of the exact people? |
| 7 OSCE's Discreditation and the Failed Post-Soviet Collective Security Alternative | |
| С.В.Лавров: Д умаю, что относительно конкретных лиц, персон едва ли можно делать такие обобщения. Не верю в то, что называют «глубинным государством», скрытыми фондами, закрытыми группами и приписывают им возможность определять судьбы мира. Все-таки у тех, кого избирают президентами, премьер-министрами, есть достаточно возможностей проводить свою линию. Но они проводят линию, которая заключается в обмане, предполагающую отсутствие способности испытывать стыд, краснеть за то, что ты лгал своему партнеру, – это факт. Таких людей немало. Сейчас они в полной мере проявляются на европейском «небосклоне». Причем никаких выводов они не делают. 4 февраля начались очередные переговоры военных России и Украины. Там же будут присутствовать представители Соединенных Штатов – специальный посланник президента США по Ближнему Востоку С.Уиткофф и Дж.Кушнер. Накануне в Англии, на Британских островах, в газете Financial Times появилось сообщение о том, что русским будет предъявлена чуть ли не в виде ультиматума, согласованная бумага с «гарантиями безопасности» Украине. Они, дескать, означают, что если Россия посмеет вдруг напасть на Украину, или (если они как умные ребята) организуют провокацию под ложным флагом, которая позволит обвинить Россию, то тут же, через 24 часа, они это осуждают и дают Украине карт-бланш на продолжение войны. Через 48 часов они собирают всех «желающих» воевать, а через 72 часа к ним присоединяются Соединенные Штаты. Это бред, но весьма показательный. Что он означает? Весь последний год Запад (Европа) говорил только одно – нужны надежные гарантии безопасности и немедленное прекращение огня. Но без решения вопросов об урегулировании, эти гарантии безопасности будут означать, что прекращение огня будет использовано для накачивания Украины оружием. Эту логику они не услышали и никак не отреагировали. Когда администрация Д.Трампа стала заниматься украинским вопросом (у нас неоднозначно воспринимается то, что она делает в отношении Российской Федерации. У нас есть некоторые романтики и люди, подверженные иллюзиям, могу потом об этом два слова сказать), она действительно решила заняться причинами конфликта. Президент США Д.Трамп публично заявил, что необходимо забыть про НАТО, и вместе со своей командой стал говорить, что нужно учесть реалии «на земле», как они сложились. Это все обсуждалось на Аляске . В очередной раз мы объяснили нашим американским коллегам, что мы не столько про территории, про землю, для нас главное – это люди, которые жили на этих территориях. Русские люди, говорившие и воспитывавшие на русском языке своих детей, столетиями осваивали эти территории. Этих людей – в Крыму, в Донбасской и Луганской областях, в «Малороссии», Херсонской и Запорожской областях – пришедшие в результате госпереворота к власти путчисты назвали «нелюдями». Тогдашний Президент Украины П.А.Порошенко в лицо им заявлял, что украинские дети будут ходить в чистые детские сады, в просторные светлые школы, а дети «террористов» – тех, кто в Донбассе, – будут гнить в подвалах. В.А.Зеленский в 2021 г. задолго до начала специальной военной операции в интервью, отвечая на вопрос, как он относится к людям по ту сторону фронта, сказал, что есть люди, а есть «существа». В другом интервью он добавил, что если живешь на Украине и ощущаешь себя причастным к русской культуре и цивилизации, мол, вот мой тебе совет: ради будущего своих детей и внуков проваливай в Россию. Это то, что лежит в корне отношения нынешней власти ко всему русскому – языку, культуре. То, что этот режим последовательно, начиная с 2019 г., при В.А.Зеленском принял с дюжину законов, запрещающих на всех ступенях русское образование, культуру, СМИ, каноническую Украинскую православную церковь, и легализующих теорию и практику нацизма, в том числе предполагающих уже состоявшуюся установку памятников тем, кто был преступником и был осужден на Нюрнбергском трибунале. Когда нам по-прежнему говорят про «гарантии безопасности», у меня простой вопрос: гарантии безопасности какого государства вы имеете в виду? Того, где в единственной в мире стране запрещен русский язык? В Израиле не запрещен арабский. В арабских странах иврит не запрещен. Нигде язык не запрещен. А на Украине не просто язык, а язык коренного народа этих земель, официальный язык ООН – запрещен. Если они хотят «увековечить» гарантиями безопасности именно этот режим (неважно на какой территории), – это неприемлемо. Даже если они попытаются разменять какие-то «уступки» по русскому языку – это будет подло, нечестно. Потому что и языковые свободы, и религиозные свободы записаны в Уставе ООН . Это не может быть предметом торга. Я не называю это предварительным условием. Надо сказать Украине, что она является членом ООН и должна выполнять Устав Организации. В украинской Конституции записано, что государство обязуется уважать права русского (выделено отдельно) и других национальных меньшинств. Когда эту тему «забывают» на Западе и говорят, что В.А.Зеленскому дадут гарантии безопасности, значит они хотят сохранить его нацистский режим. Это плохо. Возвращаясь к нашим контактам с американцами. Те 28 пунктов, которые нам передали перед Аляской, содержали положения о том, что должны быть восстановлены права национальных меньшинств и религиозные свободы. В последнем варианте, который мы не видели, но который цитируется В.А.