Transcript
Press Conference Following Lavrov-Ryzhenko Negotiations, Minsk
English includes full house translations. Review is pending; untranslated passages and selected digest glosses remain labelled.
| Русский | English |
|---|---|
| В первую очередь хотел бы ещё раз поблагодарить моего коллегу и друга М.В.Рыженкова за гостеприимство и прекрасную организацию нашего визита в Республику Беларусь . Утром состоялась встреча с Президентом Республики Беларусь А.Г.Лукашенко, Председателем Высшего Государственного Совета Союзного государства. |
Full house translation — pending review In the first place I would like once again to thank my colleague and friend M.V. Ryzhenkov for the hospitality and the splendid organization of our visit to the Republic of Belarus . In the morning a meeting took place with the President of the Republic of Belarus, A.G. Lukashenko, Chairman of the Supreme State Council of the Union State. |
| Мы дали позитивную оценку уровню российско-белорусской внешнеполитической координации, обменялись мнениями по ключевым проблемам, которые создает Запад: не только ставит палки в колеса любым искренним усилиям вокруг украинского урегулирования, но и нагнетает обстановку в других частях европейского континента. У нас единая позиция – мы союзники, мы верны нашим союзническим обязательствам. Видим замыслы тех, кто пытается искать «зазоры» в наших подходах, как по-русски говорят: «вбивать клинья». | English translation not available for this passage |
| Будем продолжать то, о чём договорились и что одобрено нашими народами – движение по укреплению Союзного государства во всех его измерениях: социально-экономическом и военно-техническом. Хотел бы выразить отдельную признательность белорусским друзьям за возможность принять участие в церемонии возложения венка к Монументу Победы в Минске, которую мы провели сегодня накануне 85-й годовщины начала Великой Отечественной войны. Эта акция вписывается в другие мероприятия, которые упомянул Максим Владимирович. | English translation not available for this passage |
| В текущем году отмечаем 30-летие начала интеграционных процессов между Россией и Белоруссией и тесной союзнической работы на внешнеполитическом направлении. Сегодня провели насыщенные переговоры в расширенном составе, а вчера мы работали более двух часов сразу по приезде. Это по-настоящему товарищеский, доверительный разговор. Никаких секретов ни у кого нет. Ставим друг перед другом любые вопросы и обязательно получаем ясность в отношении того, как нам действовать таким образом, чтобы интересы были взаимоучтены. | English translation not available for this passage |
| 1 Russia-Belarus Union State — Deepening Integration and Diplomatic Expansion | |
| Уделили особое внимание внешнеполитическому сопровождению процессов интеграции в Союзном государстве и укреплению его позиций на международной арене. Дали высокую оценку выполнению действующей Программы согласованных действий в области внешней политики на 2024-2026 гг. и Плана межмидовских консультаций на текущий год. За полгода на уровне заместителей министров и директоров подразделений провели уже десять раундов консультаций, и еще до конца года состоится примерно столько же. |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov opens by celebrating the institutional maturity of Russian-Belarusian relations, framing them as a model of genuine allied coordination contrasted with what he characterizes as Western adversarial behavior. He met with President Lukashenko, chairman of the Supreme State Council of the Union State, and gave high marks to the existing "Program of Coordinated Actions in Foreign Policy 2024–2026." He highlights the sheer intensity of bilateral consultations: in the first half of 2026 alone, ten rounds of consultations at deputy minister and department director level have already taken place, with another ten expected before year's end. A new program for 2027–2029 is being drafted, to be approved at a joint ministerial collegium in Gomel in autumn. The diplomatic footprint is visibly expanding: Belarus now has 15 diplomatic missions in Russia, with new consulates opened in Kazan and Ufa and more being approved in Krasnoyarsk and Novosibirsk; Russia is simultaneously opening new embassy branches in Vitebsk, Gomel, and Mogilev. The two countries also mark 30 years of integration in 2026. Lavrov frames the relationship as one with no hidden agendas and full mutual transparency — explicitly contrasted with what he portrays as Western attempts to "drive wedges" between the allies. “In just six months, we have already held ten rounds of consultations at the level of deputy ministers and department directors, and approximately as many more will take place before the end of the year.” |
| Проанализировали работу над подготовкой новой Программы согласованных действий на следующий трёхлетний период (2027-2029 гг.). Рассмотрим этот документ осенью в Гомеле на ежегодном совместном заседании коллегий двух министерств. Повестка дня утверждена, она включает в себя сотрудничество в рамках ООН , содействие развитию межрегиональных и приграничных связей и взаимодействие в кризисных и чрезвычайных ситуациях. | English translation not available for this passage |