Зеленским (он уже говорит про 20 пунктов, мы читали какие-то «кусочки»), там ничего не говорится про восстановление прав русского и других национальных меньшинств, религиозных свобод. Там сказано, что Украина будет проявлять толерантность в соответствии с нормами Европейского союза. Это почему так? Есть нормы, выходящие за «поляну» Евросоюза, а есть те, которые неприемлемы многим странам мира. | Sergey Lavrov: I think that generalisations of this kind can hardly be applied to concrete individuals or persons. I do not believe in what is known as the deep state, all these foundations acting behind the scenes or private groups that are allegedly ruling the world’s destinies. After all, people elected as presidents or prime ministers have what it takes to assert their own policy. But they steer a line that consists in deceit and implies immunity to feeling ashamed or blushing for lying to a partner. This is a fact and there are many people of this sort. Currently they have come into full view all over Europe and they are drawing no conclusions. On February 4, the military from Russia and Ukraine started another round of talks. The talks will be attended by US representatives – US Special Envoy to the Middle East Steven Witkoff and Jared Kushner. A day before that, The Financial Times, a UK-based title, published an article saying that the Russians would be presented with something akin to an ultimatum in the form of a coordinated paper containing the so-called security guarantees for Ukraine. Under these alleged guarantees, if Russia dares to launch a sudden attack on Ukraine, or if someone (clever as they are) masterminds a false-flag provocation that will make it possible to accuse Russia, they will denounce this within 24 hours and give Ukraine a freehand for continuing the war. Within the next 48 hours, they will mobilise all those willing to fight, and, 72 hours later, this coalition will be joined by the United States. This is nonsense and a quite telling one. What do I mean? For the past year, the West (Europe) has been saying the same thing over and over: there must be solid guarantees of security and an immediate ceasefire. But without addressing issues pertaining to settlement, these security guarantees will implicate that the ceasefire will be exploited to funnel more arms into Ukraine. They did not hear this reasoning; neither did they respond in any way. When Donald Trump’s administration began handling the Ukraine issue (We have some mixed views of how this administration acts towards the Russian Federation. We have certain dreamers and people prone to illusion here. I could say a few words about this later), it really decided to look into the root causes of the conflict. US President Donald Trump publicly stated that they can forget about NATO, and he and his team started saying that the reality on the ground must be taken into account. All these matters were discussed in Alaska. Once again, we explained to our American counterparts that this issue is less related to territory, the land. Our priority is the people that have lived in these territories. The Russian people who speak and raise their children to speak Russian, who have developed these territories for centuries. The putschists that came to power through a state coup called these people – in Crimea, Donbass and the Lugansk Region, Malorossiya, the Kherson and Zaporozhye regions – subhumans. Then President of Ukraine Petr Poroshenko told them to their faces that Ukrainian children would go to clean kindergartens and spacious bright schools while children of the “terrorists” in Donbass would rot in basements. In 2021, long before the special military operation, Vladimir Zelensky said in an interview, speaking about his attitude to the people on the other side of the frontline, that there are people and there are “creatures.” In another interview, he added that, if you live in Ukraine and feel connected to the Russian culture and civilisation, you should hit the road and go to Russia for the sake of your children’s and grandchildren’s future. This is the current authorities’ attitude to everything Russian – the language and the culture. This is the fact that since 2019, the regime under Zelensky has consistently adopted a dozen of laws that prohibit at any level Russian education, culture, media, the canonical Ukrainian Orthodox Church, and legalise the theory and practice of Nazism, including the already implemented practice of installing monuments to the criminals convicted during the Nuremberg Trials. When we keep hearing about security guarantees, I want to ask a simple question: the security guarantees for which state are you talking about? The only state in the world where the Russian language is prohibited? Arabic is not prohibited in Israel. Hebrew is not prohibited in the Arab countries. No other country prohibits a language. But Ukraine prohibits not just a language but a language of its indigenous population and an official language of the UN. If they wish to perpetuate this particular regime with security guarantees (it does not matter on what territory), this is unacceptable. Even if they try to throw in some concessions regarding the Russian language, it will be despicable and dishonourable. Because both the language and religious freedoms are enshrined in the UN Charter. They cannot be used as bargaining chips. I would not call this a prerequisite. Ukraine must be told that it is a member of the UN and it must comply with its Charter. According to the Ukrainian Constitution, the state is committed to respecting the rights of the Russian, as highlighted, and other ethnic minorities. When the West forgoes this topic and claims that Zelensky will be given security guarantees, it means they want to preserve his Nazi regime. This is bad news. But back to our contacts with Americans. The 28 points that we received before Alaska contained provisions on reinstating the rights of ethnic minorities and religious freedoms. The latest version that we did not see but that Zelensky has cited (this time, there are 20 points and we have read some snippets) says nothing about reinstating the rights of the Russian and other ethnic minorities or the religious freedoms. It states that Ukraine will exercise tolerance according to the standards of the European Union. Why is that? There are standards that spread beyond the EU’s lawn and there are standards unacceptable to many countries in the world. |
| 8 End of History, NATO Everywhere and the EU as NATO's Appendage | |
| Вопрос (перевод с английского): Сейчас на Украине сложная ситуация. Есть проблемы с энергосистемой. Вчера несколько украинских чиновников, включая одного из губернаторов, публично обратились к В.А.Зеленскому с просьбой подписать эту сделку на условиях, которые есть сейчас – отдать территории. Они сказали ему, что это нужно сделать для блага людей. Сейчас мы это слышим от людей на Украине. Это важно. Если В.А.Зеленского каким-то образом уговорят отдать эти территории, если будут даны гарантии безопасности, в частности, что на Украине не будет европейских солдат, что будет уважаться российское наследие и религия, то сможет ли Россия это принять, подписать эту сделку и закончить войну? | Question: Because things are so difficult right now in Ukraine, the problems they are having with energy grid, for example. Yesterday, several officials, including a regional governor of Ukraine, told Mr Zelensky publicly let’s do this deal, sign where we are right now for the good the people of Ukraine, and give up the territories that you are arguing about, and you need to do that for the good of the people of Ukraine. We’re hearing this now from the people in Ukraine. That’s really important. If somehow Mr Zelensky can be talked into ceding that territory and giving Russia the security guarantees that it needs, i.e. no European troops in Ukraine, and the respect of the Russian heritage and religion. Is that something that Russia can then live with and sign that deal and end this war? Or, am I missing something? |
| 9 German Remilitarisation Alarms EU Partners — Pistorius's 2029–2030 War Timeline | |
| С.В.Лавров: Я частично ответил на этот вопрос, отвечая на предыдущий. А именно – какую Украину мы готовы видеть в качестве соседа на долгие, вечные времена. Это должна быть дружественная Украина. Не обязательно союзная нам, но нейтральная и доброжелательная. И это, конечно, предполагает уважение не только прав жителей той территории, которая будет оставаться за Украиной, не только уважение их прав в отношении доступа к благам цивилизации, к теплу, к еде, к воде, но и отношение к их, если хотите, базовым правам человека, включая язык, образованиеи религию. Еще раз подчеркну, что на той Украине, которая подпишет договоренности, не должны нарушаться нормы международного права и нормы Конституции самой Украины, где гарантируются права национальных меньшинств. Что касается призывов к перемирию. Сейчас закатили истерику по поводу того, что мы якобы бесчеловечно обесточиваем города, люди страдают, замерзают, Россия бьет по энергетическим объектам. Мы никогда не начинали этих действий. Именно украинцы начали первыми бить по энергетическим и по другим гражданским объектам, включая жилые дома, магазины, больницы. Год назад был взорван пассажирский поезд без какого-либо военного элемента. Почему-то все забывают, что примеры нашей доброй воли многочисленны. Когда в марте 2025 г. Президент США Д.Трамп в разговоре с Президентом России В.В.Путиным предложил объявить энергетическое перемирие на месяц, то Президент В.В.Путин в тот же день публично поддержал это предложение. Месяц (это был март-апрель 2025 г.) мы вообще не трогали энергетические объекты Украины. А киевский режим за этот же период более 130 раз атаковал наши энергетические гражданские объекты. Наша совесть чиста, и терпение наше не безгранично. Надо знать русский характер по пословице «семь раз отмерь, один раз отрежь». Мы очень долго отмеряли и делали из этого выводы. Не знаю, что предложат нашей делегации в Абу-Даби. Я с нашими коллегами, которые туда отправились, обсуждал эту идею, те гарантии безопасности, о которых вчера Генеральный секретарь НАТО М.Рютте рассказывал в Верховной Раде в Киеве. Они вообще ничего не слышали, узнали об этом от Financial Times. И если это то, с чем украинцы поехали на сегодняшние переговоры, то, конечно, это лишнее подтверждение тому, что не надо В.А.Зеленскому никакого мира, что любой мало-мальски честный и понятный мир будет означать конец его политической карьеры, может быть, и не только политической карьеры. Мы посмотрим, что нам привезут. В.А.Зеленский сказал после разговора с М.Рютте, что он, мол, готов на компромиссы, но и Россия должна быть готова на компромиссы. Это настолько бесстыдное замечание. Но я не удивляюсь, потому что этот человек ни стыда, ни совести не имеет и не думает абсолютно ни о чем, кроме своего выживания. Для этого ему нужно обязательно какие-то «скетчи» ставить на международной сцене, которую он как сцену и рассматривает. Возвращаясь к Аляске. За неделю-десять дней перед Аляской к нам приезжал спецпосланник президента США С.Уиткофф. Он привез конкретные предложения именно с элементами компромисса. Президент России В.В.Путин об этом говорил публично, поэтому я никаких секретов не раскрываю. Эти предложения не в полной мере учитывали целый ряд принципиально важных для нас элементов. Мы взяли их в проработку. И когда в Анкоридж приехали два президента и их сопровождающие лица и сели за стол переговоров, то мы отметили, что это был непростой для нас ход, но мы готовы на предложение Соединенных Штатов с учетом тех элементов компромисса. Мы по сути приняли их предложение. Потом мы очень долго ждали, когда же наши американские коллеги объявят, что, мол, все, мы договорились, вот такое у нас есть решение. По большому счету решения администрации Президента Д.Трампа было бы достаточно для нас. Нас не интересовало, как будет вести себя Европа. Мы это себе представляли. Нас не интересовало, что скажет Украина. Украина без Соединенных Штатов, как и Европа без США, без тех вооружений, которые Соединенные Штаты продают Европе, без данных разведки, целеуказаний со спутников, не смогла бы воевать. Если бы мы объявили результаты Анкориджа, уверен, что все это уже достаточно быстро свелось бы к процессу оформления мирных договоренностей. Но мы поддержали предложение Соединенных Штатов, а Европа тут же бросилась в Вашингтон вместе с В.А.Зеленским и стали «переделывать» инициативу Соединенных Штатов, уже одобренную Президентом России В.В.Путиным. И вот они до сих пор ее «переделывают». Когда к нам заглядывают американские коллеги, чувствуется, что они хотят еще каких-то уступок с нашей стороны. Я Вам перечислил примеры нашей гибкости с 2004 г., а также за 2014, 2015, 2022 годы. Честно говоря, Президент России В.В.