| 2 Multilateral Coordination — CSTO, EAEU, SCO, BRICS, Russia-Africa | |
| Договорились наращивать координацию действий и в рамках ООН, и в евразийских и других интеграционных объединениях, включая СНГ , ЕАЭС и ШОС . Будем сопрягать усилия и в БРИКС, где Белоруссия имеет статус государства-партнера. В этом году Россия председательствует в ОДКБ . С учётом этого подробно рассмотрели и результаты заседания Совета министров иностранных дел ОДКБ, которое состоялось на прошлой неделе в Казани. |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov outlines a broad multilateral agenda shared by Russia and Belarus across Eurasian and global institutions. Russia chairs the CSTO in 2026, and the two ministers reviewed results from the CSTO Council of Foreign Ministers meeting held the previous week in Kazan. Coordination within the CIS, EAEU, and SCO is affirmed as a joint priority. Belarus, as a BRICS partner state, will be integrated into Russia's BRICS activities. Lavrov also flags the upcoming third Russia-Africa Summit in October 2026, explicitly inviting Belarusian participation. Joint declarations are issued "under the flag" of the Union State at multilateral venues — notably a joint statement on nuclear non-proliferation at the 11th NPT Review Conference in New York (April 27–May 22, 2026). This multilateral coordination strategy reflects Russia and Belarus's deliberate effort to present themselves as a unified diplomatic bloc at global forums, amplifying their reach and signaling to Global South partners that the Union State is a coherent actor, not merely a bilateral relationship. The breadth of institutions cited — from CSTO to Africa — signals an ambitious agenda of parallel-track diplomacy. “We agreed to increase coordination both within the UN and in Eurasian and other integration associations, including the CIS, EAEU, and SCO.” “This year Russia chairs the CSTO. Taking this into account, we reviewed in detail the results of the CSTO Council of Foreign Ministers meeting that took place last week in Kazan.” |
| Обменялись оценками перспектив развития отношений со странами Мирового большинства, включая Африканский континент, в том числе в контексте подготовки к предстоящему в октябре этого года третьему саммиту Россия – Африка . Будем рады рассмотреть возможность для белорусских друзей внести свой вклад в это мероприятие. Разумеется, говорили и о положении дел вокруг Ирана , в том числе в проекции на региональную международную безопасность. | English translation not available for this passage |
| 12 Iran, the Hormuz Strait Crisis, and Its Effect on Ukraine Diplomacy | |
| Рассчитываем, что материализуются те обнадеживающие заявления, которые звучали сегодня с утра и из Вашингтона, и из Тегерана, и из Пакистана как страны, которая посредничает на переговорах. Рассмотрели ход реализации различных совместных инициатив. |
Full house translation — pending review We count on the materialization of those encouraging statements that were heard this morning both from Washington, and from Tehran, and from Pakistan as the country mediating in the talks. We reviewed the course of implementation of various joint initiatives. |
| 3 Eurasian Security Architecture Initiative | |
| В их числе – противодействие санкционной и юридической агрессии «коллективного Запада» (мы все прекрасно понимаем, о чём говорим – это именно агрессия), а также формирование архитектуры равной и неделимой безопасности в Евразии и разработка «Евразийской хартии многообразия и многополярности в XXI веке» . |
Full house translation — pending review Among them is countering the sanctions and legal aggression of the "collective West" (we all understand perfectly well what we are talking about: this is precisely aggression), and also the formation of an architecture of equal and indivisible security in Eurasia and the elaboration of a "Eurasian Charter of Diversity and Multipolarity in the twenty-first century" . |
| Вновь поблагодарили наших белорусских друзей за их инициативу, которая уже обрела черты постоянного ежегодного мероприятия, имею в виду Минскую международную конференцию по евразийской безопасности ( , , ), которая в этом году состоится уже в четвёртый раз. Я приглашён М.В.Рыженковым и обязательно приму участие в этой конференции, как это делал и во всех предыдущих. | English translation not available for this passage |
| Думаю, что это будет ещё одним важным шагом по расширению сторонников инициативы создания на евразийском континенте архитектуры безопасности, основанной на принципе её неделимости и, конечно, на принципе равноправия. Договорились продолжать практику принятия совместных заявлений на многосторонних площадках «под флагом» Союзного государства. Делаем это регулярно. Прежде всего по наиболее актуальным сюжетам международной повестки дня. |