Путин уже не раз говорил, что мы по-прежнему готовы к дипломатическому решению. Мы ни разу не меняли условия, в отличие от других участников этого процесса, которые постоянно «передвигают ворота», «передвигают штанги» и говорят, мол, надо теперь еще и сюда забить один гол, а туда не забивать. У нас очень понятная, последовательная позиция. | Sergey Lavrov: I partially answered this question when answering the previous one, namely, what kind of Ukraine we are willing to see as a neighbour for the long, even eternal term. It must be a friendly Ukraine. Not necessarily an ally, but a neutral and benign state. This, of course, implies respect not only for the rights of the people in the territory that will remain part of Ukraine, not only respect for their rights to access basic necessities, such as warmth, food, and water, but also respect for their, if you will, fundamental human rights, including language, education, and religion. To reiterate, Ukraine that will sign the agreements must not assault international law and the Ukrainian Constitution which guarantee the rights of ethnic minorities. With regard to calls for a ceasefire, there has been a hysterical outcry about us allegedly making an inhuman move to cut off power to cities and making people suffer and freeze, about Russia targeting energy facilities. We never initiated such actions. The Ukrainians were the first to attack energy and other civilian infrastructure, including blocks of flats, retail outlets, and hospitals. A year ago, they blew up a passenger train that had no military component whatsoever. For some reason, everyone tends to forget that examples of our goodwill abound. In March 2025, when US President Donald Trump suggested to President Putin declaring an energy ceasefire for a month, President Putin publicly supported that proposal that same day. For a month (March-April 2025), we removed Ukraine’s energy facilities from our target list. During that same period, the Kiev regime attacked our civilian energy infrastructure more than 130 times. Our conscience is clear, but our patience is not endless. We have a proverb – take measure seven times before you cut once – which says volumes about the Russian character. We have been taking measure very carefully for a long time now and drawn our conclusions. I don’t know what proposals will be made to our delegation in Abu Dhabi. I discussed this idea with our colleagues who went there – the security guarantees that NATO Secretary General Mark Rutte spoke about yesterday in the Verkhovnaya Rada in Kiev. Our people hadn’t heard anything about that; they learned of it from The Financial Times. If this is what the Ukrainians took to today’s negotiations, then, of course, it is yet another proof that Zelensky does not want peace, and that any reasonably honest and straightforward peace deal would mean the end of his political career, and possibly more than his political career. We will see what they will bring to us. Following his conversation with Mark Rutte, Vladimir Zelensky stated he was prepared for compromise, provided Russia is too. The remark is astonishing in its audacity – though I am hardly surprised, coming from a man devoid of shame or conscience, who thinks of nothing but his own survival. For that, he feels compelled to perform some scripted ‘sketches’ on the international stage, which he actually treats as a theatre. To return to the matter of Alaska. Roughly a week to ten days before the summit, the US President’s special envoy, Steve Witkoff, visited us. He brought specific proposals containing elements of compromise. President Putin has spoken of this publicly, so I am revealing no secret. These proposals did not fully account for a number of our fundamental concerns, but we took them under consideration. When the two presidents and their delegations arrived in Anchorage and sat down at the negotiating table, we noted that it was not an easy step for us, but we were prepared to accept the United States’ proposal, including its compromise components. In essence, we agreed to their terms. We then waited for a significant period, expecting our American colleagues to announce that we had reached an agreement – that this was our shared solution. Frankly, the decision of the Trump administration would have sufficed for us. We were not concerned with Europe’s reaction; we could imagine it. We were not interested in what Ukraine would say. Ukraine without the United States (much like Europe without the US), without its weapons sales, intelligence, and satellite targeting, is incapable of waging this war. Had we announced the results from Anchorage, I am confident it would have swiftly led to a process formalising peace agreements. However, once we had endorsed the US proposal, Europe immediately rushed to Washington, with Zelensky in tow, and began ‘reworking’ the American initiative that had already received President Putin’s approval. They are still ‘reworking’ it to this day. When our American colleagues visit us now, their attitude suggests they are seeking further concessions. I have outlined examples of our flexibility dating back to 2004, as well as in 2014, 2015, and 2022. To be frank, President Putin has stated repeatedly that we remain ready for a diplomatic solution. We have never altered our terms, unlike other participants in this process who are constantly ‘moving the goalposts,’ adjusting them, and declaring, “Now we need to score here, not there.” Our position is, and has always been, clear and consistent. |
| 10 Macron's 'I'll Call Putin Sometime' — Pathetic Diplomacy Versus Direct Contact | |
| Вопрос (перевод с английского): Отдаете ли Вы должное усилиям администрации Д.Трампа, которой удалось наладить хороший диалог с Россией? Потому что предыдущая администрация совсем отказывалась общаться с Россией. Она просто хотела продолжать войну. Администрация Д.Трампа все же начала диалог. Ситуация, конечно, непростая. Спецпосланник президента США С.Уиткофф говорил в Давосе, что они очень близки к сделке между Россией и Украиной. Похоже, она не состоялась, но по крайней мере разговор идет. В частности, Договор о СНВ – его срок скоро истекает. Собираются ли Россия и США снова садиться за стол переговоров и возобновлять эту сделку? Чувствуете ли Вы уверенность в том, что можно навести этот «мост» между Россией и Америкой? | Question: Do you give the Trump administration credit for the dialogue that he has established with Russia? The fact is, the previous administration did not talk to you at all, did not want to talk to you, and seemed to want to just continue the war. The Trump administration has established a dialogue. While we may be at a different place, Mr Witkoff said in Davos that we were just very, very close to having a deal with Russia and Ukraine. It sounds like that is not the case, but you are talking at least. For example, the START treaty seems to be expiring soon. Will America and Russia come together and renew that deal? Do you feel confident that you can bridge that conversation with the Americans? |
| 11 Europe's Uncompromising Trap — Sabotaging Russia–US Talks to Save Face | |
| С.В.Лавров: Конечно, администрация Д.Трампа принципиально другая по своему мировоззрению, по пониманию национальных интересов США, по отношению к другим странам, к союзникам, к конкурентам, к противникам. То, что эта администрация готова говорить со всеми, она проявила с первых же дней пребывания в Белом доме, в том числе и налаживать контакты с Россией, которые продолжаются в самых разных форматах. Прекрасно помню (я недавно имел возможность высказаться на эту тему) встречу в феврале 2025 г., через месяц после того, как Президент Д.Трамп въехал в Овальный кабинет. Мы с Помощником Президента Российской Федерации Ю.В.Ушаковым встречались с госсекретарем США М.Рубио и тогдашним секретарем национальной безопасности США М.Уолтцем, который сейчас является Постоянным представителем Соединенных Штатов при ООН. М.Рубио тогда сказал, что, американская администрация будет руководствоваться национальными интересами. Они признают, что и у России есть национальные интересы, и далее вступает в силу здравый смысл. Что это значит. Между двумя такими крупными игроками интересы будут совпадать далеко не всегда. Но когда они совпадают, будет ошибкой не использовать это совпадение для того, чтобы перевести его в практические, материальные, взаимовыгодные проекты в энергетике, космосе, высоких технологиях и так далее. А когда интересы у России и США не совпадают, что будет гораздо чаще, нежели совпадение, то нельзя допустить, чтобы такое несовпадение деградировало в конфронтацию и тем более в горячую конфронтацию. Я сказал, что это абсолютно наш подход. Мы готовы на основе такого взаимоуважительного отношения друг к другу выстраивать самые разные проекты. Эта же мысль была неоднократно подчеркнута американскими делегациями, которые приезжали к нам при подготовке к Аляске и встречались с Президентом России В.В.Путиным. Они говорили только об одном: Украина им досталась «в наследство» от Дж.Байдена. Он занял антироссийскую позицию и поэтому Украина «выскочила» на первый план в мировой повестке дня. Мол, надо от нее «избавиться», надо ее урегулировать. Заявили, что они хотят урегулировать и будут этим заниматься, проявив при этом (я еще раз хочу подчеркнуть) понимание нашей позиции. А вот как только мы от Украины «отделаемся», вот тогда будем взаимовыгодно, на благо наших народов, реализовывать совместные проекты и здесь, и там. У меня в этой связи такая ремарка. В Анкоридже мы приняли предложение администрации Президента Д.Трампа по Украине. И если так все «по-мужски», то это должно было означать, что мы Украину «убрали в сторону» с нашей светлой «столбовой дороги» к будущему сотрудничеству и процветанию. Но Украину продолжают «перетасовывать», я имею ввиду украинское урегулирование, придавая ему все какие-то новые измерения, которые выглядят как все новые условия и требования по отношению к России. Но разговор продолжается, мол, мы сейчас здесь закончим и тогда все будет так, как никто никогда не мог даже мечтать. У нас Коммунистическая партия заставляла нас мечтать. Мы о многом мечтали, так что имеем определенный опыт, но все-таки судим по конкретным делам. Из конкретных дел Вы упомянули санкции. Да, санкции остаются. Буквально в апреле 2025 г., вскоре после того как мы установили контакт с администрацией Д.Трампа, был продлен на очередной год «закон о режиме чрезвычайной международной ситуации», который принимал еще Дж.Байден. В этом законе содержалось положение о том, что по-прежнему должны сохраняться под арестом российские золотовалютные резервы в связи «с враждебной внешней политикой России». Этот закон проштампован, администрация не предприняла никаких действий, чтобы как-то его отозвать, изменить или объяснить обстоятельства, которые стали в наших отношениях совсем другими. Да и понимание происходящего нынешней администрацией разительно отличалось от понимания Дж.Байдена. Но что интересно, в этом законе о чрезвычайном международном положении, который в том числе требовал сохранения под арестом наших золотовалютных резервов, среди причин нашей якобы враждебной внешней политики упоминается вмешательство в выборы президента Соединенных Штатов. То есть то, что Дж.Байден, Б.Обама и их команды как бы вменяли Д.Трампу, как он был избран в свой первый срок. Получается администрация Д.Трампа это поддержала, продлив действие этого закона и тем самым молчаливо согласившись с утверждениями, что Россия вмешивалась в президентские выборы. Президент США Д.Трамп через день на третий публично это до сих пор опровергает. Впервые были введены новые жесткие санкции против наших крупнейших нефтяных компаний – «Лукойл» и «Роснефть». Это случилось через пару-тройку недель после встречи в Анкоридже. | Sergey Lavrov: Certainly, the Trump administration is fundamentally different in its worldview, in its understanding of the national interests of the United States, and in its approach to other countries, allies, competitors and adversaries. The fact that this administration is prepared to engage in dialogue with everyone has been evident from its very first days in the White House – including establishing contacts with Russia, which continue in a variety of formats. I distinctly recall – and I recently had the opportunity to address this topic – the meeting in February 2025, just a month after President Donald Trump arrived in the Oval Office. I, along with Russian Presidential Aide Yury Ushakov, met with US Secretary of State Marco Rubio and then-US National Security Adviser Mike Waltz, who now serves as Permanent Representative of the United States to the UN. At the time, Mr Rubio stated that the US administration would be guided by national interests. They acknowledged that Russia, too, has national interests, at which point common sense prevails. What does this indicate? Between two such major players, interests will not always align. But when they do, it would be a mistake not to leverage that alignment to translate it into practical, tangible and mutually beneficial projects in energy, space, high technology, and so forth. When the interests of Russia and the United States do not coincide – which will be far more frequent than alignment – we must not allow such divergence to deteriorate into confrontation, let alone acute confrontation. I stated that this is entirely our approach as well. We are prepared, on the basis of such mutual respect, to develop a wide range of projects. This same idea was