Selected quote translation I think this will be another important step in expanding support for the initiative to create a security architecture on the Eurasian continent based on the principle of its indivisibility and, of course, on the principle of equal rights. |
| Например, в апреле с.г. мы сделали такое заявление по проблеме нераспространения ядерного оружия в ходе 11-й Конференции по рассмотрению действия ДНЯО в Нью-Йорке (27 апреля – 22 мая 2026 г.). Уделили внимание вопросам взаимного укрепления дипломатического присутствия. В 2025 г. общее число диппредставительств Республики Беларусь в нашей стране увеличилось до 15. В текущем году генеральные консульства Белоруссии открылись в Казани и Уфе. Завершаем процедуру согласования их образования в Красноярске и Новосибирске. | English translation not available for this passage |
| В свою очередь, приступают к работе новые отделения российского Посольства в Белоруссии в Витебске, Гомеле и Могилёве. Уверен, что это будет способствовать продвижению целей, поставленных нашими президентами в рамках Союзного государства, и повышению качества работы с нашими гражданами. И, конечно же, будет позитивно встречено во всех этих городах. Мы весьма удовлетворены итогами переговоров. | English translation not available for this passage |
| Будем продолжать регулярные контакты, в том числе и в контексте подготовки к международным мероприятиям, о которых сегодня упоминали. Вопрос: Через неделю исполняется 85 лет с вероломного нападения фашистской Германии на СССР. Эта трагедия началась на белорусской земле с героического подвига защитников Брестской крепости. Недавно в Германии появилась инициатива дополнить мемориалы в Трептов-парке, Тиргартене осуждением руководства СССР. | English translation not available for this passage |
| Как Вы считаете, является ли это частью скоординированных действий по переписыванию истории и, в конечном счете, подменой итогов Второй мировой войны или именно теми нарративами, которые выгодны для Германии? С.В.Лавров (добавляет после М.В.Рыженкова): Согласен с тем, что сказал М.В.Рыженков. Это, действительно, важнейшая проблема, которая сегодня выходит далеко за рамки той или иной европейской страны. | English translation not available for this passage |
| 4 WWII Memory, 85th Anniversary, and German Memorial Controversy | |
| Это попытка не только ликвидировать память о тех героях, которые побеждали в той страшной войне, но и переписать историю и поменять местами победителей и проигравших. Многие высказывания немецкого руководства вызывают недоумение, переходящее в убеждение, что с ними надо бороться пожестче. Канцлер ФРГ Ф.Мерц недавно заявил, что идти на уступки России по украинской проблеме «будет равносильно умиротворению А.Гитлера». Как Вам это нравится? |
Theme summary — not a full translation of this passage In response to a journalist's question about the approaching 85th anniversary of the Nazi invasion of the USSR, Lavrov delivers a sharp attack on what he frames as a coordinated Western campaign to rewrite history. The press conference itself took place on the eve of June 22, 1941 — a date of enormous symbolic weight in Russian historical memory — and included a wreath-laying ceremony at the Victory Monument in Minsk. The specific trigger for Lavrov's commentary is a German initiative to supplement Soviet war memorials in Berlin's Treptow Park and Tiergarten with condemnation of Soviet leadership — sites that honor the soldiers who died liberating Berlin. Lavrov characterizes this not as legitimate historical debate but as an attempt to "swap winners and losers" of the Second World War. He positions this historical revisionism as inseparable from contemporary Western policy on Ukraine, arguing that the same ideological impulse drives both: a determination to rehabilitate those who lost to the USSR and to delegitimize those who won. This framing is foundational to Russia's broader diplomatic narrative. “This is an attempt not only to eliminate the memory of those heroes who won that terrible war, but to rewrite history and swap places between the victors and the defeated.” “Many statements by the German leadership cause bewilderment, turning into a conviction that one must fight them more firmly.” |
| 5 Germany's Current Leadership — Nazi Parallels, Bucha Allegations, and Goebbels Comparison | |
| То есть они переворачивают всё с ног на голову и продолжают наращивать свои военные проекты с украинцами. Министр иностранных дел Германии Й.Вадефуль не так давно объявил, что немецкие военные будут наращивать обмен опытом с вооруженными силами Украины . То есть с новыми нацистами. Германия соскучилась по нацистским эмблемам, повадкам, которые сейчас проявляют украинская армия и украинские «националистические батальоны». |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov dedicates his sharpest and most sustained rhetoric to Germany's current foreign policy leadership. He singles out Chancellor Friedrich Merz for stating that making concessions to Russia on Ukraine "would be equivalent to appeasing Hitler" — which Lavrov treats as a deliberate inversion of historical reality. Foreign Minister Johann Wadephul is attacked for announcing German military exchanges with Ukrainian armed forces, which Lavrov equates to cooperation with "new Nazis." He alleges that Germany is "shedding the veil" that concealed Nazi instincts that "never disappeared." Most extensively, Lavrov revisits Bucha (April 2022), alleging the incident was staged: after Russian forces withdrew, the local mayor declared Bucha free on camera, but three days later BBC journalists arrived and filmed bodies arranged along the central street. Lavrov states Russia formally requested from UN human rights bodies a list of victims depicted in that footage and has received no response in five years. He directly compares Wadephul to Goebbels for continuing to cite Bucha as Russian atrocity. He also invokes the principle that "the son is not responsible for the father," but argues it ceases to apply when Germany's current leaders actively employ Nazi-era methods. “Germany has missed the Nazi insignia and habits now displayed by the Ukrainian army and Ukrainian 'nationalist battalions.' Germany is shedding the 'veil' that concealed its Nazi roots and instincts, which, as it turns out, never disappeared.” |
| Германия сбрасывает с плеч «покрывало», которое скрывало нацистские корни и инстинкты, которые, как выясняется, никуда не делись. Й.Вадефуль недавно в очередной раз вспомнил о том, что произошло в Буче (пригороде Киева) в апреле 2022 г. Он сказал, что населенный пункт является «символом террора России против Украины». |
Full house translation — pending review Germany is throwing off its shoulders the "coverlet" that hid the Nazi roots and instincts which, as it turns out, have not gone anywhere. J. Wadephul recently once again recalled what happened in Bucha (a suburb of Kyiv) in April 2022. He said that the populated place is "a symbol of Russia's terror against Ukraine." |
| Вы знаете, мы уже устали обращать внимание этих деятелей на то, что по вопросу Бучи Запад вместе с генеральным секретарем ООН, с руководителями Управления ООН по правам человека саботируют любые попытки получить какую-либо информацию о том, что же там произошло на самом деле. Когда наши войска были отведены из этого района в апреле 2022 г., мэр этого населенного пункта в телекамеры говорил о том, что Буча свободна. | English translation not available for this passage |
| И только через трое суток вдруг приехали журналисты из «Би-Би-Си» и стали показывать трупы, аккуратно разложенные вдоль центральной улицы. |
Full house translation — pending review And only after three days did journalists from the BBC suddenly arrive and begin showing corpses neatly laid out along the central street. |
| Понятно, что это инсценировка, но когда мы услышали, как Запад на неё отреагировал, как он её использовал для того, чтобы нас обвинить во всех смертных грехах, ввёл новый пакет санкций, то мы написали официальное письмо и попросили ооновские структуры, которые занимаются правами человека, дать нам список людей, чьи трупы были с таким пафосом показаны группой журналистов «Би-Би-Си», оказавшихся там очень кстати. До сих пор, пятый год, мы не можем получить никакой информации. |
Selected quote translation Now in the fifth year, we still cannot obtain any information. And when J. Wadephul... suddenly again declares that Bucha is a symbol of Russian 'terror' against Ukraine, he is evidently a good student of J. Goebbels. |
| И когда Й.Вадефуль (уверен, что он не может не знать о том, что мы публично об этом уже не один год говорим) вдруг опять заявляет, что Буча – это символ российского «террора» против Украины, то он, значит, хороший ученик Й.Геббельса. Это тоже никуда не исчезает. Есть такой принцип не только у славян, но и у других народов – сын за отца не отвечает. У многих нынешних руководителей Германии отцы и деды активнейшим образом участвовали в нацистских действиях во время Второй мировой войны. | English translation not available for this passage |
| Но когда сыновья, то бишь нынешние руководители Германии, начинают использовать те же методы, оправдывая тех, кто совершал военные преступления в период Великой Отечественной и Второй мировой войны, то это означает только одно: в такой ситуации сыновья отвечают за то, что сделали их отцы. Вопрос: Вы уже прокомментировали «пустой» визит послов ЕС и Британии в МИД России . Чего добивается Западная Европа? |
Selected quote translation When sons — that is, the current leaders of Germany — begin to use the same methods, justifying those who committed war crimes during the Great Patriotic and Second World Wars, this means only one thing: in such a situation, the sons are responsible for what their fathers did. |
| Вы не думаете, что Брюссель полностью утратил инициативу управления европейскими делами через дипломатию и делает ставку на некую милитаризацию, которую разворачивают на фоне экономического кризиса? Что делают США? С.В.Лавров: Соединенные Штаты достаточно открыто говорят о том, каким образом они себя сейчас позиционируют. Недавно, выступая на слушании в Конгрессе Госсекретарь США М.Рубио сказал, что США не могут быть посредниками, потому что они – на стороне Украины. | English translation not available for this passage |