repeatedly emphasised by the American delegations that visited us in preparation for Alaska and met with Russian President Vladimir Putin. They spoke of only one thing: Ukraine was their “inheritance” from Joe Biden. He had adopted an anti-Russia stance, and thus Ukraine had leapt to the forefront of the global agenda. They explained that they needed “to get rid of it,” that it had to be settled. They declared their intention to settle the issue and insisted they would do so, while demonstrating again – I wish to emphasise this – an understanding of our position. Once we had “moved past” Ukraine, they said, we could proceed with joint projects here and there, mutually beneficial and serving the interests of our peoples. In this context, I have a remark: in Anchorage, we accepted the Trump administration’s proposal concerning Ukraine. If everything was as straightforward and decisive as presented, then it would imply that Ukraine had been set aside from our bright path towards future cooperation and prosperity. Yet Ukraine – meaning the settlement process – continues to be reshuffled, with new dimensions constantly added, appearing as ever more conditions and demands directed at Russia. Nevertheless, the discussion continues: they say that we will conclude matters here, and afterwards everything will unfold beyond imagination. Our Communist Party once encouraged us to dream, too; we have dreamed extensively and therefore have some experience in that regard. Still, we judge by specific actions. You mentioned sanctions among those specific actions. Indeed, sanctions remain in force. In April 2025, shortly after contact was established with the Trump administration, the International Emergency Act, adopted under Joe Biden, was extended for another year. This Act included provisions maintaining the freeze on Russia’s gold and currency reserves due to what was described as Russia’s hostile foreign policy. The extension was routine; the administration took no steps to repeal, amend, or explain the circumstances, which have changed in our relations. Notably, the current administration’s interpretation of events differed markedly from that of Joe Biden. What is notable is that this emergency legislation that requires, among other measures, the continued freezing of our gold and currency reserves, cited alleged interference in US presidential election as part of the rationale for labelling Russia’s foreign policy hostile. I mean the accusations advanced by Joe Biden, Barack Obama, and their teams regarding Donald Trump’s first term as president. By extending the law, the Trump administration effectively endorsed these claims, tacitly acknowledging the premise of Russian interference in the presidential election, even though President Trump continues to publicly deny such allegations regularly. For the first time, new tough sanctions were imposed on our largest oil companies: Lukoil and Rosneft. This occurred only a few weeks after the meeting in Anchorage. |
| 12 Russians Not Anti-European — Burned Trust and Broken Lisbon-to-Vladivostok Promises | |
| Вопрос (перевод с английского): Как Вы это восприняли? | Question: How did that make you feel? |
| 13 Ukraine as Post-Soviet Western Project — Nuland's $5 Billion and Broken Neutrality | |
| С.В.Лавров: Президент В.В.Путин удивился. Он об этом как-то сказал в интервью, что мы расстались в Анкоридже на том, что Россия поддержала предложение Соединенных Штатов о комплексном урегулировании украинского кризиса. После этого мы ждали, что США подтвердят, что теперь, поскольку мы согласны с их предложением, давайте что-то объявлять, созывать конференцию, подписывать что-нибудь, Совет мира… Но вдруг произошли санкции против «Лукойла» и «Роснефти». Более того, сейчас одновременно вводятся тарифы против тех стран, которые покупают у России и у Ирана энергоносители. | Sergey Lavrov: President Vladimir Putin was surprised. He mentioned this in an interview: we parted ways in Anchorage with Russia supporting the United States’ proposal for a comprehensive settlement of the Ukrainian crisis. Afterward, we expected Washington to confirm this alignment: announce something, convene a conference, sign an agreement, establish a Peace Council. Instead, sanctions were suddenly imposed on Lukoil and Rosneft. Furthermore, tariffs are now being introduced simultaneously against countries purchasing energy resources from Russia and Iran. Two faces of Trump: it is like good Trump and bad Trump. Joe Biden, at least, was just bad, but with Trump you get both sides simultaneously. |
| 14 Russia's Core Ask — A Neutral Ukraine, Not War with Europe | |
| Matching Russian passage has not been identified | Sergey Lavrov: Following the developments unfolding in Venezuela, our companies are now being openly pushed out. India has been told it must stop buying Russian oil. At least that is what has been announced. In fact, the message extends further: everyone is discouraged from purchasing both oil and gas. At the same time, it is asserted that Russian energy resources will be replaced by American oil and liquefied natural gas. Recently, a document was adopted concerning Cuba. It declared a state of emergency due to the threat the country allegedly poses to US interests in the Caribbean, including in connection with what are described as Russia’s hostile and malicious policies. Against this backdrop, the notion of a “bright future” in economic and investment cooperation does not really fit. |
| 15 2004 Orange Revolution — Kuchma's Call to Putin and the Illegal Third Round | |
| Вопрос (перевод с английского): Двуличность Д.Трампа – хороший Д.Трамп, плохой Д.Трамп. Дж.Байден был хотя бы только злым, а Д.Трамп хороший и злой одновременно. | Question: Who do you think is lobbying for this? Is it Trump, or the neo-conservatives and people who are aggressively anti-Russian, because they make money off of wars and aggression? Or personally Trump? |
| 16 Working with Yushchenko and Tymoshenko Despite Western-Imposed Outcome | |
| С.В.Лавров: Вслед за Венесуэлой и тем, что там происходит, сейчас наши компании откровенно пытаются убрать из Венесуэлы. Индии запрещают покупать российскую нефть. По крайней мере так было объявлено. Но ее всем запрещают покупать. И нефть, и газ. Везде говорится, что российские нефть и газ заменят американская нефть и американский сжиженный природный газ. Совсем недавно был принят документ по Кубе. Там было сказано, что объявляется чрезвычайное положение в связи с той угрозой, которую Куба создает для интересов Соединенных Штатов в Карибском бассейне, в том числе, благодаря враждебной и злонамеренной («malicious») политике России. Как-то «светлое будущее» нашего экономического инвестиционного сотрудничества не очень вяжется с этим всем. | Sergey Lavrov: I do not know what their internal dynamics are. However, we understand perfectly well that the United States, despite its power and ambitions, if you will, is forced to take into account the opinion of the administration and the opinion of various groups in shaping its foreign as well as domestic policy. Domestically, many individuals – primarily Democrats, though also some Republicans – hold strongly Russophobic positions. Naturally, the administration cannot disregard such factors. In order to preserve the loyalty of this constituency, it may feel compelled to take anti-Russia steps . Yet the essence of these anti-Russia steps is very serious. It is also conceivable that the administration seeks to placate Europe by offering something. If Washington’s primary expectation is compliance – Europe following directives and purchasing what it is told to, including weapons and liquefied natural gas at prices significantly higher than Russian gas – then a certain level of Russophobia may be perceived as the cost of accommodating the burdens imposed on Europe. At the same time, the US National Security Strategy, broadly speaking, establishes a clear objective. The phrasing may vary, but the aim is evident: achieving dominance in the global economy, including within the energy sector. |
| 17 February 2014 Agreement — Obama, EU Guarantors and the Overnight Coup | |
| Вопрос (перевод с английского): Как Вам кажется, это Д.Трамп или это неоконсерваторы и люди, настроенные антироссийски, потому что они зарабатывают большие деньги на войне? Думаете, это лично Д.Трамп лоббирует? | Question: It sounds like, and I’m glad to hear you say, you sound like you’re optimistic. It sounds to me like you believe there is still a potential for a positive outcome, despite all the difficulties that we’ve just talked about and you’ve explained. There is one other area I want to ask you about, and that’s Iran. It’s in the news these days. And it’s looking like Mr Trump is pulling back from his aggressive stance, no talk of the armada. I’m reading reports that your government, the Russian Federation, maybe yourself and Mr Putin yourselves, may have been involved in some indirect or direct way in mediating that, and that is part of the reason things seem cooling a little bit or getting a little less tense, because maybe Russia was involved in helping the conversation between Iran and the Trump administration. What role have you played, if any? |
| 18 Post-Coup Repression — Russian Language Ban, Crimea and Donbas Rejection, War on Own Territory | |
| С.В.Лавров: Не знаю, это их внутренняя кухня. Хочу оговориться, что мы прекрасно понимаем, что Соединенные Штаты при всей их мощи, при всех амбициях, если хотите, вынуждены считаться с мнением администрации и мнением целого ряда групп людей в своей внешней, да и во внутренней политике. Во внутреннем плане большое количество людей (прежде всего, демократы, но и некоторые республиканцы) занимают русофобские позиции. Конечно, мы можем понять, что администрация не может игнорировать эти факторы в своих действиях. Чтобы сохранить лояльность этого русофобского крыла, она должна делать какие-то антироссийские шаги. Но существо этих антироссийских шагов весьма серьезное. Также я могу представить себе, что администрации нужно каким-то образом ублажать и Европу, что-то ей «бросать». Если для администрации главное в отношении Европы, чтобы та слушалась Вашингтона и делала то, что он скажет, и покупала то, что он скажет – и оружие, и сжиженный природный газ в несколько раз дороже российского газа, наверное, в этой ситуации русофобия в определенных объемах рассматривается как плата за эти неудобства, которые США создают Европе. При этом по большому счету в Стратегии национальной безопасности США поставлена цель. Может быть, другими словами, но она ясна – доминирование в мировой экономике и в том числе в энергетике. | Sergey Lavrov: I believe we have played a decisive role. In 2015, everyone played a beneficial and crucial role when talks on the Joint Comprehensive Plan of Action on Iran’s nuclear programme that lasted many years were concluded. Caps were agreed upon for the low-enriched uranium that Iran could possess, and we took everything that was “above” it. That was part of the overall package. Then in 2018, during his first term, President Trump withdrew from the deal. That’s when accusations against Iran began, even though it had not violated a thing. But when the United States exited the deal and removed all the upsides, all the positive aspects Iran was interested in, of course, Iran found itself in a difficult situation. It was no longer bound by obligations, because those obligations were collective, and they had been destroyed. Iran continued enriching uranium, but it did not violate the Treaty on the Non-Proliferation of Nuclear Weapons. Everything was supervised by the IAEA. Nevertheless, Iran came under an attack with 12 days of Israeli and American bombing raids. Against this background, IAEA Director General Rafael Grossi’s position looks strange, because the facilities that Israel and the United States bombed are under the Agency’s control. The Agency, through its Director General, is simply obliged to make a political assessment, to state that facilities are under its control but were still illegally bombed, that this is dangerous, and to call for … But they said nothing which shows the current state of affairs in the IAEA leadership. We are not forcing ourselves as mediators on Iran, Israel, or the United States. However, in our contacts with them, we discuss the situation. Iran is a close partner and neighbour of ours. We care about the future developments, especially since it is volatile not only for Iran itself but for the entire Middle and Near East. Too many time bombs there are just waiting for someone to trip on. The Iranians, Israelis, and Americans are aware that we are once again ready to offer our services and to contribute to implementing an agreement, when (hopefully, when, not if) it is reached. It will inevitably involve the issue of uranium enrichment and stockpiles of enriched uranium. We can offer our services in this regard. The parties are aware of these services. Right now, the most important thing is for them to reach an agreement. |