| 6 US Role — Rubio's Statement, Trump-Putin Phone Call, and the Alaska Agreement | |
| Вчера состоялся телефонный разговор между Президентом России В.В.Путиным и Президентом США Д.Трампом. Они касались этой темы. Д.Трамп подтвердил, что заинтересован содействовать поиску справедливых долгосрочных решений украинского кризиса. Давайте сейчас будем наблюдать, какие конкретные шаги предпримут США. Мы до сих пор рассчитываем, что договоренность двух президентов, достигнутая 15 августа 2025 г. на Аляске, будет выполнена. |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov addresses the US role in Ukraine settlement with a mixture of cautious hope and veiled frustration. He cites Secretary of State Rubio's congressional testimony in which Rubio stated the US cannot be a mediator because it is "on Ukraine's side" — a frank admission Lavrov presents as revealing fundamental limits on American neutrality. However, he also references a telephone conversation between Putin and Trump held the previous day (June 14, 2026), in which Trump reaffirmed interest in facilitating a "fair, long-term solution" to the Ukrainian crisis. The centerpiece of Lavrov's US policy analysis is the Alaska Agreement of August 15, 2025 — the summit outcome between Putin and Trump in Anchorage — which he states Russia continues to expect the US to implement, particularly since its key components were proposed by Trump himself and accepted by Putin. He also references a 27-point US plan that Russia had questions about but was prepared to accept as a basis once Alaska commitments were fulfilled. He signals upcoming visits by Steve Witkoff and Jared Kushner, expecting clarification on US intentions as the Alaska agreement approaches its first anniversary. “We still expect that the agreement reached by the two presidents on August 15, 2025 in Alaska will be implemented. Especially since its key components were proposed by US President D. Trump and accepted by Russian President V.V. Putin.” “D. Trump confirmed that he is interested in facilitating the search for fair long-term solutions to the Ukrainian crisis.” |
| Тем более, что её ключевые компоненты были предложены Президентом США Д.Трампом и приняты Президентом России В.В.Путиным. Это стало бы первым важнейшим этапом прекращения конфликта и позволил бы начать согласование многих других деталей. Упоминался и американский план из 27 пунктов. У нас были и остаются к нему вопросы, но мы были готовы взять его за основу, как только аляскинская договоренность вступит в силу. Пока этого не происходит. В этом вопросе европейцы во многом играют негативную роль. |
Selected quote translation The American 27-point plan was also mentioned. We had and still have questions about it, but we were prepared to take it as a basis as soon as the Alaska agreement came into force. |
| 7 European Sabotage of the Peace Process — London Meeting and Ambassadors' Visit | |
| Сразу после саммита на Аляске они большой группой «метнулись» в Вашингтон и стали постепенно, последовательно, по-иезуитски пытаться убедить Президента США Д.Трампа отойти от той линии, которую он сам предложил и которую поддержал Президент России В.В.Путин в ходе саммита в Анкоридже. Пока им это удается. По крайней мере, они уделяют этому вопросу всё больше внимания, в том числе пользуясь тем, что в течение последних почти шести месяцев Д.Трамп поглощен, прежде всего, кризисом в Ормузском проливе. |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov provides a detailed account of what he characterizes as deliberate European efforts to undermine any US-Russia settlement. Immediately after the Alaska summit, European leaders allegedly rushed in a large group to Washington and "Jesuitically" began persuading Trump to abandon the line he himself had proposed and Putin had accepted. This campaign was aided, in Lavrov's telling, by Trump's preoccupation with the Hormuz Strait crisis over the past nearly six months. On June 7, 2026, the UK, France, and Germany met with Zelensky in London and produced a five-point "peace plan" that Lavrov flatly calls "a pure ultimatum." Subsequently, the ambassadors of Britain, France, and Germany requested a meeting at the Russian Foreign Ministry, where they were received by Deputy FM Galuzin but, in Lavrov's account, said nothing beyond what was already in the London ultimatum — "words and nothing more." Lavrov expresses explicit hope that the Ukraine file will not be handed over to Europeans, particularly ahead of the G7 summit in France. He frames European involvement as structurally destabilizing rather than constructive — a conclusion he presents not as frustration but as established historical fact. “Immediately after the Alaska summit, they rushed in a large group to Washington and began gradually, consistently, Jesuitically trying to convince US President D. Trump to abandon the line that he himself had proposed and that Russian President V.V. Putin had supported at the Anchorage summit.” |