| 19 Rasmussen's Reversal and Western History Starting Only at the Crimea Referendum | |
| Вопрос (перевод с английского): Рад, что Вы звучите оптимистично. Кажется, Вы верите, что ещё есть вероятность позитивного исхода, несмотря на все трудности, о которых Вы сейчас говорили. Есть ещё одна тема, о которой я хотел спросить. Иран. Он сейчас в новостях. Похоже, что Президент Д.Трамп смягчает свою агрессивную политику. Он уже не говорит про армаду и флотилию. Читал, что Российская Федерация – возможно, Вы сами и Президент России В.В.Путин вовлечены в прямые или непрямые посреднические усилия по смягчению этой ситуации. Что возможно, ситуация сейчас несколько охлаждается, становится менее напряженной. Россия как-то помогает облегчить диалог между Ираном и администрацией Д.Трампа? Какую роль в этом Вы играете? | Question: I’m sorry, Mr Minister, services in helping to make sure the Iranians agree to a new nuclear deal and the Americans agree to stop punishing the Iranian economy with these sanctions? Is that the deal? |
| 20 Minsk Agreements — 17 Hours, UN Security Council, Then Merkel–Hollande Deception | |
| С.В.Лавров: Считаю, что мы сыграли решающую роль. В 2015 г. все сыграли полезную и решающую роль, когда завершались многолетнее согласование Совместной всеобъемлющей программы действий по иранской ядерной программе. Там были согласованы потолки низкообогащенного урана, который Иран мог иметь, а всё, что «сверху», мы забрали себе. Это была часть «пакета». Потом в 2018 г. Президент США Д.Трамп (в первой своей каденции) вышел из этой сделки. Именно тогда начались обвинения в адрес Ирана, хотя он ни разу ничего не нарушал. Но когда Соединенные Штаты вышли из этой сделки и изъяли из этой сделки все «плюсы», все позитивные компоненты, в которых был заинтересован Иран, конечно, тот оказался в «ситуации». Он уже не имел обязательств. Потому что эти обязательства были коллективные, и они были разрушены. Иран продолжал заниматься обогащением. При этом он не нарушал Договор о нераспространении ядерного оружия. Он все делал под контролем МАГАТЭ. Тем не менее, был атакован. 12 дней израильских, американских бомбардировок. На этом фоне странно выглядит Генеральный директор МАГАТЭ Р.Гросси, потому что объекты, которые бомбили Израиль и США, находятся под контролем организации. И Агентство в лице своего генерального директора просто обязано сделать какую-то политическую оценку, что объекты под их контролем, а их незаконно бомбили, что это опасно, призывать… Но они вообще ничего не сказали. Это характеризует на данном этапе положение дел в руководстве МАГАТЭ. Мы сейчас не навязываемся в помощники Ирану, Израилю, Соединенным Штатам. Но в наших контактах с ними обсуждаем эту ситуацию. Иран – наш близкий партнер, сосед. Нам не безразлично то, как будет развиваться ситуация. Тем более, что она взрывоопасна не только в отношении самого Ирана, но и в отношении всего Ближнего и Среднего Востока. Там слишком много «мин замедленного действия», которые только и ждут, чтобы на них наступили неуклюжей ногой. Иранцы, израильтяне, американцы знают, что мы опять готовы предложить свои услуги в том, что касается вклада в выполнение договоренности, когда (надеюсь, когда, а не если) она будет достигнута. Она в любом случае будет каким-то образом касаться проблемы обогащения урана, запасов обогащенного урана. У нас здесь есть возможность предложить свои услуги. Стороны знают об этих услугах. Сейчас главное, чтобы они достигли договоренности. | Sergey Lavrov: That is something Iran and the United States need to negotiate. I hope no one will stand in their way. If specific steps arise as part of this deal, where Russia can be helpful, including our experience in storing uranium, we will be ready to take those steps. They are well aware of this. We are not interfering in the substance of the negotiations. Iran, once again, publicly through its president, has demonstrated an interest in dialogue, provided it is fair and aimed to achieve the balance of interests. We are interested in seeing this happen. |
| 21 Istanbul April 2022 — Russia Accepted Ukrainian Proposals, Johnson and Europe Blocked | |
| Вопрос (перевод с английского): Прошу прощения, г-н Министр. Вы имеете в виду услугу в том, чтобы Иран согласился на новую ядерную сделку, а США прекратят наказывать иранскую экономику новыми санкциями? | Question: Without giving me the specifics of what you spoke about, you are in сonversations with the Iranian government? |
| 22 Epstein Files and the Deep State — Lavrov's Skepticism About Hidden World Government | |
| С.В.Лавров: Об этом должны договариваться Иран и Соединенные Штаты. Надеюсь, что им не будут мешать. Если в рамках этой сделки возникнут какие-то конкретные шаги, в реализации которых Россия может быть полезна, включая тот наш опыт с сохранением урана, мы эти шаги будем готовы сделать. Они все это прекрасно знают. Мы сейчас не вмешиваемся в существо переговоров. Иран в очередной раз публично, устами своего президента продемонстрировал заинтересованность в диалоге при понимании, что он будет справедливый и нацеленный на баланс интересов. Мы в этом заинтересованы. | Sergey Lavrov: The presidents of Russia and Iran recently spoke by telephone. We also have contacts at the expert level. |
| 23 Financial Times Security Guarantees Leak — 24/48/72 Hour War Trigger Before Military Talks | |
| Вопрос (перевод с английского): Если не углубляться в детали, Вы участвуете в переговорах с иранским правительством? |
Full house translation — pending review Вопрос (перевод с английского): Without going into details, are you participating in negotiations with the Iranian government? |
| 42 New START Expiry — Rick's Question on Renewing US–Russia Strategic Arms Talks | |
| С.В.Лавров: Президенты России и Ирана недавно говорили по телефону . У нас есть контакты и на экспертном уровне. |
Full house translation — pending review С.В.Лавров: The presidents of Russia and Iran recently spoke by telephone. We also have contacts at the expert level. |