| Дай Бог, чтобы договоренность, о которой только что объявили, была реализована. Надеемся, что, как объявил помощник Президента России Ю.В.Ушаков, к нам снова собираются С.Уиткофф и Дж.Кушнер. Надеемся, что они как-то пояснят, как в Вашингтоне видится перспектива реализации договоренности на Аляске, которая скоро будет отмечать уже первую годовщину. | English translation not available for this passage |
| Не зря же европейцы активизировались на фоне того, что США стали больше концентрироваться на иранской ситуации. 7 июня с.г. в Лондоне они провели «сходку» Британии, Франции и Германии с В.А.Зеленским. По её итогам эти три страны огласили пять пунктов «мирного плана», который является чистейшим ультиматумом. Затем послы Британии , Франции и Германии запросились в МИД России. |
Selected quote translation On June 7 of this year, they held a 'gathering' of Britain, France, and Germany with V.A. Zelensky in London. Following it, these three countries announced a five-point 'peace plan' that is a pure ultimatum. |
| Заместитель Министра иностранных дел Российской Федерации М.Ю.Галузин принял глав этих дипломатических миссий, которые не сказали ничего нового по сравнению с тем, что было озвучено в этом ультимативном лондонском заявлении. Говорили что-то невнятное: мол, они поддерживают Украину, но не являются частью войны против России. Слова и больше ничего. | English translation not available for this passage |
| 8 Europe's Historical Pattern of Aggression Toward Russia | |
| Надеемся, что украинская тема не уйдёт из фокуса внимания США, которые при Президенте Д.Трампе выдвинули много полезных инициатив, и не будет оставлена европейцам для того, чтобы они продолжали планировать свои нереалистичные действия. Особенно накануне предстоящего во Франции саммита «Группы семи». Европа опять хочет создавать проблемы, как она это делала практически все последние пять столетий, а может быть и раньше. Она начинала все мировые войны. Это было даже до Первой мировой войны. |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov articulates a sweeping civilizational-historical narrative in which Europe's current behavior is presented not as an anomaly but as the continuation of five centuries of aggression. He invokes Napoleon's mobilization of "virtually all European states of that time" against the Russian Empire and the British crown's treatment of the family of Tsar Nicholas II as evidence that European hostility toward Russia is structural and recurring, not situational. He also revisits post-Cold War disappointed hopes: Putin had expected that with the fall of ideological barriers, genuine partnership could emerge, but Russia found itself offered partnership "on a leash" — acceptable as a junior, controlled partner but not as an equal. When Putin came to power and Russia "restored its dignity and principles," the West immediately began changing its attitude. This historical framing is not incidental rhetoric — it is a core element of Russia's legitimization strategy, presenting the Ukraine conflict as the latest chapter in a permanent civilizational struggle rather than a territorial dispute amenable to conventional diplomacy. The subtext is that no negotiated settlement with Europe is possible because European hostility is ontological, not contingent. “Europe again wants to create problems, as it has done for practically the last five centuries, perhaps even earlier. It started all world wars.” |
| Наполеон поставил «под ружье» практически все европейские государства того времени против Российской империи. Европа постоянно интригует. Можно многое вспомнить, включая то, как британская корона и британское правительство отнеслись к семье Николая II. Мы это знаем. Мы к этому привыкли. Были какие-то надежды (Президент России В.В.Путин не раз говорил об этом) на то, что, когда рухнули идеологические барьеры и разногласия, может наступить новое сотрудничество и партнёрство. |
Selected quote translation Much can be recalled, including how the British crown and British government treated the family of Nicholas II. |
| 9 2004 Ukraine Elections as Founding Moment of Western Interference | |
| Но в 1990-е гг. оказалось, что Россию видели партнером «на поводке». Когда с приходом к власти Президента России В.В.Путина Россия и российский народ восстановили своё достоинство и принципы и стали отстаивать свою цивилизацию, то Запад сразу начал менять своё отношение к нам. Это проявилось ещё 2004 г. на Украине. Были выборы, которые во втором туре выиграл В.Ф.Янукович, а В.А.Ющенко проиграл. |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov identifies the 2004 Ukrainian presidential elections as the originating moment of systematic Western political interference in Ukrainian domestic affairs. He recounts that Yanukovych won the second round while Yushchenko lost, but Europeans and Americans compelled Ukraine's Constitutional Court to order a third round — despite the Ukrainian Constitution providing for only two. Yushchenko won the engineered third round. Lavrov emphasizes that before the vote, European officials — including members of the Belgian government — publicly demanded that the Ukrainian people make "the right choice between Europe and Russia," which he characterizes as an explicit "either-or" coercive framing. This, in his narrative, was the beginning of a deliberate Western strategy to detach Ukraine from Russia's orbit by manufacturing political outcomes rather than respecting Ukrainian sovereignty. He contextualizes the current conflict as the culmination of two decades of accumulated interference, fundamentally rejecting the Western framing of 2022 as Russian aggression unprovoked by prior events. The reference to a current Belgian official threatening consequences over Belarus-Russia ties reinforces the pattern of continuity. “There were elections in which in the second round V.F. Yanukovych won and V.A. Yushchenko lost. Europeans and Americans forced the Constitutional Court of Ukraine to rule for a third round, even though the Constitution provides for only two.” “This manifested itself as early as 2004 in Ukraine.” |
| Европейцы и американцы заставили Конституционный суд Украины принять решение о проведении третьего тура, хотя в Конституции страны предусмотрено только два. Провели третий тур. Победил В.А.Ющенко. Было сделано всё для этого. Перед голосованием звучали из Европы, включая членов правительства Бельгии, публичные требования – украинский народ должен сделать правильный выбор между Европой и Россией. Что это означает? Это значит «или-или». Это уже конфронтационные заходы. |
Selected quote translation Before the vote, there were public demands from Europe, including from members of the Belgian government — the Ukrainian people must make the right choice between Europe and Russia. What does this mean? It means 'either-or.' These were already confrontational moves. |
| 13 Russia's Civilizational and UN Charter Framing as Legitimizing Strategy | |
| Сейчас из Бельгии слышим заявление очередного деятеля, который уже грозится, что Евросоюз должен прислушаться к угрозам из Белоруссии и не допустить её альянса с Москвой. Так они «изучают» историю. Наша правда нам понятна. Она и понятна всем тем, кто непредвзято наблюдает за ситуацией. Мы сражаемся за права людей, за права человека, которые закреплены в первой статье Устава ООН , где говорится о необходимости уважать права всех людей независимо от расы, пола, языка или религии. |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov concludes his extended response on Ukraine and European policy with an invocation of international legal norms — specifically UN Charter Article 1, which calls for respecting the rights of all people regardless of race, sex, language, or religion. This is a deliberate rhetorical strategy: by grounding Russia's position in the foundational text of the multilateral order, Lavrov constructs a self-legitimizing framework in which Russia is fighting *for* international law while the West, by supporting Kyiv's language suppression legislation, systematically violates the very norms it claims to champion. He notes that Russian language and religion were legislatively banned in Ukraine as far back as 2016, lending historical depth to the claim and framing it as a long-running project of cultural eradication with full Western complicity. Lavrov's unanswered letter to the UN Secretary General — sent two months prior, listing the full series of Ukrainian anti-Russian laws — is cited as evidence that international institutions have been captured or intimidated. The civilizational framing also allows Russia to claim that its intervention is a defense of a universal principle, not a particularist territorial interest. “We are fighting for the rights of people, for human rights enshrined in Article 1 of the UN Charter, which speaks of the need to respect the rights of all people regardless of race, sex, language, or religion.” “Our truth is clear to us. It is also clear to all those who observe the situation without bias.” |
| Язык и религию на Украине законодательно запретили ещё в 2016 г., но для того, чтобы крепче зацементировать безоговорочную поддержку европейцами нацистского режима в Киеве, В.А.Зеленский на днях подписал закон о том, что Европейская хартия региональных языков или языков нацменьшинств Совета Европы не применяется к Российской Федерации. |
Selected quote translation Language and religion were legislatively banned in Ukraine as far back as 2016. |
| 10 Ukrainian Language Laws and Suppression of Russian Minority Rights | |
| Спикер Верховной Рады Р.А.Стефанчук с гордостью сказал, что это подтверждение того, что украинский народ верит в свои обязательства в области прав человека и никогда не примет подобных прав для агрессора. В Конституции Украины до сих пор записана обязанность государства обеспечивать права русского и других национальных меньшинств. Несмотря на Конституцию была принята серия законов, запрещающих русский язык. Их перечень я отправлял Генеральному секретарю ООН два месяца назад. Ответа пока не получил. |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov delivers a sustained attack on Ukraine's systematic legal suppression of Russian language and cultural rights, triggered by Zelensky's signing of a law explicitly excluding Russia from the application of the European Charter for Regional or Minority Languages. He notes that Verkhovna Rada Speaker Stefanchuk framed this as proof of Ukraine's commitment to human rights — an inversion Lavrov treats as absurd. He emphasizes that Ukraine's own Constitution still mandates protection of Russian and other national minority rights, yet a series of laws since 2016 have progressively banned Russian in education, media, and culture. Lavrov states he sent the full list of these laws to the UN Secretary General two months prior with no response received. He contextualizes the law's timing deliberately: the law was passed in autumn 2025 but held unsigned, and was now signed precisely when Hungary secured a deal restoring Hungarian minority rights in Ukraine and when Ukraine-Moldova EU accession negotiations formally opened — suggesting Kyiv is signaling to Brussels that its commitment to Ukrainian cultural nationalism is non-negotiable even as it pursues EU membership. Lavrov frames this as evidence of EU complicity. “Ukraine's Constitution still records the state's obligation to ensure the rights of Russian and other national minorities. Despite the Constitution, a series of laws banning the Russian language were adopted.” “I sent the list to the UN Secretary General two months ago. I have not yet received a response.” |
| Казалось бы, зачем сейчас подписывать что-то, что лишь подтверждает уже состоявшиеся действия нынешних правителей Украины. Этот закон приняли осенью 2025 г., но он не был подписан. На каком-то этапе даже было объявлено, что его отложили в «долгий ящик» из-за, как заявили в украинской Верховной Раде, давления России на Совет Европы. Какая-то глупость. Мы давно вышли из Совета Европы. Эта организация для нас не существует. Сегодня говорили об этом с М.В.Рыженковым. | English translation not available for this passage |
| Но почему В.А.Зеленский подписал этот закон именно сейчас? Объяснение заключается в том, что, во-первых, Венгрия объявила о достигнутой договоренности с Украиной о возвращении прав венгерского меньшинства, которое проживает на Украине и чьи права были во многом и значительно поражены. Во-вторых, именно в эти же дни было объявлено о том, что начинаются переговоры о вступлении Украины и Молдавии в ЕС. | English translation not available for this passage |
| 11 EU Leadership, Von der Leyen, and Support for "Ukrainian Nazism" | |
| Иными словами – именно в период начала переговоров с Европейским союзом им хотелось лишний раз подчеркнуть, что украинский нацизм не отойдет от своего курса на уничтожение русского языка. Это полностью вписывается и в видение ситуации теми, кто руководит Евросоюзом из Брюсселя. В частности, глава Еврокомиссии У. фон дер Ляйен, которую не зря зовут «фюрером», многократно заявляла, что европейцы должны быть с Украиной до конца, потому что «Украина умирает и бьется за европейские ценности». |
Theme summary — not a full translation of this passage Lavrov reserves pointed language for the European Commission president, whom he says is "not without reason called a 'Führer'" — a sardonic reference to her assertive leadership style deployed to imply ideological continuity. He quotes von der Leyen's repeated assertions that Europeans must stand with Ukraine "to the end because Ukraine is dying and fighting for European values." Lavrov then performs a deliberate rhetorical inversion: if Ukrainian "Nazism" — defined by the legislated suppression of Russian language, education, media, and culture — is what Europe is defending, then the deprivation of minority rights must itself constitute a "European value." He states he has "no illusions" that Europe in its current configuration can contribute anything useful and "no doubt" that European actors will actively seek to damage fair settlement efforts. This move serves multiple diplomatic purposes simultaneously: it delegitimizes the EU as a diplomatic actor, pre-emptively attributes blame for any failed peace process to European interference, and insulates Russia from responsibility for stalled negotiations by framing obstruction as inherently European. “European Commission President U. von der Leyen, who is not without reason called a 'Führer,' has repeatedly declared that Europeans must stand with Ukraine to the end, because 'Ukraine is dying and fighting for European values.” |
| Получается, что европейские ценности включают в том числе полное поражение в правах русских и русскоязычных людей, включая образование, СМИ, культуру и многое другое. У меня нет никаких иллюзий, что Европа в нынешней конфигурации может сделать что-либо полезное. У меня нет сомнений, что они будут стремиться нанести много вреда усилиям по справедливому урегулированию ситуации. |
Selected quote translation It turns out that European values include the complete deprivation of rights of Russians and Russian-speaking people, including in education, media, culture, and much more. |